20:39 

"В.Е.Дь.М.А. - мэйд ин Раша" Глава Первая. Огненный Змей

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)



Итак, треть пути позади... В-в... одно утешает - если в моем лице нашелся маньяк, способный эту жуть накатать, может, найдется и несколько готовых ЭТО прочесть...

URL
Комментарии
2007-04-15 в 21:46 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Мартын
- Следует быть честным хотя бы с самим собой, - размышлял вслух отличник, прохаживаясь по успевшим уже опустеть коридорам. – я просто выбрал не ту девушку. Что у нас с ней может быть общего? Она же как французы у Достоевского: форма и абсолютно никакого содержания! Хотя, быть может, все дело в том, что я – одно сплошное содержание и никакой формы… как в физике – притяжение противоположностей. Только я его чувствую, а она – нет.
Последнее время размышлять вслух стало для Мартына привычкой. Все равно ведь никто не прислушивался к его бормотанию. Никому не было дела, что твориться на душе у какого-то зубрила! Раньше все хоть к концу четверти, когда обрушивалась лавина контрольных и тестов, чудесным образом вспоминали его имя и – хотя бы на время – старались быть его друзьями. Но почему-то в этот раз сделали исключение. И вообще в упор не желали его замечать. Даже школьная шпана не награждала больше тычками и подзатыльниками. Даже языкастые Сороки не высмеивали рассеянного очкарика. Поначалу это могло даже обрадовать – до осознания, что окончательно превратился для всех в пустое место. И для Евы тоже. Она совершенно перестала подшучивать и беззлобно отшивать своего поклонника, перестала с непередаваемым выражением огромных глазищ умолять сделать для нее домашнее задание или разобраться с темой предстоящего теста… Конечно, они же теперь занимались с Матвеем. Когда есть выбор между красавчиком-музыкантом, не уступающим Мартыну в учебе, а кроме этого еще и обладающим внешностью и популярностью… этот выбор очевиден! Оставалось утешать себя тем, что Матвей – не блондин и не спортсмен, так что Евгения им особо не заинтересуется, а красавчик Андрей, похоже, навсегда вычеркнут как из списка учеников школы, так и из ее сердца.
Но почему-то легче от этого не становилось.
- Уж лучше бы она, как раньше, отмахивалась, как от мухи…
Учителя тоже, словно сговорившись, совершенно перестали его замечать. Впрочем, они частенько игнорировали тянущего руку отличника, отчего-то полагая, что он в любом случае усвоил тему и не нуждается в проверках. Если раньше у Мартына была возможность блеснуть хотя бы у доски…
Школьные коридоры становились все безлюднее, даже старшеклассники уже закончили занятия, лишь иногда мимо, не замечая привычно уступающего дорогу Мартына, проходили участники различных факультативов. На улице уже совершенно стемнело, дополнительные занятия по физкультуре у девчонок отчего-то подзатянулись.
«С чего вдруг Евгения увлеклась спортом, не понимаю? Должно быть, я на самом деле совсем не знаю ее…»
Хоть его присутствие теперь игнорировалось, Мартын привычно сопровождал Еву и остальную компанию, когда мог, вежливо удаляясь, только когда понимал, что девушки хотят о чем-то посекретничать. Наверное, в этом не было смысла. Но все таки рядом с ними, хоть и чувствуя себя бессловесной тенью, Мартын все-таки не был таким одиноким. Или просто не казался себе таким…
- Думаю, в зал я могу войти, и спросить, долго ли еще будут проходить занятия, - продолжал думать вслух мальчик, направляясь мимо опустевших раздевалок. Но неожиданно замер, услышав голоса девочек сквозь стену.
- Ева, не глупи!
- А что, если я права? Помните Андрея, я только сказала и… и…
- Успокойся! – мелодичный голос Марго время от времени звучал, как беспрекословный приказ. – Успокойся и подумай головой. Не может человек просто взять и исчезнуть так, чтобы никто этого не заметил. Его бы искали, верно? У всех есть знакомые, друзья, родители, да и в школе ничье исчезновение не прошло бы незамеченным! Ты согласна…
- У меня плохое предчувствие…
«Могу поспорить, если бы исчез Я, никто бы не только этого не заметил, а даже ни разу обо мне не вспомнил!» - не без горечи подумал Мартын. С мамой, с семи утра до позднего вечера вкалывающей на относительно почетной, но мало денежной должности врача местной поликлиники, мальчик давно привык общаться через записки на холодильнике, отца у него не было, друзей тоже… Для всех в этом мире он был если не совсем уж пустое место, то что-то, близкое к тому…
- Поверить не могу, что говорю такое, но сейчас больше всего на свете я хотела бы снова его увидеть! Хотя бы убедиться, что все действительно в порядке! – продолжала Ева.
Съедаемый любопытством, Мартын все же заглянул в зал, надеясь разобраться, что же так взбаламутило компанию девочек, вряд ли он, в конце концов, чем-то кому-то помешает. Однако тут-то и начались странности. Едва мальчик перешагнул порог, все пять девчонок и новая учительница физкультуры уставились на него, словно перед ними был не обычный мальчик, а какой-то синенький в лиловую крапинку. Мнительный Мартынко тут же на всякий случай оглядел себя со всех сторон, дабы убедиться, что кто-нибудь из команды Рыжего Юрика не прицепил на него какую-нибудь остроумную табличку.
- Что-то не так? – осторожно поинтересовался он, таковой не обнаружив.
Евгения восторженно взвизгнула, заставив всех присутствующих слегка подпрыгнуть, и, в мгновение ока перебежав зал, стиснула мальчика в объятьях, едва в силу разницы габаритов его не придушив.
- Мартынко, ты вернулся, как здорово! – прямо в ухо ничего не понимающему Мартыну взвизгнула она. – Я так беспокоилась…
- Послушай… - слегка отдышавшись, мальчик попытался найти единственное рациональное объяснение. – Если пересдача уже завтра, я вряд ли чем-то успею тебе помочь…
- Какая пересдача? – не поняла девочка. – А… да гхыр бы с ней. Ты где был все это время, а? – перешла она на строгий тон, уперев руки в бока. – Почему никого не предупредил, что куда-то исчезаешь? Почему мы должны за тебя беспокоиться, а?
- Нигде я не был, - поправляя сползшие с носа очки, пробормотал совершенно растерявшийся Мартын.
- Нигде?
- В смысле – здесь же и был, как и всегда.
Подошедшие поближе девочки окружили их, задумчиво изучая взглядами.
- Выходит, ты был невидимкой?
Мартын невесело хмыкнул. Это бы, безусловно, все объясняло, если бы не было столь очевидно невозможным.
- У самого сложилось последнее время такое впечатление. Если бы не Денис Денисович, конечно, я бы точно решил, что все перестали меня видеть и слышать.
- А он – чего? – неожиданно нахмурившись, уточнила Маргарита.
- Да ничего. Просто он единственный, кто хоть раз обратил на меня внимание. Вроде, подошел на перемене, когда я в очередной раз разговаривал сам с собой, и посоветовал не заморачиваться проблемами и не пытаться справиться с самим собой, поскольку каждый человек хорош тем, что он есть, просто следует принять себя в независимости от того, что думают другие. Ну, это в общих чертах, - Мартын решил не упоминать часть разговора, касающуюся Евгении. Историк считал, что ей надо всего лишь повзрослеть и разобраться как в самой себе, так и в окружающих людях, а если Мартын действительно любит ее, то не станет требовать слишком многого сразу.
Девушки – включая учительницу, которая старше-то была всего не три-четыре года – довольно хмуро переглянулись.
- На историка не действуют чары.
- А еще он неплохо умеет говорить красивости тоскующим людям…
- Я же говорила…
- Ты говорила, и ты же бросила Елену одну!
Разговор становился все непонятнее. В очередной раз переглянувшись, девчонки неожиданно сорвались с места и дружно куда-то рванули, попытавшийся последовать за ними Мартын тут же безнадежно отстал. Однако взволнованные голоса хорошо разносились по пустым школьным коридорам, поэтому искать Еву и ее подружек долго не пришлось. Девочки влетели в кабинет истории и теперь оживленно о чем-то там спорили, Мартын мог бы даже сказать – ругались. Осторожно заглянув в класс, мальчик поежился от холода: сквозь распахнутое настежь окно кабинет наполнял сырой промозглый воздух затянувшегося до глубокой зимы ноября. На первой парте валялась сумка, которую вместо портфеля носила в школу Маргаритина подруга Елена, а за учительским столом без сознания, уронив голову на скрещенные руки, не то сидел, не то лежал историк Денис Денисович.

URL
2007-04-15 в 21:46 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Сергей
- А ты храбрая.
Елена что-то неопределенно хмыкнула в ответ, еще крепче обхватив шею летящего дракона руками. Легко было догадаться, что уж храброй-то она себя сейчас меньше всего чувствовала, даже не подозревая, насколько достойно на самом деле держится. В фантазиях полеты разительно отличаются от реальных: там нет хлещущего в лицо ветра, а облака похожи на бело-розовые горы пышно взбитого суфле, а вовсе не на промозглый сырой туман. Но, кажется, тут разочарования девочка не испытывала. Возможно, полет просто ошеломил ее. Что же, по крайней мере, Елена не страдала ни страхом высоты (не смотря на собственное заверение в обратном), ни морской болезнью.
- В следующий раз захвачу с собой очки, как у мотоциклистов, а то из-за этого ветра прямо в глаза ничего толком и не видно…
«В следующий раз?» Змей едва подавил усмешку. Интересно, когда это они успели договориться на «следующий раз»? Сколько там времени требуется для того, чтобы объездить лошадь? А его – прекрасное мифическое существо – укатали буквально со второго раза!
Что же, получается, даже такой – мало комфортабельный и совсем не романтичный полет произвел на нее впечатление. По мнению Сергея, смотреть сейчас вокруг было и не на что – вокруг бесконечный, постепенно темнеющий серый туман, за которым ни неба, ни земли не разглядеть. Другое дело – летать во время ясного заката… или грозы. Хотя в грозовой фронт с пассажиркой на спине ни один здравомыслящий дракон, конечно, не полез бы. Большинству людей достаточно полета как такового.
Даже «переход» в небе Змей скорее почувствовал, нежели увидел. Елена, кажется, вообще ничего не заметила – небо продолжало быть густой пеленой свинцовых туч, только больше не серых, а сизо-синих – пока они летели, окончательно стемнело.
- Держись крепче, - посоветовал Сергей и, сложив крылья, устремился вниз по сияющей, похожей на след какой-то безумной кометы спирали. Лена полуиспуганно-полувосторженно, как на аттракционе, коротко взвизгнула: для нее ощущение должно было быть, словно они неожиданно провалились в «воздушную дыру».
Выровняв полет над самыми вершинами густого, сверху кажущегося непроходимым леса, припрошенного легким кружевом наконец-то повалившего снега, дракон широко раскрыл красно-золотые крылья с полупрозрачной, отливающей в полутьме фиолетовым перепонкой, и, коротко оглянувшись на жмурящую свои эльфийские глазищи всадницу, добавил:
- Осталось недалеко.
Князь Чернояд терпеть не мог скоплений большого количества посетителей в собственной резиденции – не важно, в будни или в праздники. Поэтому эти самые довольно немногочисленные празднества проводились в специально для них созданных… сооружениях. Одно из которых, путеводно сияя холодным серебристым свечением, уже маячило впереди.
Произведение архитектуры в духе псевдо-средневекового фэнтези «замок» не напоминал. Скорее уж очень футуристичную постройку, целиком изваянную из темного стекла, таинственным образом сияющего серебром, как на очень ярком лунном свете. Хотя луны не было видно за облаками. Ни луны, ни звезд. В серебристом сиянии, словно в ореоле огромного фонаря, искрясь, кружились снежинки, накрывая глянцево-черную, словно из агата выточенную громаду, невесомой кружевной вуалью.
- Постой, а как?..
Еще раз взвизгнув, девочка судорожно вцепилась в длинную шею не снижающего скорости дракона, зарывшись лицом в похожий на холодное золотистое пламя гребень.
Со стороны это выглядело так, как будто Змей на полной скорости врезался в глянцево-черную стеклянную стену, но, вместо того, чтобы разбить стекло вдребезги, сам разлетелся всполохом алых, изумрудных и золотых искр, присоединившихся на несколько мгновений к сверкающей пляске снежинок, но постепенно погасших, растворившихся в холодном серебристом сиянии. Если бы Елена или Сергей выглянули в изнутри совершенно прозрачную стеклянную стену, то могли бы увидеть финальные искры этого огненно-снежного танца… но они не оглянулись.
- Прости, - Змей, уже принявший свое любимое из человеческих обличий – юноши с длинными медового цвета волосами и богемно-глянцевой интеллигентностью внешности и манер – положил руки на плечи слегка шокированной девочки. – мне следовало предупредить тебя заранее.
- А двер-рей здесь у Вас не принято? – нервно усмехнулась Елена, оглядываясь по сторонам. Сергей с виноватой улыбкой пожал плечами – двери были, просто он как-то о них вовремя не вспомнил, воспользовавшись привычным… для себя – привычным путем. Впрочем, на него девочка не смотрела (в любое другое время это уязвило бы Змея до глубины души!), целиком погрузившись в изучение зала.
Изнутри стекло стен, снаружи казавшееся антрацитово-черным, было кристально прозрачным и словно бы вообще невидимым, словно стенами служил купол из кружащихся снежинок. Все вокруг было залито все тем же холодным серебристым мерцанием, по-прежнему непонятно, откуда исходящим, волнами живых бликов и теней разбегающегося по «невидимым» стенам и вымощенному черным с светлыми разводами мрамором полу, то и дело вспыхивая ослепительными бликами на драгоценностях и самоцветах украшений, которыми щеголяли большинство танцующих, отбрасывая сотни маленьких, словно в водяной пыли фонтана, радуг, отчего казалось, будто танцующие окружены разноцветными сияющими нимбами, световыми коронами, у каждого имеющими свое, совершенно неповторимое сочетание цветов. У стены слева от Сергея и Елены возвышалась эстрада, на которой играл оркестр. Кажется, Елена не обратила особого внимания на отрешенно-изможденный вид музыкантов, тем более, что сами музыканты этого тоже не замечали – все, что их интересовало в жизни – это их игра, их музыка. Вряд ли кто-то из этих людей – обыкновенных, отличающихся только музыкальным талантом людей – сейчас помнил хотя бы свое имя… Но они были счастливы. Тем счастьем, которое никогда не испытали бы, играя свою музыку перед обычными зрителями. Счастьем, которое забудут, освободившись от чар… если доживут до утра, конечно. Но этой детали Елене точно знать было не обязательно. С противоположной стороны зала был небольшой, лишенный скульптур фонтан в виде водопада – только ультрамариновое «озерцо», в которое проваливался хрустальный поток, казалось неестественно спокойным и… глубоким. Как колодец. На их глазах из «колодца», словно поднимаясь по невидимым ступеням, вышла бледная фотомодельного вида девушка с отрешенным взглядом огромных, темных, как два таких же колодца поменьше, глаз, и купоросно-синими волосами. Вместо сережек в ушах наяды покачивались маленькие серебряные колокольчики, такие же – еще меньше – украшали длинные изогнутые ногти на неестественно тоненьких, как веточки, руках.
- Добро пожаловать на Карнавал Темной Стороны, - Сергей, устав от игнорирования собственной персоны, отвесил Елене церемониальный поклон. – позволите мне сегодня быть Вашим гидом?

URL
2007-04-15 в 21:47 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
- Добро пожаловать на Карнавал Темной Стороны, - Сергей, устав от игнорирования собственной персоны, отвесил Елене церемониальный поклон. – позволите мне сегодня быть Вашим гидом? И… постарайся не потеряться. Все же создания Темной стороны порой бывают опасными, и не все они пока что знают, кто ты.
Елена согласно кивнула, мягко сжав его ладонь.
- Итак, с чего бы начать. Темная сторона, как и Светлая, условно подразделяется на семь Кланов, представитель каждого из которых избирается в приближенные князя. У тебя тоже будут семь придворных от семи Светлых кланов, но со своими подданными ты сама сможешь познакомиться позже, а пока мы на Темной стороне, я расскажу, кто тут есть кто. К примеру, - оглядевшись по сторонам, Сергей указал своей спутнице на трех женщин, что-то вполголоса обсуждающих за столиком недалеко от помоста. Старшая, с белоснежными волосами, собранными в мягкий «узел», выглядела бы древней старухой, если бы не безупречно прямая осанка и живой огонь в совершенно не старческих черных глазах, вторая – средних лет, полноватая и рыжеволосая, с похожими на кошачьи зелеными глазами, третья – девчонка чуть старше самой Елены, черненькая, смуглая и непоседливая, с неожиданными для брюнетки ярко-голубыми слегка фосфорицирующими глазами . – клан ведьм. На данный момент они еще не выбрали свою представительницу, не помню, что там случилось с прежней… Между собой ведьмы распределяются на Сумеречных - Синих и Полночных - Черных, еще существуют Рассветные – Белые ведьмы, но они принадлежат в большинстве своем к Светлой стороне и предпочитают называться не «ведьмами», а Целителями. Ведьмы – матриархальный клан. Если волшебником – неважно, светлым или темным, может стать кто угодно, без родовой преемственности, то ведьмовство наследуется от матери. Полночные ведьмы владеют чарами и боевой магией, Сумеречные – боевой магией и целительством, а чар отчего-то не признают, Рассветные, соответственно – целительством и чарами. Не особенно влиятельный клан… хотя, как я понимаю, большого влияния они и не ищут. Видишь вон того типа? Ты его знаешь?
Елена бросила удивленный взгляд в сторону высокого болезненно-худощавого мужчины в темно-сером официальном костюме, слегка странновато смотрящемся среди причудливых нарядов и живописных лохмотий, в которые были обряжены остальные участники празднества. Единственным, что отличало его от заурядного обитателя какого-нибудь офиса, было несколько чрезмерное с точки зрения чувства стиля обилие золотых украшений, с точки зрения Сергей, в сочетании с неестественной худобой господина Золтара это делало его похожим на лишенную бинтов мумию какого-нибудь египетского правителя.
- Откуда же мне его знать?
- Ну… может, из детских сказок о Кощее, может, из школьной программы, где в мифах Древней Греции мог зайти разговор о царе Мидасе. Все это он. Правда, все эти истории правдивы лишь отчасти, как это порой случается с мифами. Золтар – представитель касты Некромантов и казначей… хотя теперь следовало бы сказать – финансовый директор при уже не знаю, каком по счету Князе. Мой отец работал с ним какое-то время… Магия Золтара – совершенно особенная. Золото служит для нее естественным генератором и усилителем, поэтому он по возможности окружает себя этим металлом. Кроме того, он единственный из когда-либо существовавших магов сумел достичь почти полного бессмертия… существует лишь одно оружие во вселенной, способное его убить – обсидиановый наконечник стрелы. Когда-то его хранила бывшая Верховная Ведьма, но после их ссоры, когда она передала оружие какому-то искателю приключений, Золтар больше никому не доверяет. Наконечник стрелы был помещен в хрустальный шар и спрятан даже черт не знает где! Вот этот старый хрыч и скрипит поныне, доводя всех до ручки разговорами о том, что раньше трава была зеленее, небо голубее, вода водянистее и воздух воздушнее!
Пока они обсуждали некроманта, даже не заметившего, похоже, их присутствия, к одной из ведьм подошел довольно интеллигентного вида юноша со странной прической: коротко подстриженными, напоминающими взъерошенные перья волосами – и с поклоном пригласил танцевать. Наверное, Елену несколько удивило, к какой именно из ведьм – к старухе.
- Финист всегда отличался некоторыми странностями в этом плане, - слегка поморщившись, объяснил Сергей. Между змеями и птицеоборотнями… как бы сказать, особой любви не было.
- Финист?
- Ну да. Правда, он не сокол, а ястреб. Странная у них компания… вон, видишь? С вьющимися волосами до плеч – это Тагир, они его обычно зовут Тигрой.
Одетый в белое франт с темно-белокурой роскошной шевелюрой, кажется, пытался поспорить с самим Змеем в эффектности. Неудачно, как в очередной раз констатировал Сергей, пытался.
- Тигра – редкостный болван. Мнит себя большим сердцеедом, но ни одна девушка не терпела его больше суток. Они оборотни, все трое. Финист – ястреб, Тагир, как понятно из его имени, из кошачьих, а вон то дивное создание рядом с ним – дельфин.
- Эта девушка в голубом? – уточнила Елена.
Дивное создание, и правда, одетое в разные оттенки голубого с перламутровым блеском, заметив, что Сергей смотрит в его сторону, улыбнулось и помахало рукой. Наверное, решил Змей, не стоило открывать Лене глаза на то, что дельфин-оборотень… не девушка. В том смысле, что мужского пола, только со своими странностями. Эта троица вообще слыла слегка… не в себе, даже по меркам Темной стороны: раньше все трое работали в странствующем цирке одной предприимчивой ведьмы, но с тех пор, как из зверинца этого цирка сбежал гвоздь программы – Сивка-Бурка, цирк разорился… а клоуны остались без работы и теперь шатались по различным праздникам и приемам, по мере своих чудачеств развлекая народ.

URL
2007-04-15 в 21:47 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Тем временем обсуждаемые – не считая Финиста, все еще увлеченного общением с кокетливой старушкой – приблизились. Темно-желтые глаза Тигры с любопытством изучили испуганно сжавшуюся Лену, после чего «усатый-полосатый» не лишенным приятности баритоном промурлыкал, обращаясь вроде как к Сергею:
- Не познакомишь нас с принцессой?
- Не думаю, - коротко ответил Змей.
- Вечно эти драконы похищают самых потрясающих красавиц! – не похоже было, чтобы Тигра особенно огорчился. Деля, держащийся чуть поодаль своего спутника, поднял огромные водянисто-голубые слегка на выкате глаза.
- Ах, Сереженька, Вы снова разбиваете мне сердце! – насквозь театрально лирически вздохнул он, прижимая к сердцу маленькую ладонь с синеватыми перепонками между тонкими пальчиками.
- Ничего, рыбка моя, тебе не привыкать, - ворчливо бросил Тигра и, снова обернувшись к Елене, медоточиво улыбнулся. – если вдруг тебе надоест этот холоднокровный ящер, моя серебряная звезда, ты запомни меня на всякий случай.
- Одна из твоих прерогатив – дарить надежду, Елена, - с улыбкой заметил Сергей. – пусть даже и несбыточную, быть может, она сумеет утешить.
«Усатый-полосатый» бросил на Змея свирепый взгляд, с улыбкой слегка поклонился Елене и, кажется, моментально забыв и о них, и о разговоре, и о своей просьбе, попытался заговорить с черноволосой юной ведьмочкой. Та отмахивалась от франта, как от назойливой мухи. Деля остался стоять, задумчиво изучая Елену своими рыбьими глазищами.
- Дарить надежду? – переспросил он. – Вы наконец нашли Пресветлую Княжну, Сереженька! Я всегда считала, что Великий Князь не зря поручил это именно Вам, Вы просто гений. Примите мое искреннее почтение, госпожа, - дельфин-оборотень изобразил что-то среднее между поклоном и реверансом (Сергей порой подозревал, что Деля сам время от времени забывает, к какой половине человечества… ну, или не совсем человечества вообще принадлежит). – Быть может, теперь Сивка Бурка, наконец, вернется в волшебный мир! По легенде, только самая чистая душа способна призвать и подчинить его, мы с… хм, друзьями потратили много времени на поиски человека с подходящей душей, но эти болваны все испортили и нас вышибли с работы. Представляете…
- Рад был тебя увидеть, Деля, - железным тоном (не сравниться в этом плане с Великим Князем, но все же) выговорил Сергей, положив руки Елене на плечи. – Княжна тоже рада знакомству. Пойдем, Елена, продолжим нашу экскурсию!
- Ах Сереженька… ну хорошо, хорошо! Большая честь для меня было познакомиться с Пресветлой Ладой. Счастливо.
Порой казалось, что Дельфиний, не смотря на свою инфантильную внешность, все же умнее двух своих приятелей и, что немаловажно, не слишком навязчив. За одно это его стоило ценить.
- Итак, оборотни. Думаю, ты себе вполне представляешь, кто они такие. Истинные, урожденные оборотни – это животные, наделенные своеобразной тотемной магией, при определенных обстоятельствах выглядящие, как люди. Но бывает и так, что тотемную магию получает человек, а вместе с ней – способность превращаться в какое-либо животное. Это – ложные оборотни. Чаще всего ложные – настоящие шизофреники, которым сдувает крышу в полнолуние, а их звериная ипостась является почти отдельной неконтролируемой личностью. Зачастую они ничего не помнят после превращения и никого не узнают. Истинные же – разумная раса. Их представитель сейчас – одна из семьи Пантер, вон, взгляни.
Змей указал в сторону молодой женщины с пышной гривой прямых черных волос. Судя по внешности, пантера происходила из семьи цыган – у кого еще в России индийские корни – но вместо ярких юбок и шалей одета была в более чем открытое маленькое платье из черного бархата – без украшений и даже без обуви на ногах (хоть они и находились довольно далеко, Сергей знал, что обуви Пантера не носит даже почти в середине зимы). Кроме того, от типичной цыганки женщину отличали ярко-зеленые, а не темно-карие глаза.
- Сергей, а драконы тоже считаются оборотнями? – спросила Елена, у которой Пантера особого интереса не вызвала.
- Нет. Оборотни-змеи существуют, но не в российском климате и они… несколько отличаются. Фактически мы вообще ни к кому не относимся и вместе с тем слишком малочисленны, чтобы быть отдельным Кланом, поэтому нас относят к Седьмому Клану – Магических Существ. Собственно, его я и представляю при дворе. Далее, Клан Вампиров. Что-то я не вижу сегодня здесь ни Стефана Владиславовича, ни леди Эжбет…
- Эжбет – та самая, Батори?
- Нет. Та была вообще не вампиром, а средних способностей ведьмой, свихнувшейся на поисках эликсира вечной молодости. Стефан и Элизабет – регенты. Наследнику Империи Ночи сейчас меньше десяти лет, поэтому его сводный брат и невеста этого брата, так сказать, исполняют обязанности. Возможно, позже я вас представлю.
- Не обязательно.
Сергей обернулся, недоуменно взглянув на свою спутницу. Тигра в порыве слегка неуклюжей поэзии назвал ее «серебряной звездой» и тут, пожалуй, Змей мог бы с ним согласиться. В калейдоскопе празднично разряженных фантастических существ невысокая хрупкая девушка, одетая в повседневные голубые джинсы и серый свитер, украшенный только стеклянным кулончиком - безделушкой, должна была бы раствориться в толпе, привычно стать невидимкой… но не становилась. Для самой Елены это было странно, поэтому девочку и напугали дежурные комплименты Тигры – она так и не успела привыкнуть к тому, что она – красива. Даже прекрасна. Серебристо-белокурые волосы завершали хрупкую миловидность удивительно утонченных черт и, распушившись после полета, окружали лицо девушки мягким серебряным нимбом, кажется, слегка светящимся в освещающем зал живом сиянии. Словно… само это сияние исходило именно от нее – даже если прекрасно знаешь, что это не так.
А сама Елена, лишенная возможности взглянуть на себя чужими глазами со стороны – зеркало отражало для нее совсем другое – казалась не слишком-то уверенной.
- Ты что, боишься? Не стоит. Вампиры в наше время цивилизованнее многих людей, кроме того, большинство обитателей волшебного мира просто не способны причинить вред Ладе. Итак, какие касты я еще не упомянул? Ах, ну да. Каста Суккубов – наименее влиятельная, особенно сейчас. Вон ее представительница, Сусанна. Видишь, в черном с розовым платье?
- Ага, - Елена то ли поморщилась, то ли прищурилась. «Черное с розовым» платье завитой, как французская кукла, блондинки, чей настоящий возраст был неопределим за достижениями современной пластической хирургии, хотя и было длинным, почти до пола, но казалось даже более откровенным, чем тяготеющее к минимализму одеяние Пантеры.
- А почему наименее влиятельная?
- Ну, Суккубы предпочитают другую область, чтобы показать свое влияние. А нынешний князь, к тому же, блондинок терпеть не может. Все ведьмы и темные волшебницы во избежание лишних проблем перекрашиваются! А она… ну, это часть образа этакой куклы, хотя на самом деле Сусанна довольно умная и ответственная личность. Да кто ж поверит в ТАКОЕ у царицы суккубов, вот она и играет роль типичной блАндинки. Кроме того, она дважды выскакивала замуж за представителей Светлой Стороны – первый раз еще лет тридцать пять назад за стихийного мага сферы Земли, а сравнительно недавно – снова за стихийного дуоми Огня из какого-то древнего и жутко благородного, хоть и не слишком влиятельного после революции рода. Ее младший сын – наследник Дома Огня – примерно в твоем возрасте или чуть старше.
- Тридцать пять лет назад?!
- Я не в курсе, сколько лет ей самой, но ее старшему сыну – чуть за тридцать.
- А чем князю не угодили блондинки?
Сергей, собирающийся уже начать повествование о последнем клане Темной Стороны, резко замолчал и замер, словно прислушиваясь, потом, передернув плечами, слегка беспомощно улыбнулся своей спутнице и собирался заметить, что есть вещи, которые вообще-то не стоило бы обсуждать вовсе, но, если и обсуждать, то никак не посреди толпы на празднестве, но успел только пробормотать что-то вроде «Видишь ли, солнышко…», после чего внезапно схватил Елену за плечи и утянул в сторону, спрятавшись за ближайшую колонну. Нет, ну почему правило «вспомни-появится» не распространяется на что-нибудь приятное… кучу денег, например, поминай – не поминай.
- О черте речь – а черт навстреч, леший бы ее побрал! – тихо процедил Змей сквозь зубы, прижимая к себе пытающуюся с любопытством высунуть из-за колонны нос Елену. Не то, чтобы девочка возражала, просто слишком уж недоумевала, что так могло его вдруг напугать. Переждав с минуту и даже, кажется, затаив дыхание, Сергей сам аккуратно высунул из импровизированного убежища нос. Он вообще предпочел бы нырнуть под какой-нибудь стол, но вряд ли это достойно выглядело бы в глазах спутницы. – И чего ей на своем Лазурном Берегу не сиделось.
Причина ненависти князя к блондинкам сама, вообще-то говоря, блондинкой и не была. Ее шикарные шелковые волосы, не нуждающиеся ни в укладке, ни в украшениях, были того же глубокого медово-золотого оттенка, что и у самого Сергея. Высокая, красотой и манерой держаться похожая на богиню девушка в перламутрово-синем платье шествовала сквозь толпу с грацией атомного ледокола: ей не просто уступали дорогу, а панически бросались врассыпную, налетая друг на друга и устраивая кучу-малу, на которую золотоволосая красавица, проскальзывая мимо, не обращала ни малейшего внимания.
- М-да… - Сергей задумчиво щелкнул языком, убедившись, что грациозный «ледокол» уже достаточно далеко. – а я-то надеялся сегодня познакомить тебя с Великим Князем, но лучше будет это отложить на потом. Не сердишься, солнышко? В ее присутствии вести серьезные разговоры просто нереально, а после ее визита Чернояд будет в восхитительном настроении, когда у него «во всем виноват тот, кто под руку попадется»!
Змей устало вздохнул. Он довольно часто и почти привычно в таких случаях «попадался под руку», но Елену находящемуся в подобном настроении Князю лучше было не представлять.
- Так в чем дело-то? По-моему, она милая…
Змей поперхнулся словами и закашлялся.
- А кто она? Что-то в ней, вроде бы, знакомое, но не могу понять… - в задумчивости Елена уставилась почему-то на самого Сергея, тут же поспешившего увести разговор:
- Итак, визит к князю отменяется, зато я успею все здесь тебе показать и рассказать. На чем я остановился?

URL
2007-04-15 в 21:48 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Ольга

С Евгенией у Ольги отношения не сложились практически сразу. Послушница монастыря и вообще-то была не в восторге от перспективы возиться с этой компанией малышни, но говорливая пышечка прочно удерживала пальму первенства по надоедливости среди остальных девчонок. Когда Ева принялась вопить насчет какого-то Мартына – вскоре после того, между прочим, как Ольга отправила ее пробежаться на пару дополнительных кругов (в плане физической подготовки девчонка, напротив, оказалась на последнем месте, хотя все кроме Виктории и, как ни странно, Дарьи, тренершу своими результатами отнюдь не радовали) и выслушала все, что Ева по этому поводу думает, а заодно то, что их готовят быть волшебницами, а не какими-то коммандос и вообще – на кой черт им все это надо. С появлением мальчишки занятие было окончательно сорвано, а еще некоторое время спустя об этом вообще пришлось забыть, чтобы вместе с остальными сломя голову нестись в кабинет истории. К, так сказать, уже опущенному занавесу. Пока Маргарита на повышенных тонах разъясняла Вике, как та была не права, оставив Елену одну, а Ева и Аля что-то вопили, кажется, просто для поддержания атмосферы – особой смысловой нагрузки в их перепалке Ольга так и не выявила, послушница вместе с единственной, похоже, сохранившей вменяемость Дашей сперва осмотрели историка, а убедившись, что никакой опасности его жизни не угрожает, попытались изучить обстановку в целом. Но изучать было, по правде говоря, и нечего. Сумка Елены, брошенная на первой парте, да открытое окно.
- Тихо! – наконец устав от звона в ушах, рявкнула Ольга. Приблизившись к Евгении она гораздо тише добавила, кивнув на прилипшего к дверному косяку с недоумевающим видом Мартына. – уведи своего приятеля, и давайте разбираться.
- Он мне не… - начала было Ева, но замолкла на полуслове и покладисто кивнула. Просто на нее не похоже. Подхватив довольно-таки унылого очкарика, раньше Ольге в школе не встречавшегося, под локоток, девочка мягко, но решительно повлекла его куда-то прочь по пустынному коридору. Маргарита, уже успевшая от души высказаться, замолчала вместе со всеми и теперь выражала свое возмущение леденящими взглядами.
- Бессмысленно вопить и искать виноватых, - логично заметила Дарья. Зеленые глаза блондинки сощурились.
- Я и не искала! Виновата – она, - указательный перст с неброским стильным маникюром безапелляционно ткнул в сторону понурившийся Вики. – и не слишком-то по этому поводу расстроена, с Еленой они никогда не ладили.
- В конце концов, Виктория оказалась права насчет историка, - попыталась примирительно сказать Алина, но Марго едва не засветилась от злости.
- Оказалась права! Она подозревала Дениса Денисовича, но все равно сбежала, бросив Елену с ним одну. Может быть, намеренно? Я бы не исключала такого варианта!
Виктория опустила глаза, привычно залившись краской.
- Перестань, - потребовала Ольга. – В конечном счете твоя подружка сама того хотела и рано или поздно нашла бы способ сбежать из-под вашего присмотра.
- Она ЗАКОЛДОВАНА! И что теперь… где ее искать? Я даже…
- Наконец-то проблески здравых мыслей, - хмыкнула послушница. – постарайтесь успокоится. Мы же знаем, что Змей людей не ест, да и насильно удерживать никого не станет. Скорее всего, с вашей подружкой все в порядке, надо только подумать, где их искать и… быть может, как уговорить ее вернуться. Где вы видели змея впервые?
- На вечеринке… но это, наверное, не то. Книжный магазин – один из проходов между мирами и, кажется, Змей пользовался именно им, - припомнила Дарья. – если мы сумеем открыть этот проход сами… Только дождемся Еву – это ей постоянно удается находить зачарованные двери.
- Нет необходимости, я могу снять любые чары, - Ольга покачала головой. В этом Берегини уже однажды убедились, когда Евгения, протестуя против свалившейся на них с появлением Ольги спортивной подготовки, опрометчиво заявила, что они всего могут достичь магией, на что тренерша с усмешкой предложила попытаться. – Обойдемся без Евгении, она подготовлена слабее всех вас, а от чар против Змея не будет проку.
- Мы команда, - тихо возразила Виктория. – мы должны всегда держаться вместе.
- Не стадо баранов!
- У тебя когда-нибудь были друзья, Ольга? – зачем-то спросила Алина. Послушница Безымянного монастыря нервно передернула плечами. Ну и какое это сейчас имеет значение? Какое им вообще дело? Дружба – это личная жизнь, приятное времяпровождение, с какой стати вспоминать о ней в работе?! Кажется, девчонки просто увереннее чувствуют себя вместе, но Ольге лишние участники казались просто ненужным балластом, сковывающим действия.
- Какое это имеет значение?
- Если бы были – ты бы понимала.
- Хватит этого детского лепета! Можете связаться с Евгенией, чтобы она тоже приходила туда, когда сможет, но ждать ее – только время потратим. Отправляемся!

URL
2007-04-15 в 21:48 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Ольга сама не могла понять почему, но слова миниатюрной азиаточки о дружбе неожиданно глубоко ее уязвили. Словно бы у нее действительно не было друзей, и это заставляло бы чувствовать себя ущербной. Конечно, послушница понимала, что это неправда. Она была старше Берегинь и, в отличие от них, не идеализировала человеческие взаимоотношения, но вовсе не считала себя из-за этого одинокой.
Кажется, зима устала от затянувшегося межсезонья: низкое темное небо рассыпало над городком мягкий мокрый снежок, словно сахарной пудрой присыпав уличную грязь. Правда, проходимость это не повысило, скорее даже наоборот. В одиночку Ольга добралась бы до книжной лавки куда быстрее, чем с четырьмя девицами на буксире. Хотя впереди всех решительно вышагивала Маргарита – даже при том, что ее стильные сапожки на каблуках меньше всего подходили для быстрой ходьбы по припорошенной мокрым снегом глубокой грязи, а длинный светлый плащ-пальто вскоре был едва ли не по пояс в этой грязи заляпан. Соответственно, Марго первой уткнулась носом в табличку «закрыто» на разной деревянной двери, но, ничуть этим не смутившись, провела ладонью в сантиметре от замка. Что-то довольно громко щелкнуло, дверь распахнулась… и белокурая красавица с глухим вскриком – больше от неожиданности, чем конкретной опасности – отпрянула.
- Закрыто! – в проеме обозначился силуэт, практически совпадающий с прямоугольником метр на два по габаритам. – Если читать не умеешь – чего вообще здесь забыла?!
Сам загородивший проход тип менее всего ассоциировался с книгами и чтением. По крайней мере, у Ольги. Даже если и был в лавочке всего лишь охранником – мог бы выглядеть и чуть более цивилизованно. Более того, он производил впечатление эталонного, почти карикатурного громилы. На фоне косой сажени в плечах бритая на лысо голова с несколько плоским грубым лицом, казалась совсем крошечной.
- Ну? – угрожающе нависнув над Марго – самой высокой из Берегинь, но на фоне его туши кажущейся такой же маленькой, как Алинка – рыкнул сторож.
Насколько Ольга моментально оценила, особой физической подготовкой он не отличался, предпочитая брать размерами. Резко скользнув вперед, девушка легко вырубила не успевшего даже ничего понять громилу коротким ударом. Ушибленная рука саданула болью, словно бить приходилось не в чью-то челюсть, а по неподъемной булыжной глыбе. На секунду Ольге показалось, что тип даже не заметил ее удара, но тот, несколько мгновений поколебавшись – словно бы ему нужно было осознать произошедшее – тяжело рухнул внутрь торгового зала.
- Вау, круто! – пискнула за спиной Алинка, когда Ольга, переступив поверженного горе-охранника, прошла в глубину магазина. – А двери нет…
Со слов девочек послушница знала о двери, сквозь которую они в прошлый раз проникли в «перекресток двух миров», но сейчас действительно не замечала в торговом зале ничего похожего. Способности развеивать магию у Ольги, конечно, не сравнились бы с аналогичными талантами Монаха и прочих представителей монастырского руководства, но кое-что она, конечно, умела. Другое дело, что перед возможной предстоящей стычкой силы следовало бы и поберечь – как не предпочитала девушка рукопашные схватки всякого рода фокусам, она прекрасно осознавала, что кулачные бои с драконами – это попросту нелепо. Кто только слух пустил, будто не владеющий магией рыцарь способен с подобной зверюшкой врукопашную справиться?!
- Оставайтесь там, - велела Ольга своим спутницам. – Я уверена, что не заблокирую случайно и вашу магию тоже, но уверена не на сто процентов, вы и без того не ахти как ею владеете.
Встав в центре не слишком обширного свободного пространства лицом к прилавку Ольга закрыла глаза и честно попыталась припомнить все в точности, как ее обучала Любава. Конечно, именно благодаря Любаве, чья «кошачья» природа проявлялась даже в человеческом обличье, воспитанница монахини-оборотня научилась больше ставить на силу, скорость и ловкость, но это не значило, что Ольга получала какие-то поблажки в развитии более тонких способностей. Зная Любаву вообще, слово «поблажки» из своего словаря лучше было вычеркнуть сразу – когда-то, в юности, быть может, послушница протестовала против такого так же, как теперь протестуют на ее собственных занятиях юные Берегини. Как бы то ни было, с чарами все же было несколько проще, чем с другими проявлениями колдовства и волшебства «Представить чары, как окутывающую все вокруг паутину – и мысленно смахнуть ее» - повторила про себя Ольга, сосредоточившись. Ее немного сбивала с толку царящая в книжной лавке атмосфера, казалось бы, не связанная ни с чарами, ни с магией, но вместе с тем необычная. И, пожалуй, приятная. Что-то здесь показалось Ольге смутно знакомым… и незнакомым одновременно – это не лишенное уютности легкое дежа вю отвлекало, мешая сосредоточиться на нужном образе.
- А вот и дверь! – восхитилась Алина, когда Ольга уже было решила, что ничего у нее не получается. – Уже можно входить?.. ОГО!!!
Последнее адресовалось бесформенной кучей распластавшемуся на входе охраннику, потерпевшему, как только Ольга сняла с помещения чары… некоторые изменения. Лицо стало совершенно плоским, больше напоминая морду крупной обезьяны, только выдались вперед надбровные дуги и и без того большой рот неожиданно занял на этом лице столько места, что почти не оставил места мелким, как пуговицы, носу и глазам. Кожа приобрела красно-коричневый оттенок и – даже с виду – жесткость сапожной подошвы, вокруг лысины полукругом, словно обрамляющие плешь остатки волос, выросли острые костяные наросты. Росту в нем тоже прибавилось – теперь, встав в полный рост, охранник вряд ли сумел бы поместиться под потолком торгового зала.
- Вот черт?
- Нет, не черт. Бес, насколько я могу судить – очень примитивная форма нечисти. Что же, идем дальше? – распахнув ставшую видимой дверцу, Ольга задумчиво уставилась на лабиринт книжных стеллажей. – Говорите, вы уже были здесь. Кто-нибудь вспомнит, куда там нужно идти?

URL
2007-04-15 в 21:49 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Как оказалось, этого никто и не запоминал. В прошлый раз, блуждая между стеллажами, девочки просто пошли на голоса, а теперь попытки припомнить, где и куда надо сворачивать, скорее мешали им, нежели помогали. Окончательно заблудившись – к счастью, у них хватило ума, по крайней мере, не разбредаться в разные стороны – все уже собирались было начинать поиски уже любого выхода, когда Ева, разумеется, совершенно случайно наткнулась на знакомый уголок с креслами и камином. Далее последовало долгое простукивание и просматривание стены в поисках тайного хода, открытого в прошлый раз Змеем.
- Зажги огонь в камине, - наконец велела Ольга Дарье. Та коротко кивнула – это не Ева, на каждое слово реагирующая лавиной вопросов и замечаний! – и бросила в слегка обуглившиеся дрова погасшего очага небольшой огненный шарик.
- И каким же образом огонь нам может?.. – начала было Маргарита, вместе с остальными наблюдая за неожиданно быстро разгоревшимся пламенем, но договорить не успела – послушница, считающая, что объяснять этим неумехам каждый свой шаг займет слишком много времени, решительно шагнула вперед, прямо сквозь призрачную стену ало-золотого пламени.
Ничего сверхъестественного в «волшебной стороне» не было. Лес. Мягко падающие с неба мокрые пушистые хлопья долгожданного снега, только, судя по общему уровню заснеженности, здесь снегопады все же бывали и раньше в эту странную зиму. Только далекое зарево над лесом не позволяло пейзажу быть совсем уж будничным.
- Избушка-избушка… - задумчиво пробормотала Евгения, рассматривая то ли двух, то ли трехэтажный бревенчатый терем, из которого, согласно логике, девочки сейчас и вышли, если, конечно, не обращать внимания на то, что за спинами теперь высилась глухая высокая стена без окон и без дверей. Наверное, с других сторон и то и другое все-таки было, однако обходить «избушку» по глубоким сугробам желания не возникло.
- А обратно как? – поинтересовалась Маргарита. Кажется, даже без подначки…
- Мы еще ТУДА не пришли, - тут же напомнила Ева. – рановато врубать задний ход!
- Когда станет поздно, бессмысленно будет об этом задумываться!
- С таким вечным тормозом в команде мы вряд ли сумеем пропустить момент…
Маргарита, единственная из девочек до сих пор не раскрывшая ни тени своих способностей, побледнела о бешенства и хотела было выговорить языкастой пышечке свое честное мнение обо всем происходящем, но, к счастью для порядком уставшей от их склок Ольги, не успела.
- На ловца и зверь бежит, - тихо пробормотала послушница, заворожено наблюдая за напоминающей шлейф от сошедшей с ума кометы лентой золотистых всполохов в небе.
Ольга не собиралась признаваться в этом своим ученицам, но кое в чем они опережали ее саму: послушница никогда в жизни не видела живого дракона. Хотя, безусловно, получше этих вздорных девчонок знала, что драконы из себя представляют и – теоретически – даже как с ними бороться. Кроме того, на нее, как и на прочих обученных Экзекуторов из монастырей, не действовали природные чары этих удивительных существ.
- Слушайте, - быстро заговорила девушка. Понижать голос, как и таиться смысла не было – наверняка их уже успели заметить. – в полемику не вступать - тебя, Евгения, это особенно касается – эти бестии кого угодно вусмерть уболтать могут не в пример тебе. Когда я подам сигнал, постарайтесь атаковать все одновременно, главное для вас – хотя бы на время его отвлечь. Понятно?
- А как же Елена? – сухо напомнила Марго.
Девочки невольно отступили назад, освобождая пространство для плавно снижающегося золотого змея.
- А. Это опять вы, - шелковый голос прозвучал с такой явной небрежностью, что у Ольги моментально создалось впечатление, что дракон озадачен и словно бы даже слегка растерян. А еще он выглядел: при своих колоссальных размерах, металлически поблескивающих когтях, впечатляющем наборе зубок большой белой акуле на зависть и всему такому прочему – возмутительно не страшным и миролюбивым. А еще он был КРАСИВЫЙ. Потрясающе, невероятно красивый грациозной природной красотой крупного хищника – тем, чем Ольга с детства восхищалась в своей наставнице Любаве, но теперь, если сравнить, казалось, что дикая кошка обладает лишь бледной тенью этого великолепия. Почему-то Змеи – хоть их и принято было называть именно «змеями», а не ящерами, всегда представлялись похожими на динозавров – как драконы в европейских сказках, где им положено было быть злобными и не в полной мере разумными. Но на самом деле он напоминал именно змею – колоссальных размеров золотую змею с длинным, гибким телом, свернувшимся причудливыми текучими кольцами, а лапы – довольно маленькие пропорционально, казались совершенно ненужным приложением к образу. Хотя передние вполне напоминали человеческие руки и были не менее ловкими – не смотря на металлические когти.
- Девочки? – напряженно воскликнула сидящая на спине дракона Елена. Ее пушистые волосы в полете растрепались еще сильнее обычного, что каким-то непостижимым образом шло девчонке, бледное личико расцвело слегка лихорадочным румянцем, а бледно-серые глаза загадочно мерцали в драгоценном сиянии чешуи Змея – судя по всему, полет пришелся тихоне по вкусу.
- Прошу прошения, милые леди, - с едва слышимой ноткой натянутости заговорил дракон. – посадка вышла не самая грациозная. Полагаю, вы ждали нас.
К счастью, Берегини решили изменить своему обыкновению и в кои то веки в точности следовать указаниям Ольги. То есть – промолчали. Возможно, девочки не так безнадежны, как ей вначале показалось… Досадливо взмахнув хвостом, гигантский змей прижался к заснеженной земле, расправив одно крыло таким образом, чтобы сидящей на его спине девочке было удобнее спуститься. Когда чересчур ошеломленная, чтобы быстро оценить ситуацию, Елена сползла-съехала по золотисто чешуе, поднялся на задние лапы, нависнув над своими «ви за ви»
- Слушайте, юные леди, - Змей откашлялся, продемонстрировав несколько коротких язычков пламени. – если вы не вполне адекватно оцениваете ситуацию, я – дракон.

URL
2007-04-15 в 21:49 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)

- Представь себе, мы заметили, - к ужасу своему почти в точности скопировав интонацию Маргариты (кажется, это Берегини должны были у нее учиться, а не наоборот), бросила в ответ Ольга.
- В таком случае, о чем вообще может идти разговор? Я дракон, а вы – нет…
- Но ты только ОДИН дракон.
Золотой ящер вздохнул со странной интонацией. Что-то Ольге здесь и сейчас категорически не нравилось, но она не могла ни уловить, ни рассмотреть это смутное ощущение.
- Ты хороший экзекутор, я не сомневаюсь… не смотря на то, что, прямо скажем, не более опытна, чем сопровождающие тебя волшебницы. Просто подумай хорошенько, тебе в самом деле нужны все эти реки крови, горы паленого мяса и прочие прелести? С тобой я совершенно не хочу сражаться.
Что-то было не так… в том, как он к ней обращался, что ли? Возможно, это была обычная манера Змея разговаривать, но Ольгу она отчего-то необъяснимо настораживала. А на подобные вещи девушка привыкла реагировать одинаково – волной взвешенного тщательно контролируемого гнева.
- Почему же? – опасно сощурив золотые глаза, просто спросила она. Змей задумчиво хлестнул хвостом.
- Как обычно говорит господин моей сес… э-э, одной очаровательно особе: ответ «нет» не подразумевает уточнений. Можно спрашивать, «почему да», но «нет» - это значит нет и только.
- По-моему, ты сейчас уходишь от ответа.
- Я вообще ухожу! – отрезал дракон, расправляя крылья и явно собираясь откланяться. Скрипнув зубами в сдерживаемом бешенстве, Ольга коротко обернулась к Берегиням и коротко скомандовала:
- Давайте!
Она очень опасалась, что девчонки замешкаются. Ведь их подруга была здесь, казалось бы, в безопасности, и связываться с драконом без действительно серьезной нужды, когда даже сам он явно предпочитает мирно разойтись, совсем не выглядело хорошей идеей. Она ведь так и не успела рассказать им всего… не успела решить, что неподготовленным девочкам СЛЕДУЕТ узнать – ведь в монастыре подозревали, что с этим интересом Змея к совсем юной и мало чем примечательной девице не все так просто.
Но Берегини не замешкались. Маргарита, выскочив вперед, решительно утянула подругу в сторону, а остальные четверо решительно атаковали. Насколько, конечно, позволяли освоенные умения, с которыми, по правде говоря, было пока не густо. Но справились они неплохо. Совместными усилиями Евы и Алинки снег вокруг дракона взвился плотной белой завесой, закрыв лес, кусочек неба и самого слегка, кажется, опешившего Змея. Краем колючей вьюги Ольгу болезненно хлестнуло по лицу, однако девушка не позволила себе даже сощуриться – бурлящий снежный вихрь ослепил и дезориентировал не только их противника, но и самих девушек. Поэтому Виктория, замершая с натянутым луком в руках, так и не выпустила стрелу – непонятно было, куда целиться в получившееся круговерти. Таким образом, своей успешной атакой подружки едва не свели на нет усилия всех остальных.
Полуприкрыв глаза ладонью, послушница решительно нырнула в снежную круговерть. К счастью, мягкое золотистое сияние, исходящее от дракона, легко можно было различить с нескольких шагов даже в плотной метели. Во всяком случае, Ольга увидела Змея раньше, чем он – ее. Конечно, девушка не умела превращаться так, как это делала Любава, но, атакуя, всегда старалась представить себя огромной кошкой: стремительной и сильной хищницей. Глупо было бы надеяться всерьез зацепить такую громадину, но это и не было ее настоящей целью.
- Igni et aqua interdicere! – выкрикнула девушка, едва коснувшись ладонями прохладной – неожиданно холодной при своем солнечном сиянии – чешуи. Дракон завопил от ярости и боли – это прозвучало почти человеческим криком, и попытался отшвырнуть ее – но дело было сделано. Длинное змеиное тело забилось, охваченное внезапной судорогой, Ольге оставалось лишь уворачиваться в опасении, что дракон – намеренно или просто случайно задев, размажет ее парой ударов хвоста. Горсть снега от затихающей вьюги все же угодила прямо в глаза, ненадолго ослепив Ольгу. Только на звук падения и приглушенный стон она сумела вглядеться в снежное марево.
Спутанные намокшие от снега длинные волосы закрывали лицо и плечи полулежащего, низко склонив голову и опираясь на дрожащие руки человека – пока снег мешал как следует рассмотреть его. Наверное, для мужчины его сложение должно было считаться чересчур изящным, но в сохранившейся исконно-змеиной гибкости чувствовалась сила. На мгновение смутная тревога вновь кольнула Ольгу – девушка решительно шагнула вперед, намереваясь рассмотреть его получше: почему-то возникало ощущение, будто дракон-оборотень намеренно опускает голову, не желая посмотреть ей в лицо – однако не успела…
Снеговорот, вызванный Евгенией и Алиной, постепенно стихал, но Виктория не стала дожидаться восстановления полной видимости. Наверное, Берегини порядком перенервничали, не в состоянии ничего различить – а ведь она снова не потрудилась сообщить им, что именно намеревалась делать. Как бы то ни было – Виктория спустила тетиву, едва уловив в оседающем снежном вихре какое-то движение… Причем Ольга – ух, и вздула бы ее Любава за это «хлопанье ушами»! – заметила стрелу, в полете вспыхнувшую ослепительно-желтым и утратившую всю незатейливость простой тренировочной палки, только в самый последний момент. Не было бы счастья… именно в этот момент Змей, ошибочно сочтенный обезвреженным, взвился, как пружина, и прыгнул прямо на Ольгу, сбив с ног. К счастью, наметенный сугроб смягчил падение, но под двойной тяжестью девушка все равно чувствительно приложилась спиной, а золотая стрела-молния с треском пролетела прямо над оказавшимся сверху оборотнем, едва не опалив художественно взъерошенную шевелюру.
- Ты… ты… - яростно отпихнув его, послушница запоздало сообразила, что этот прыжок менее всего походил на нападение. И замолкла, увидев, наконец, вблизи его лицо. – ты…
- Я – убито вздохнув, Сергей отбросил с лица спутанную гриву. – извини, Олененок…

URL
2007-04-15 в 21:49 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Кажется, ей было лет шесть, когда Ольга впервые увидела этого странного мальчишку… хотя, делать точные выводы о половой принадлежности белокурого ангелочка, наряженного с непривычной по тем временам тщательностью в явно сшитую на заказ курточку из замши и щегольский беретик на корне прямых золотистых волос трудно было как с первого, так и со второго взглядов. Впрочем, не Ольге, которую с ее хулиганистым характером, вечно содранными локтями и коленками и самовольно обрезанными полгода назад волосами, регулярно принимали за мальчишку, было его за это осуждать. Куда удивительнее было столкнуться с этим похожим на дорогущую коллекционную куклу ангелочком, наверное, на два-три года ее старше, в монастырском саду, где никаких посторонних не должно было быть. Однако, конечно, Оля не испугалась и даже не подумала кого-то позвать. Монастырь был местечком на редкость скучным, где крайне редко происходило вообще что бы то ни было – не хотелось бы упустить рекий шанс развеять скуку, да и пришелец, строго говоря, хоть и был старше, показался маленькой бандитке тихоней и маменькиным сынком – то есть, отнюдь не серьезным для уже успевшей кое-чему обучиться послушницы противником. Тогда она как-то не успела задуматься, как ему удалось пролезть в закрытый и тщательно охраняемый монастырский сад…
- Что ты здесь делаешь? – сурово вопросила девочка с любопытством ее рассматривающего незнакомца. Быть может, сперва следовало поинтересоваться, кто он. Или как здесь оказался… Но Ольга уже в детстве была человеком действия и той же точки зрения оценивала окружающих, принимая на веру не слова и эмоции людей (ну, и не совсем людей… или даже – совсем не людей), а только лишь их поступки.
- Я? – в светло-синих глазах отчего-то мелькнула легкая насмешка, кажется, пришелец не слишком-то проникся продемонстрированной суровостью. – Яблоневый сад ваш ограбить решил. Не постоишь на стреме, раз уж ты здесь?
С такой чистейшей, наверное, слегка даже наивной бессовестностью Ольге тогда еще сталкиваться не приходилось, оттого девочка немного оторопела.
- Кажется, мой прадедушка говорил, что кража яблок порой заканчивается судьбоносными знакомствами, - задумчиво мурлыкнул похожий на куклу мальчишка. – Знаешь, а сейчас я готов ему поверить. Кстати, меня зовут Сережа.

URL
2007-04-15 в 21:50 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Дарья
Воительница буквально замерла соляным столбом, уставившись на слегка потрепанного красавчика, не сопротивляясь, позволив ему вынуть себя из сугроба и поставить на ноги. Берегини тоже слегка ошарашено замешкались: и из-за того, к чему едва не привел неосторожный выстрел Виктории, и из-за поступка Змея и, пожалуй, главное – из-за реакции их суровой воительницы. Этим, собственно, и воспользовался преображенный дракон, быстро убедившийся, что черноволосой монастырской амазонке никаких тяжелых увечий нанесено не было и, не ожидая, пока все прочухаются, изобразил галантный поклон на прощание:
- Если вас не затруднит, леди, когда этот дуболом Витек прочухается – передайте, что он уволен! Ничего нельзя поручить! – после чего произвел тактическое отступление куда-то в лесную чащу – только его и видели.
- Ольга! – преследовать Змея было бы бессмысленно, поэтому сперва взволнованная Виктория, а за ней и остальные, не считая все еще стоящую рядом с Еленой Маргариту, бросились к послушнице. – Ольга, прости, я не смотрела, куда стреляю… Ты в порядке? Я думала, на монастырских не действуют его чары, да ты сама говорила…
- Никаких чар. Я сама… Ладно! Лучше отправиться в Монастырь и все там рассказать, - отчего-то Дарье очень не понравился тон девушки в этот момент. Все они успели неплохо узнать Ольгу: порой излишне резкую и упрямую особу – тем неожиданнее было услышать в ее голосе… наверное, безнадежность. Глухую тоскливую безнадежность. – Итак, что у нас с Еленой?
Марго мягко встряхнула подругу за плечи.
- Ты в порядке?
- Я? В абсолютном, - неожиданно ядовито отозвалась тихоня. – какого дьявола вы тут затеяли? Сергей никому ничего плохого не сделал, вы прекрасно видели, что он не хочет драться с вами – и все равно напали! С какой стати вы позволяете себе это?
- Лена… мы беспокоились…
- Я не нуждаюсь в вашем беспокойстве! – девочка раздраженно сбросила руки лучшей подруги с плеч. – Я не нуждаюсь в няньках и конвоирах, понятно?! Он не хотел ничего плохого! Он искал меня вовсе не поэтому, ясно?!
- Разумеется, - прозвучал за спинами девушек незнакомый мужской голос, заставив всех резко обернуться. Ольга как-то затравленно и вместе с тем почтительно склонила голову, пробормотав вполголоса «брат Эдуард». На стоящем у стены мужчине действительно было облачение монаха Безымянного монастыря, однако священника он напоминал куда менее, чем кто-либо там. Даже менее, чем Ольга и ее наставница-оборотень походили на «нормальных» монашек. Почему-то Дарья моментально решила для себя, что этот человек – военный: что-то такое было в его выправке и скупых движениях. И в голосе, звучащем в чем-то словно лязг металла. У него были наполовину поседевшие длинные когда-то темные волосы, довольно длинные усы и короткая бородка, резковатые черты лица и невероятно холодные серо-стальные глаза, едва не задев один из которых часть лба и скулу рассекал жутковатого вида шрам от неаккуратной рваной раны. – Разумеется, Змей разыскивал тебя потому, что ты – новое воплощение Лады. Но речь сейчас не о тебе. Ольга…
Девушка опустилась на колени, положив перед собой меч.
- Я отдаю свою судьбу на милосердие Монастыря, - в тон собеседнику – жестко выговаривая каждое слово, произнесла она.
- Да что происходит, наконец? – попыталась вмешаться Дарья.
- Я впустила в священную обитель нечисть, - слегка отстраненно объяснила Ольга. – и теперь должна буду быть осуждена за это. Но это внутреннее дело – Вас оно касаться не должно. В случае чего Любава сама продолжит ваше обучение.
- В случае ЧЕГО?!
- Возвращайтесь в мир людей, девушки, - приказал брат Эдуард. – если пожелаете, можете связаться с настоятелем и попросить объяснений у него.
Дарья едва сдержала скептическое хмыканье, больше приставшее бы Еве: в том, что от таинственного Монаха никто не может добиться внятных объяснений чего бы то ни было, она уже превосходно поняла. Но спорить с этим человеком было невозможно.
- Не нравится мне все это! – тихо заявила Даша Виктории, когда они пробирались сквозь книжные стеллажи обратно в торговый зал.
- Мне, представь, тоже!
- И особенно этот тип Эдуард! – тихо поддакнула Евгения. – Теперь я уверена: в Монастыре тоже полно скелетов в шкафу.
- Думаю, мы вправе потребовать объяснений! И… Елена – Лада. Что это значит?
Насколько Дарья помнила из мифологии, Ладой у древних славян называли богиню любви, красоты, дружбы, мира и согласия. Или что-то в этом роде, сейчас отличницу больше беспокоила судьба Ольги, чем Елены, которой, в данный момент, по крайней мере, точно ничего не угрожало.
- Вправе. Слушайте, а с этим… Витьком что будем делать?

URL
2007-04-15 в 21:52 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Евгения легонько тыкнула все еще перегораживающую двери магазинчика бесчувственную тушу носком отороченного белым мехом замшевого сапожка. Великан не отреагировал, хотя Дарья отчего-то сомневалась – особенно при взгляде на массивный покатый лоб с мощными надбровными дугами и какими-то костяными наростами – что удар по голове мог серьезно ему повредить. Тем временем Ева увлеклась, пиная горе-сторожа все с большим и большим энтузиазмом, пока не ушибла ногу и, бормоча что-то нелицеприятное, не принялась скакать вокруг, мелко потрясая пострадавшей конечностью. Маргарита, все это время с усталым скептицизмом наблюдавшая за действиями преобразившейся пышечки, вскоре потеряла терпение и ворчливо бросила:
- Да оставь ты его в покое!
- Он может знать что-то важное! – все еще подпрыгивая на одной ноге, возразила Евгения.
Марго скривилась:
- Я тебя умоляю! Этот громила – типичный бык, таких иногда нанимают в охрану для внешней весомости, но больше от них толку не бывает. Слышала же, что этот Змей про него говорил: «Передайте этому болвану, что он уволен – элементарных вещей поручить нельзя…»
- Как это?! – «обморочный» великан неожиданно резко приподнялся и сел, заставив Еву разразиться еще худшей руганью в адрес «артиста из погорелого театра». – Это несправедливо: что мог я один сделать против пяти волшебниц и Экзекутора?
- И ты изобразил обморок, чтобы не прибили ненароком? – уточнила Дарья и, не сумев сдержаться, нервно рассмеялась. В типе было почти три метра ростом, а бицепсы по объему примерно совпадали с ее «вторыми девяносто» даже в слегка повзрослевшем волшебном обличье (ибо в обычном там пока было и не девяносто вовсе, а всего лишь семьдесят восемь – но это уже, что называется, деталь малосущественная), однако между квадратной челюстью и массивными надбровными дугами, занимающими вкупе большую часть лица громилы, с совершенно детской беспомощностью лупали маленькие светлые глазки. Их не так-то легко было заметить, однако хватало одного взгляда, чтобы распознать добрейшей души существо, не то, что муху – инфузорию не способное обидеть. Слегка устыдившись своего смеха, подхваченного подругами, огневка мягко посоветовала. – Ну-ну, не огорчайтесь. Этот дракон чрезмерно высокого мнения о себе любимом, зачем принимать его слова так близко к сердцу…
- Ты полагаешь, Айварас – первый, от кого я слышу такое? – досадливо хмыкнув, великан поднялся на ноги, едва не обрушив неуклюжим движением несколько книжных полок. – Эх…
Досадливо отмахнувшись окорокообразной ручищей от каких-то своих мыслей, Витек «сдулся», снова превратившись из великана в просто здоровенного детину с несколько неправильной формы бритым черепом и понуро поплелся куда-то прочь из магазина. Дарья укоризненно покосилась на Маргариту. Та непонимающе подняла тонкую бровь.
- Думаю, сейчас для нас важнее судьба Ольги! – пресекла готовую начаться лекцию по тактичному отношению пусть даже и к бесам Виктория. – У меня плохое предчувствие.
- Ты же ее слышала, - отмахнулась Ева. – в нашей помощи она не нуждается. Людьми она, видите ли, недовольна, а с крокодилами, получается, дружит! Вот и пусть разбирается сама!
- Если все действительно так, - сухо заметила до сих пор молчавшая Елена. – то она не ошиблась. Сергей попытался защитить эту амазонку, когда она в том нуждалась – хоть она, между нами, могла бы проявить и чуть больше благодарности – в человеческом обличье он и рисковал практически в той же мере, что и обычный человек.
- Я вовсе не хочу сказать… - Ева заметно смутилась. – но что мы можем сделать? В этом их монастыре какой-то свой устав, о котором нам ничего не известно.
- Значит мы отправляемся туда и все узнаем! – решительно объявила Виктория.
- Но сейчас восемь часов вечера! – напомнила Дарья. – Мне УЖЕ предстоит не самый приятный разговор с мамой, а до монастыря полтора часа езды и столько же обратно!
- Гм… И то верно, - Вика потерла подбородок. – может, позвоним маме и скажем, что я остаюсь ночевать у тебя, а твоим родителям позвоним и попросим, чтобы ты у нас переночевала? Ева может так же отзвониться родителям Алинки, а Марго…
Отличница с усталой улыбкой покачала головой.
- Ты не знаешь мою маму. Ее в принципе невозможно в чем-то обмануть – душу вывернет, а во всем признаешься: даже по мелочам. И твоей маме она непременно позвонит сама, чтобы все уточнить – только хуже враньем сделаем.
- А у меня идея! – воодушевленно выкрикнула Ева, оценивающе оглядывая успевшие наместись довольно тощие сугробики. – М-да, не ахти, какой снежок… Вуаля!
Девушка выставила перед собой ладошки: уже не такие по-детски-мягкие, с красиво удлинившимися пальцами, оканчивающимися округлыми ноготками без маникюра, заставив взметнуться в воздух несколько снежных вихрей.
- Что ты делаешь? – недоуменно уточнила огневка.
- Леплю снегурочек!
В снежных облачках действительно начали вырисовываться очертания симпатичных скульптур. Как-то пару лет назад – тогда зима была нормальная, снежная - в Вересково проходил конкурс произведений искусства из снега и льда: помниться, тогда еще не владевшая никакой магией Евгения была в диком восторге и непременно пожелала научиться ваять такие же, но, не обнаружив в себе должных умений, к этому мастерству охладела.
- Нашла время! – фыркнула Маргарита.
- Завидуешь, что мы с Дашкой уже научились колдовать, а ты нет! – тут же откликнулась пышечка. – Вика хоть стреляет, а от тебя проку… Та-дааа! – не договорив, девушка широким жестом продемонстрировала шесть снежных изваяний – точных копий девочек. Ну… или ПОЧТИ точных копий.
- Убью, - тихо, с чувством, пообещала Марго, разглядев собственный «портрет».
- Это искусство, милочка, я тебя такой вижу… не надо, ПОНЯЛА! – Ева с ангельским выражением на повзрослевшем и похорошевшем круглом личике, вскинула ладошки. – Сча исправим!
- А себе ты явно льстишь, - ядовито продолжила питерская аристократка. – сделала эту «снегурочку» на полтора размера стройнее, чем следует. И вообще, что ты собираешься делать? Твоя «идея» заключалась в том, чтобы продемонстрировать нам свои таланты скульптора?
Евгения – невиданное дело – совершенно проигнорировав шпильку, с сияющим видом хлопнула в ладоши. «Подправленное» изваяние Маргариты неожиданно пошевелилось, заставив оригинал слегка отшатнуться. Снег слегка осыпался, обнаружив под тонкой корочкой самую обычную с виду девчонку, с в точности маргошиным скептицизмом изучившую свой прообраз и обронившую в сторону Евы:
- Отчего бы было не польстить еще и ей? Я предпочла бы выглядеть получше! Ее нос слишком тонкий, и волосы могли бы хоть немного виться!
- Ну прямо как настоящая! – хихикнула Ева и легонько тюкнула собственную копию по курносому носу. – Эй! Просыпайтесь, дамочки!
Остальные скульптуры под ошарашенными взглядами оригиналов тоже зашевелились, отряхиваясь от снега. Собственная копия Дарье – хоть она и промолчала на этот счет – категорически не понравилась. Какая-то сушеная вышла, с чопорным взглядом поверх очков «деловая колбаса» с категорически не идущей ей гладкой прической.
- Мелкая какая-то, - капризно заметила Алинка. – снега, что ли, не хватило?
- А сама-то ты какая? – тут же оскорбилась «снегурочка», по-детски поджав губки.
- Поразительно! Прямо как в сказке про «снежную невесту». Слушай… но они же растают, когда придут домой.
- До утра протянут точно, - успокоила сияющая от удовольствия, словно начищенная медная монетка, Евгения. – а там и мы успеем вернуться. Ну что – идем в монастырь? ! – она мурлыкнула, оглядывая свое новое обличье и позируя воображаемым камерам. – Я за мужской! Спорим, все монахи при виде меня раскаются в своей выбранной стезе?!
- Не сомневаюсь! – оправившись от удивления «снежным клонированием», усмехнулась Марго.

URL
2007-04-15 в 21:53 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Алина

В вечерней электричке – к счастью, не слишком-то обремененную поздними пассажирами – Дарья и Ева смотрелись… причудливо. Конечно, их отсроченные белоснежным мехом шубки не так бросались в глаза, как если бы волшебные наряды были исполнены в духе, традиционном для героинь аниме: какие-нибудь там бронекупальники с матросскими воротничками – но все равно притягивали к себе взгляды. Как два невероятно ярких пятна на преимущественно серой картине хмурого вечера и полупустой электрички, да и просто как взрослые и симпатичные девушки. Алька напомнила себе, что привлекать какое бы то ни было внимание им сейчас совершенно ни к чему, но это мало помогло – завидно все равно было.
«Уж мне бы явно не помешало стать чуточку выше ростом…»
Вспомнив «снегурочку»-двойника: это мелкое вертлявое нечто с тоненьким, как в советском мультике, голоском - девочка только вздохнула. Она, конечно, понимала, что со стороны люди видят ее не совсем так, как она – сама себя в зеркале, но не подозревала даже – насколько. Впрочем, как легко было догадаться, абсолютно все подружки остались крайне недовольны именно своим двойником каждая – даже красавица Марго.
Подолгу из-за чего-то расстраиваться, однако, было совершенно не в характере Алинки. Зато только она во всей компании умеет летать… хотя пока то, что у нее обычно из этого выходит, не слишком-то похоже на полет. Если бы только преодолеть этот страх перед приземлениями, а то вверх – получается, а вот обратно…
- Ленка, - перегнувшись через колени сидящей между ними Маргариты, Аля легонько ткнула отрешенно смотрящую за темное окно электрички девочку с косичками. – слушай, а тебе не страшно было летать так высоко?
Елена недоуменно моргнула огромными серыми глазищами и задумалась.
- Наверное, нет, - наконец сказала она. – не страшно. Вообще-то я жуткая трусиха, даже сама удивилась в первый раз, но я не знаю, как это объяснить. Рядом с Сергеем всегда такое чувство, как будто ничего плохого просто не может случиться, а все, что в жизни пугало или огорчало – как будто растворяется. Такое бывает в солнечную погоду, когда, даже если у самой дела идут не лучшим образом, заражаешься позитивным настроением у окружающей природы.
- А этот шабаш, на котором ты побывала: на что это похоже? – с любопытством поддержала расспросы Евгения. – Как у Булгакова: фонтаны с вином и все такое прочее?
- Похоже на какой-то светский раут, насколько я могу судить. Ничего такого я там не видела, хотя ,конечно, Сергей, наверное, и не стал бы показывать ничего, что могло бы напугать меня или шокировать. Боюсь он все же ошибается на мой счет. И в этом вашем Монастыре тоже.
- Если мы оказались Берегинями, то почему бы тебе не быть этой Ладой? Не более и не менее невероятно…
- В том-то и дело: я не чувствую в себе никаких перемен, никаких новых способностей… Вы изменились, а я осталась той же, что и была всегда.
- Наверное, со стороны просто легче это заметить.
- Лично я никакой магии так и не почувствовала, - Марго задумчиво пошевелила холеными пальчиками. – даже когда я вижу, как Даша или Женька используют все эти фокусы, меня все равно не оставляет чувство, словно все это – какой-то непонятный спектакль, в котором я по недоразумению оказалась вынуждена участвовать.
- Так бывает во всех историях: обычные люди внезапно открывают в себе волшебный дар и вынуждены вставать на стражу мировой гармонии, хотя совершенно не умеют и не знают, как следует вести себя героям.
- Я никогда не считала свою жизнь серой и обыденной. И все эти чудеса в решете…
- Но, согласись, порой это совсем не плохо! – Евгения закинула ногу на ногу. – теперь, благодаря своим снегурочкам, я смогу разделить свои дела на важные и не очень! И представляю, какой фурор я могла бы произвести, когда выгляжу так, как сейчас.
- Напомнить, какой «фурор» случился в школе, когда ты последний раз попыталась воспользоваться своими способностями в личных целях?
- Но это же совсем другое дело!
- Все дело в том, что ты не делаешь никаких выводов даже…
- Перестаньте же наконец! – почти выкрикнула Виктория. И тихо добавила. – Сейчас уже будет станция…

URL
2007-04-15 в 21:54 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Виктория
Девочка отчасти ожидала, что внутри монастыря, где в прошлый раз они с Маргаритой так и не побывали, будет прохладно и сумрачно, с затхлым пропитанным сыростью воздухом в просторных и почти пустых каменных помещениях. Откуда в мыслях взялись подобные образы, девочка не имела абсолютно никакого понятия. Пару раз в жизни ей приходилось бывать в церкви: совсем еще в детстве – и воспоминания сохранились весьма нечеткие, смазанные. Маленькие огоньки свечей в полумраке, строгие как-то неестественно нарисованные лики многочисленных святых, едва различимые в этом робком пляшущем свете, люди, у которых маленькая девочка вынуждена была вертеться под ногами, запах огня и воска… Второй раз сравнительно недавно: год или полтора назад – Вика ездила с классом из старой школы на экскурсию по историческим памятникам, в число которых входил и один монастырь – сейчас не получалось вспомнить его названия. В памяти отпечатались только длинный полутемный коридор и двери в многочисленные кельи: внутрь экскурсанты не заглядывали, но рисовались эти кельи малюсенькими, как клетушки, холодными каморками. Не исключено, что воображение отталкивалось и от тех забытых образов.
Однако разыгравшееся воображение подтверждения не получило. Не смотря на позднее время, в монастыре царило оживление, а зал, куда проводил гостий какой-то веснушчатый парнишка в рясе послушника, был ярко освещен теплым золотистым заревом. Стены были облицованы светлым деревом, по которому шла художественная резьба: должно быть, моменты из жизни каких-нибудь православных святых – Виктория в этом не слишком разбиралась, однако красота и хитросплетение образов на деревянной резьбе слегка завораживали: увлекшись рассматриванием, Виктория даже не сумела заметить, когда к ним подошел настоятель, имени которого, кстати, Берегиням никто так и не назвал.
- Добро пожаловать, - с мягкой улыбкой чуть склонил голову Монах. – что привело вас сюда в такое время, милые чада?
- Мы хотим узнать, наконец, что происходит! – резко ответила Маргарита прежде, чем Виктория успела открыть рот.
- Никто не даст человеку ответов на все вопросы: каждый сам проходит свой путь шаг за шагом от начала до конца и…
- И все же нам надоело барахтаться в развернувшихся событиях, как слепые котята. Не находите, что от нас было бы гораздо больше толку, если Вы введете нас в курс дела? Что этот Эдуард говорил…
- Прежде всего, - перебив сердито сверкнувшую глазами блондинку, быстро вставила Виктория. – мы хотим узнать, что будет с Ольгой.
Монах отвел глаза.
- Это, увы, внутреннее дело обители. Вы можете спросить меня о чем-то, что касается вашей собственной роли, но…
- Тем не менее! Неужели ее действительно осудят лишь за то, что какой-то тип заморочил ей голову?!
- Увы, - не поднимая от пола невероятно светлых глаз, печально подтвердил Монах. – это было не мое решение. Даже настоятель не в праве принимать решения единолично и трактовать закон в зависимости от собственных желаний, хотя мне искренне жаль это несчастное дитя. Всем нам ясно, что в ее поступке не было злого умысла, но послушники монастыря в первую очередь обучаются распознавать магических существ. Она поняла бы, кто перед ней, если бы хотела понять. Но по закону ее поступок – предательство, и даже я ничего тут не могу поделать. Особенно при том, что Ольга не желает признать этого и раскаяться.
Берегини, успевшие неплохо узнать характер золотоглазой амазонки, понимающе переглянулись.
- И что же теперь?
- Мне жаль, - еще тише повторил Монах. – наказание для нераскаявшегося предателя Обители все то же, что и века назад – Божий суд огнем.
Повисло тяжелое молчание.
- Вы шутите? – наконец холодно уточнила Марго. – Это было бы в духе дешевого псевдосредневековья… На дворе двадцать первый век! Нельзя же просто взять и сжечь кого-то!
- Увы. Внутри обители свои законы: те же, что на момент ее основания и незыблемые на время существования мира. Безымянный монастырь расположен одновременно в двух мирах и его не затрагивают течения времени ни мира человеческого, ни мира магического. Мы призваны хранить равновесие и закон, оттого этот закон незыблем, как скала – только таким образом обитель способна выстоять под перекрестными волнами.
Вика ошеломленно помотала головой. Остатки здравого смысла категорически отказывались воспринимать слова Монаха всерьез, но тот же здравый смысл подсказывал, что шутить он явно не расположен. Настоятель выглядел искренне огорченным, но что-то в нем сквозило… чиновничье, в духе «мне вас жаль, но решаю тут не я».
- Мы еще не знаем, какие последствия повлечет за собой опрометчивый поступок Ольги.
- Пока не было НИКАКИХ «последствий»!
- Достаточно возникшей в монолите щели, чтобы со временем он был подточен полностью – просто порой не сразу это замечаешь. Довольно об этом, словами ничего не изменить. Быть может, и у тебя есть вопросы… Лада?
- Сергей так сказал…
- Тебе не стоит так слепо верить ему, дитя. Драконы – мастера обмана, способные лгать, даже говоря чистую правду.. Змей служит Чернояду и его слова – эхо слов Князя Тьмы.
- Еще он говорил, что Лада и Князь не являются фактическими врагами.
- Можно сказать и так. Уже много столетий извечное противостояние перестало быть жестокой битвой и стало… можно сказать, разграничением полномочий. Однако это не означает и мира. Змей ведь не рассказал тебе, что твоя предшественница была убита – причем до сих пор неизвестно: кем. Но не столь уж многие способны убить божество. Видишь ли, Лада и Чернояд – не просто воплощения извечных Сил. Они все же остаются людьми и очень многое зависит от человеческого в них. Не стоит забывать об этом, - Монах помолчал. – время позднее, девушки, думаю, вам будет лучше переночевать в Монастыре, а в обратный путь отправиться завтра утром. Любава проводит твоих подруг в комнаты для гостей, Елена, а пока мы можем поговорить обо всем, что тебя интересует.
- Я останусь, - сообщила Маргарита таким тоном, что становилось понятно: останется, даже если ее попытаются сдвинуть с места при помощи трактора. Вика хотела было сказать, что лучше им не разбредаться кто куда, но на плечо легла жесткая ладонь Любавы.
- Пойдем, Берегиня. Настоятель каждому рассказывает лишь о его собственной судьбе.
Коридоры, объединяющие строения на территории монастыря, тоже оказались светлыми, просторными и красиво облицованными деревянной резьбой. Вместе с тем это оказался самый настоящий лабиринт: как ни пыталась Виктория запомнить, как и куда они сворачивали, все укреплялось очевидное понимание, что одни, без проводницы, они и обратно-то не выберутся, не говоря уже о том, чтобы что-нибудь здесь найти. Девочка лихорадочно соображала, как им поступить теперь.
- Любава… я не знаю Вашего отчества, - заговорила тем временем Евгения, наверное, думавшая о том же. – Ольга говорила, что Вы воспитали ее. Уверена, Вы ее любите, неужели даже вам непонятно, что этот приговор – несправедливый?
- Любовь к кому-либо не оправдывает нарушения порядка, - ровно ответила монахиня. – оттого, что такие как Змей пользуются именно этим чувством, чтобы добиваться своего.
- Но ведь это совсем другое!
- Решение не должно быть пристрастным, - очень тихо вставила Дарья, кажется, в очередной раз вспомнив свою матушку-прокурора. Которая, наверное, рассуждала бы в точности так же.
Резко остановившись, монахиня развернулась и обвела неполную команду Берегинь пронзительным взглядом желто-зеленых глаз.
- Думаю, мне лучше рассказать вам все начистоту, иначе вы непременно попытаетесь вмешаться и сорвать казнь, верно? Не представляю, что и как вы можете сделать, но молодость порой удивляет изобретательностью и тягой к импровизациям. Только учтите – ни Ольга, ни, особенно, ваша подруга Елена ничего не должны знать об этом – мы не знаем точно, насколько сильна их связь с Змеем, и не можем рисковать. Из-за неразумности моей воспитанницы оплот Монастыря оказался под серьезной угрозой, хоть сама Ольга и не желает признавать этого, но единственный способ загладить ее вину – это исправить содеянной. А вернуть спокойствие священной обители мы можем, лишь избавившись от Змея, тогда Ольге положена будет не казнь, а всего лишь изгнание. Понимаете?
- Не до конца.
- Один раз дракон уже рискнул своей жизнью, чтобы ее защитить…
- Так это сожжение – спектакль?! Чтобы заманить Змея в ловушку? – встрепенулась Вика. – Но почему вы так уверены? У этого типа на лбу написано: законченный эгоист. С какой стати ему рисковать ради одной из девушек, которых вокруг него явно не один десяток?
- Не ради нее, - сестра Любава покачала головой. – и уж конечно, не из благородства. Одна из неотъемлемых черт Огненных змеев – их азарт. Если монастырь бросит ему таким образом вызов, Змей никогда не заставит себя остаться в стороне.
- А если он все же не появится – что будет с Ольгой?
- Все должно быть на самом деле – дракон почуял бы фальшь, - отвела глаза монахиня. – мы не можем упустить единственный, возможно, шанс от него избавиться. Кроме того, это освободит и душу Лады – это должно быть не менее важно и для вас.
- Это важно для нас, - решительно повторила Виктория. – поэтому завтра утром мы никуда не уходим. Если Змей все же появится – наша помощь не будет лишней, если же нет – позволить завершить казнь мы не можем. Уверена, вы тоже не хотите этого.


URL
2007-04-15 в 21:55 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Оказывается, Виктория – да и остальные девочки тоже – не имели даже отдаленного представление о том, когда в монастыре начинается «утро». Стоял хоть и малоснежный, но декабрь, часов до восьми стояла непроглядная темень, а они в пять всем монастырем просыпаются! Берегиням, правда, любезно позволили поспать до половины седьмого, чтобы успели присоединиться к монахам и послушникам за завтраком, но и тогда Вика едва сумела заставить себя разлепить глаза, а уж Евгению поднимали всей компанией, выслушав при этом о себе много нового и интересного. Легче всех подъем пережили привычная к строгому распорядку Даша и вечный жаворонок – Алинка. А вот Елену не разбудили и к завтраку приглашать не стали. Девочек разместили по двое в небольших комнатках, напоминающих номера в каком-нибудь санатории: чистенькие, уютные, хотя и без гостиничной роскоши - как бы не выглядели кельи самих обитателей монастыря, гостей тут явно не пугали излишним аскетизмом. И задумчивая (а может, просто не до конца проснувшаяся) Маргарита вышла из их общей с Еленой гостевой комнаты одна, слегка нахмурившись, когда заметила, что пришедшая их всех разбудить монахиня заперла после этого дверь на ключ.
- Ни к чему ей смотреть, на то, что будет происходить, - объяснила, почувствовав этот взгляд, Любава. Марго, подумав, согласно кивнула.
- Не нравится мне все это, - честно призналась Дарья, обращаясь к Виктории, но не понижая голоса, пока они шли по бесконечным коридорам и лестницам в трапезную. Что-то ясно подсказывало подругам, что Любава услышит даже придушенный шепот на ушко. – все так старательно обходят слово «убийство».
Вика хмуро пожала плечами. То, с какой целью была расставлена ловушка, всем было очевидным, но думать об этом не хотелось. Да и не о человеке же, в конечном-то счете, речь.
«Елена и Ольга рассуждали бы по-другому…»
Быть может, Лена все забудет, когда избавиться от чар. Да, вероятнее всего. Но Ольга никогда и не была заколдована, для нее все – серьезно, по-настоящему, это не пропадет, как чары, вместе с колдуном. Каково будет ей? Монастырских не слишком-то волнует мнение той, кого они сочли отступницей. Для них девушки уже все равно, что не существует. Даже Любаву, желающую спасти своей ученице жизнь – но и только.
- Знаешь, - неожиданно серьезно вставила Алина. – у этого Змея был одна верная и одна почти верная возможность всех нас прикончить. Не говоря уже о возможном нападении, когда мы того не ждали или были поодиночке. Если он способен вселяться в людей, то это мог быть кто угодно из наших знакомых или родственников… Но он ничего такого не сделал.
- Но мы его и не интересовали, - задумчиво произнесла Дарья. – только Лена.
- А как же я?! Зачем Змею было лезть в нашу семью под личиной историка, если бы против нас он ничего не замышлял? Уверена, мы просто не все знаем о его планах.
Девочки как-то странно переглянулись, но больше ничего не сказали.
Сестра Любава шушуканье за своей спиной вежливо проигнорировала. Трапезная располагалась в достаточно просторном зале с длинными деревянными столами и лавками – большинство обитателей монастыря здесь уже собрались, хотя завтрак пока и не начинали.
- Отчего-то мне не кажется, что вам, девочки, необходимо было участвовать в утренней молитве, поэтому мы пришли попозже. Женя, позаботьтесь о наших гостьях, пожалуйста, - монахиня тронула за плечо уже виденного вчера берегинями веснушчатого послушника. Тот поспешно вскочил.
- Ты тоже Евгений? – попыталась завести разговор Ева. Мальчишка заметно скис.
- Женевьев, - тихо признался он, кажется, ожидая от девочек смеха по поводу этого имени, и оттого опасливо выдержав паузу. – вы картошку предпочитаете с рыбой или с грибами? Только сметаны нет, декабрь, Рождественский пост…
- А кофе у вас тут нет? – Марго потерла уголки глаз. – а то я, кажется, вот-вот засну сидя. Вы всегда встаете так рано? Понимаю, летом в пять утра уже рассветать начинает, но зимой-то…
- Привыкли, - Женька пожал плечами. – а насчет кофе, думаю, могу устроить, сейчас у нас брат Эдуард гостит, он это зелье басурманское любит, значит, варили точно. Один момент! – мальчишка неуклюже откланялся и куда-то побежал, едва не запутавшись в полах одеяния, под которым Вика с усмешкой успела заметить не кристальной чистоты старые джинсы. Видимо, это было неотъемлемой частью одежды всех монастырских послушников – помниться, Ольга носила точно так же…
- Кстати, ни этого мрачного типа Эдуарда, ни настоятеля в общей трапезной нет, - хихикнула Ева Виктории в ухо. – завтракают небось кофейком с профитролями, пока основной состав тут постную картошку жует!
- Прекрати сейчас же, это не вежливо!
- Кстати, этот Монах – ты замечала – не слишком-то на православного священника похож.
- Просто обычно они все с длинными волосами и бородами, а этот – лысый и бритый, - поддакнула Алинка. – хотя и правда больше на какого-то буддиста похож, чем на христианина. Даже не внешне, а манерой держаться, что ли…
- Тихо вы! – шикнула Виктория, заметив возвращающегося Женю.
- Вот, прошу, - мальчишка с сияющим видом поставил на стол поднос с несколькими небольшими чашками. – сливок тоже нет, зато вы непременно должны попробовать наше варенье, я сам собирал для него ягоды… ну, то есть, не я один, конечно…
Похоже, этот веснушкин был среди послушников самым юным и не мог никак поверить столь неожиданно свалившемуся на него счастью в лице аж пяти симпатичных сверстниц – особенно, конечно, Евы и Марго. И та, и другая, понятное дело, особо его усилий и не замечали.
- Жень, а ты веришь, что эта затея сработает? – какое-то время послушав попытки светской болтовни, поинтересовалась девочка.
- Если настоятель так счел – то непременно, - с серьезным видом кивнул паренек. – ему же открыто прошлое, настоящее и будущее.
- Но при этом он не знал заранее, что Ольга знакома с этим пижоном-звероящером уже много лет? – недоверчиво уточнила Ева. Послушник слегка растерялся.
- Нам всего этого не понять, - наконец сказал он. – если настоятель ничего не сказал, значит, так должно было быть и теперь случиться то, что было предначертано.
- Угу…
Сама Виктория, если говорить прямо, не верила в затею совершенно. Собственно, потому и настояла на участии Берегинь во всем этом – не могла позволить, чтобы Ольгу все-таки сожгли. Правда, не слишком-то удавалось представить, что пятерка неумелых волшебниц может противопоставить монахам на их территории, где сама по себе магия блокируется если не полностью, то в изрядной мере. Вспомнить бы еще хоть что-то из того, чему их учила Ольга… Хотя в то, что придется сражаться с монастырскими обитателями, до конца как-то не верилось. Может, и не дойдет до этого. Не собираются же они и впрямь доводить казнь до конца, если Змей так и не появится. Не могут же тут и в самом деле людей жечь!
- Жень, - уже заканчивая завтрак, осторожно поинтересовалась девочка. – а у вас такое в порядке вещей? Ну, казни…
- Последний раз такое было еще до революции – я встречал упоминания, когда в наказание за какую-то провинность разбирал архивы, - судя по тому, как дрогнул его голос, пятнадцатилетний послушник был от предстоящего не в меньшем шоке, чем Берегини. – уверен, все будет в порядке. Настоятель мудр, если он решил…
- Значит должно произойти то, что должно, - ворчливо передразнила Ева. – а если он «решил» что Ольга действительно должна погибнуть?!
- Настоятель никогда не допустит, чтобы наказание превышало степень вины! – возмутился Женя. – Если Чернояд – князь тьмы и воплощение зла, а Лада – олицетворение красоты, добра и милосердия, то монастырь – оплот Справедливости и Закона. В этом наше предназначение: как мы могли бы быть стражами соблюдения Закона, если бы нарушали его сами?!
- Твои бы слова да некоторым коллегам моего папани в уши! – фыркнула Ева, но спорить больше не стала.

URL
2007-04-15 в 21:55 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Ольга
За ночь снегопад перестал и небо, уже медленно меняющее свой цвет на серо-стальной, очистилось. Ольга задумчиво смотрела на это небо через маленькое окошко своей кельи. Окно было узким и довольно высоко расположенным, однако девушка не сомневалась в своей способности, если понадобиться, покинуть скромные апартаменты с его помощью. В детстве ее за мелкие провинности запирали гораздо более тщательно… Но поверить в необходимость побега не получалось. Приговор прозвучал. Прозвучал, когда девушка не пожелала внять словам Любавы и извиниться. Мол, настоятель бы понял бы и простил ошибку совершенную когда-то исключительно по юности и наивности. Такого Ольга, хоть и твердо намеревалась следить за своим языком, проглотить не сумела: стало быть, она – дурочка, которую каждый, кому не лень, может обмануть и влезть в доверие! - и ехидно вставила, что коварный и подлый Змей, безусловно, тогда уже был и не восьмилетним мальчишкой даже, и знания с опытом у него были не чета ее! Хамить монастырской верхушке совсем не хотелось, однако, чем больше Ольга обо веем этом думала, тем яснее понимала, что Сергей за десять лет их общения (пока не уехал учиться четыре года назад) НИ РАЗУ не интересовался у нее чем-то, связанным с монастырем. Возможно, конечно, что девочка и сама рассказывала что-то… и «воровать яблоки» он, вероятно, не просто так когда-то полез. Но вряд ли ей удалось бы рассказать что-то, чего не знала сама, а ни одной страшной тайны, раскрытие которой угрожало бы Монастырю, Ольга не знала. В монастыре вообще ничего такого, что, по ее мнению, могло бы представлять для кого-то интерес и при этом еще не было бы известно, вообще не было!
Кроме того – раскаявшись или же нет – искупить вину ей все равно пришлось бы. И идти на костер отчего-то было совсем не так страшно, как «исправлять последствия» своей ошибки. Обманывал ее Сергей или нет, использовал ли в каких-то непонятных целях или нет – этот невозможный мальчишка был тем единственным в ее детстве, в ее жизни, что позволяло все-таки чувствовать себя живым человеком, а не универсальным солдатом-Экзекутором, каким она, наверное, казалась этим смешным девчонкам Берегиням… Именно поэтому Ольга не могла заставить себя осознать, что он – враг. И это сожжение… наверное, она не верила в это до конца. Иначе, наверное, был бы страх. Не сковывающий по рукам и ногам свинцовый страх обреченности, другой, больше свойственный ей страх воина, призывающий скоординироваться, искать пути возможного отступления или попытаться первым нанести удар.
Бросив взгляд на окошко, Ольга подумала, что путь отступления все же наметила. И даже, безусловно, могла бы сбежать. Но что потом? К собственным отступникам относятся куда жестче, чем к просто врагам. Необходимость скрываться весь остаток жизни, скитания и обреченность быть всюду чужой? Это точно было не для нее. Уж лучше не бежать, как крыса с Титаника, а открыто оказать сопротивление и погибнуть в бою, а не покорно взойдя на заклание?
«Монастырь – оплот Справедливости, - напомнила себе девушка с детства набившую оскомину догму. – наказание не может превышать степени вины»
Но что, если она все же была виновата – просто так и не сумела этого осознать? И дракон-оборотень вполне мог принять обличье мальчишки, будь ему самому хоть тысяча лет…
- Я хотела бы поговорить с Любавой, - заявила девушка вошедшему Эдуарду. Тот покачал головой. – Мне что, не позволят даже попрощаться с ней?
- Сестра Любава занята. Настоятель тоже. Оттого меня и попросили тебя… проводить.
Ольга ехидно прищурилась:
- И ты даже не захватил кандалы?
- Как и они, я надеюсь на твое благоразумие, - просто ответил Эдуард.
Уж ему-то было, чем обосновать эту «надежду». Пришлый странник с туманным прошлым и почти столь же туманным настоящим, однако, находящийся в весьма доверительных отношениях с настоятелем, как поговаривали, после того, как однажды спас ему жизнь, был единственным воином, с которым Ольга не сумела бы справиться. Даже с Любавой… можно было бы рискнуть. Но Эдуард… всего раз понаблюдав за ним на тренировке, Ольга трезво оценивала свои шансы. Вернее, трезво осознавала их полное отсутствие. Если только не вернуться к идее последнего боя. Эдуард – он не… не свой. Хоть и так же называется «братом»… На него не побоишься поднять оружие.
- Хорошо. Идем.
На обширный монастырский двор – практически небольшую площадь, высыпали все обитатели. Растерянные, недоверчиво гомонящие, таращащиеся на установленный посреди двора столб. Там кандалы все-таки были (Ольга с усмешкой подумала, что, когда костер уже горит, мало кого удержишь в его центре одним лишь благоразумием). На лицах ясно читалось недоверие – неужели ТАКОЕ действительно возможно. Хоть монастырь и продолжал жить многовековыми неизменными традициями, населяли его в большинстве все же люди, почти обычные по сути своей люди, далекие от «средневековой дикости». При появлении Ольги в компании Эдуарда все, словно по команде, смолкли и расступились. Только пару секунд дольше остального гомона прозвучали причитания поварихи сестры Авдотьи, требующей оставить в покое несчастную девочку – кто-то шикнул – и все смолкло.
Любавы не было. Ни Любавы, ни настоятеля, ни вообще никого из, как их здесь называли, проповедников: элиты своеобразной «серой» магии Монастыря. Не магии даже, а странной способности любую магию аннулировать. Только толпился перепуганный обслуживающий персонал да младшие послушники. Это неприятно резануло внимание, но сосредоточиться на этой мысли девушка не успела: среди послушников в темно-коричневых и черных одеяниях мелькнули яркие наряды – или, как теперь принято говорить в миру прикиды Берегинь.
- Зачем они здесь?! – зашипела Ольга на Эдуарда. – Вы же не собираетесь заставить детей любоваться аутодафе!
- Таково было их собственное решение. С позволения настоятеля.
«Что-то не так. Что-то неправильно. Но что????» - отчаянно стучало в висках. На запястьях защелкнулись браслеты кандалов, а чувство нереальности происходящего не желало уходить.
«Правильно говорила Любава: я пока не обожгусь, никому не поверю, что горячо…»
С неба на землю, разметав первые ряды зрителей и брызнув с стороны комьями земли и камней, обрушилась холодная пронзительно-золотая молния.

URL
2007-04-15 в 21:56 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Дракон был огромен. Гораздо больше, чем тогда, в прошлый раз, при их встрече в волшебном лесу. Длинное свернувшееся кольцами змеиное тело заполнило весь просторный монастырский двор, оттеснив зрителей к жилым постройкам и кружной стене. Нервно хлестнувший хвост смел грудой досок и щепок деревянную сторожку, холодным золотом заискрилась в зыбком зареве зимнего рассвета золотая чешуя с красным и зеленым, словно драгоценными камешками выложенным узором, длинные, похожие на кинжалы когти металлически сверкнули совсем близко, легко, словно бумажные, разорвав прибитые к столбу цепи.
- Сергей, - пересохшими губами, сама не услышав своего голоса, выговорила девушка. Все неожиданно вставало на свои места. – это ловушка.
Но дракон ее услышал. Чересчур холодные на фоне переливающейся оттенками патоки золотой чешуи голубые глаза остановили пронзительный, только рептилиям и свойственный взгляд на ее лице.
- Я знаю, Олененок, - знакомая улыбка. Солнечная и чуточку беспомощная – даже сейчас, демонстрируя похожие на короткие кинжалы белоснежные клыки – улыбка больно резанула.
Она должна была догадаться. Должна была предвидеть, что проповедники заставят ее исправить совершенное и избавить монастырь от наведенной опасности и вне зависимости от ее желания и решения. Никто здесь на самом деле не считал смерть искуплением чего бы то ни было, а она об этом забыла.
Они выступили из толпы одновременно – двенадцать одетых в светло-серые непривычные в православном святилище рясы – заключив Змея в круг. Двенадцать «проповедников» монастыря – его боевое ядро. Элита. Одновременно, словно тени, вскинули руки к розовеющему рассветному небу, на какой-то момент снова ставшему бледно-серым, как в черно-белом кино. Серое небо, серые здания, серые лица побледневших от ужаса людей – только Берегини пятью цветными островками в этом бесцветье – грязный светло-серый, готовый снова уступить место межсезонной грязи снег… серый мир, только холодное бледно-золотое сияние, напоминающее солнце в по-настоящему зимнем ясном небе, какое-то время упрямо продолжало мерцать. Все слабее и слабее, словно воображаемое морозное небо заволакивали почти невидимые легкие серые тучки, окутывающие солнце и душащие чистоту сияния. И их было слишком много…
Чешуя дракона тускнела, меняя золотой цвет на бронзовый с прозеленью, слепяще-алым полыхнули напоследок взметнувшиеся и тяжело хлопнувшие крылья – порыв ветра сбил Ольгу с ног и отшвырнул в сторону. Многие попадали, как костяшки домино, с пронзительным взвизгом, словно осенний кленовый «вертолетик» закувыркалась в воздухе подброшенная этим порывом Алька… Только двенадцать остались стоять, словно серые каменные изваяния.
Змей в человеческом облике стоял посреди развороченного двора рядом со столбом, на котором болтались остатки оборванных цепей. Вся магия – природная магия, данная древнему волшебному существу самой природой, была выкачана досуха. Если сил послушницы хватало лишь на то, чтобы какое-то время удержать дракона в уязвимом человеческом обличье, то совместные усилия двенадцати «серых магов» попросту уничтожили его волшебную сущность.
Краски вернулись в мир. Небо все горячее наливалось пламенно-алым, но почему-то от этого пламени было невыносимо холодно.
Сергей скульптурно – иначе и не умеет – замер, отбросив с лица слегка растрепавшиеся медового цвета, а вторую руку положив на пояс – касаясь самоцветной золотой рукояти тонкого, почти как шпага, волнообразно изогнутого меча. Украшение, а не оружие – как раз для такого типа… Типа, который, осознавая свой очевидный проигрыш, будет продолжать красоваться!
Храбростью Сергей – в этом за десяток лет девушка не единожды убеждалась – совсем не отличалась. Не то, чтобы он был и трусом… но осмотрительность всегда перевешивала в нем отвагу. Когда они вдвоем проворачивали делишки в духе выслеживания зеленых человечков на заброшенном военном полигоне, она обычно выступала пробивным тараном, а мальчишка обдумывал нюансы и прикидывал пути возможного отступления. Наверное, поэтому ей – и только ей! – даже в голову не пришло, что Сергей попытается придти на помощь.
- Что ты собираешься, черт бы побрал?.. – рыкнула девушка. – Тебе не справиться с ними без своей магии!
- Со всеми – точно не справиться, - безмятежно согласился юноша, сняв меч с пояса и изобразив перед собой какой-то изящный росчерк. – но первые двое, кто приблизится, умрут точно, а еще не меньше троих умрут, если мне повезет… Отрубленная голова змеи еще может ужалить. Идиоты есть?
Из толпы выступила Виктория. По обе руки от нее стояли огневка и водяница, а завершала композицию барахтающаяся над головами подружек летавица.
- Вообще-то это был риторический вопрос, - Сергей усмехнулся. Вообще-то девочки шагнули вперед, когда он еще говорил, так, чтобы предстать на всеобщее обозрение именно к «риторическому вопросу» насчет идиотов. Виктория отреагировала в обычной своей манере: залилась до корней волос краской и подняла лук.
- Мне не обязательно ПРИБЛИЖАТЬСЯ, - скрипнула девочка зубами.
Змей шелестяще рассмеялся.
- Всего-то вчетвером на практически уже поверженного противника и с безопасного расстояния! Я восхищен, девушки! Правда, восхищен! Истинная осмотрительность настоящих героев нашего времени!
Вика медлила. Рука на возведенном луке уже начала мелко дрожать: вскоре она должна будет либо опустить стрелу, либо выстрелить. Змей приглашающее развел руки, опустив свой кажущийся столь несерьезным меч… меч «жало гидры» из ядовитого металла при внешнем изяществе и хрупкости способный убить одной лишь царапиной.
- Не разговаривайте с ним! – обеспокоено напомнил настоятель. – Не слушайте.
- А как насчет права последнего желания? – картинно поднял брови юноша. – быть может, юная леди согласиться передать от меня поцелуй своей почтенной матушке?
«Идиот!» - едва не рыкнула Ольга, но не успела.
Виктория дернулась, рука, удерживающая стрелу, неуклюже соскользнула с оперения и тонкая золотая молния, наливаясь в полете ослепительным сиянием, устремилась в сторону Змея. Девушка вскочила на ноги, одновременно понимая, что ничего уже не успеет сделать… Когда еще один порыв вторично сбил ее с ног.
Рассветное пламя в небе погасло. Больно слепило глаза невыносимо яркое новорожденное солнце – солнце, которое должно было нести ласковое тепло, но вместо этого взошло в режущем сиянии холодной ярости.
Запоздало до Ольги дошло, что эта звезда вспыхнула не в утреннем небе, а прямо здесь – между Берегинями и преображенным Змеем. Волны сияния, расходящегося от хрупкой девчачьей фигурки, словно круги по воде… Серебристые волосы развивались в этом сиянии, как на легком несуществующем ветру.
- Вы заигрались, - оглушительным звоном бьющегося хрусталя прозвучало над монастырским двором. – вы позволили себе слишком многое.
Из голубовато-серебристого сияние становилось ослепительно-белым. Кто-то из двенадцати отшатнулся, закрывая глаза рукой, Ольга только успела заметить, что это были не настоятель и не Любава. В глазах дрожали радужные пятна.
- Отныне рука Лады – это моя рука. Мои слова – ее слова. Поклоняющиеся серости не знают ни тьмы, ни света, ни ненависти, ни любви, ни вражды, ни дружбы. Взяв на себя право судить чужие грехи, вы отвергли милосердие, так не ждите его для себя.
«Кажется, мне все же суждено сгореть сегодня…» - отстраненно подумала бывшая послушница. Магия Лады сияла, как сверхновая, переполняя все резервы даже сильнейших «серых». Ни Берегиням, ни лишенным способностей монастырским это сияние не причиняло вреда, сжигая в себе только Лишающих, захлебывающихся в подобном количестве силы. Сжалась охваченная судорогой монахиня, сквозь чопорное обличье которой все явственнее проступали черты дикой кошки, повалился без чувств брат Тиберий…
- Елена, перестань! – выкрикнула попытавшаяся приблизиться к подруге Маргарита.
Девочка частично вышла из транса, во все огромные глаза уставившись на блондинку.
- Не смей приказывать мне! Больше никогда не смей мне приказывать! – выкрикнула она уже больше похожим на человеческий голосом.
- Я вовсе… Лена, я просто хочу помочь!
- Достаточно с меня вашей помощи! – Елена подняла тонкую, едва ли не призрачно-прозрачную руку, запястье которой обвивал золотой дракончик браслета. – Вы своей помощью едва не убили меня вместе с ним, потому что, пока я ношу это – мы неизбежно разделим участь друг друга…
- Но Монах не говорил…
- Прочь! – волной плотного сияния, взметнувшегося с ладоней Лады, Берегинь отшвырнуло к порушенным сельхоз постройкам.
- Елена, - длинные чуть дрожащие пальцы сомкнулись на свободном от браслета запястье девочки. – Лада… не нужно, остановись. Это не твоя работа – карать…
- Сергей, - покорно опустив руки, девочка опустилась на колени рядом поверженным драконом в человеческом обличье. Крови на черном шелке рубашки практически не было видно, только несколько пятен на матовой светлой коже и медовых волосах. – я… могу помочь? Я знаю, что могу, но не знаю – как! Скажи…
- Все в порядке, - он вымученно улыбнулся. – ну, все почти в порядке. Я знал, что не ошибся в тебе, моя серебряная звезда. Пожалуйста, давай уйдем отсюда. Просто уйдем…
Елена заключила его в объятья, серебряный огонь полыхнул особенно ослепительно, словно перегорающая лампочка, поглотив обоих, и исчез.
Радужная слепота довольно быстро сошла на нет, скатившись из золотых глаз невольными слезинками, Ольга первой поднялась на ноги и, шагнув к единственному оставшемуся стоять Монаху, почти без размаха врезала ему по физиономии.



URL
2007-04-15 в 21:57 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Маргарита

- Такой дурой я себя не чувствовала, даже когда с трудом уговорила отца взять меня на прием к Гюнхельдам и там обнаружила, что у них шторы сшиты из того же материала, что и мое специально заказанное для этого вечера платье! О, тогда мне ЭТО еще казалось ПРОБЛЕМОЙ! Счастливые же были времена.
- Ты меня в этом обвиняешь? – голос Виктории слегка дрожал. Марго хмыкнула и скрестила на груди руки.
- Нет, я тебя ни в чем не обвиняю. Это я сама поддержала этот идиотский план. Это я вообразила, что с благими целями мы не можем сделать ничего дурного или неправильного. Елена МОЯ подруга, а я даже не попыталась ее выслушать…
- «Я» - последняя буква в алфавите! – огрызнулась Евгения, приобнимая сникшую Викторию за понуренные плечи. – Елена, значит, твоя подруга, а мы все – никто и звать никак?!
Блондинка немного поумерила пыл.
- Я этого не говорила.
- Но ты говоришь, как будто все так и есть! Мы все допустили ошибку и все должны подумать, как исправить ее, а не набрасываться друг на друга с обвинениями… и с кулаками.
Ольга молча сверкнула золотыми глазами. Многовато что-то золота и серебра тут последнее время. Больше, чем предполагают меры хорошего вкуса…
- Но если Елена действительно Лада, - тихо возразила Вика. – она принадлежит к волшебному миру. Ее место – там, а не среди людей. Помните, что говорила бабушка Ядвига: задача Берегинь в том, чтобы защищать обычных людей от выходцев с волшебной стороны. А Елена сильнее всех нас как маг и сама вполне способна о себе позаботиться.
- Боюсь, не все так просто, девочки, - вклинился в разговор мягкий голос Монаха. Красиво набухающий красками фингал несколько портил впечатление от мудрого проницательного взгляда светлых, как вода, глаз, но на лице настоятеля уже расцвело прежнее мягкое благодушие, приправленное едва различимой щепоткой укоризны. – думаю, мне стоит вам кое-что рассказать.
- А не думали Вы вводить нас в курс дела до, а не после? – раздраженно бросила Маргарита.
- Увы, Судьба человеческая – и не только человеческая – не высечена на незыблемых камнях. Она вершиться на каждом шагу по выбранному пути, пишется в сердце каждого. Никто не может дать вам ответы на все вопросы. Оттого я прошу вас выслушать. Задача Берегинь – защищать людей. В конкретных случаях угрозы кому-то лично. Задача Монастыря – сохранять равновесие в мире. По сути мы делаем одно дело, хоть и на разных уровнях, оттого я и хотел бы попросить вас о помощи. Ибо сам я вправе вмешиваться, лишь когда Закон очевидно нарушен. Но может быть слишком поздно. Ваша подруга Елена – Лада, одна из правителей волшебного мира, но это не означает, что она не нуждается в помощи – даже если сама этого не понимает. Ее место не в мире людей, но и не на темной стороне. - Нет никаких доказательств причастности Чернояда к смерти прошлой Лады, - ровно вставила сестра Любава. После частичной трансформации ее черный платок сбился, открыв шикарные темно-рыжие с проседью волосы.
- Доказательств нет, - согласился Монах. – но и доказательств обратного мы так и не получили… по правде говоря, он просто не пожелал разговаривать. Как бы то ни было, эта смерть и для него оказалась серьезным ударом. Чужая душа – потемки, а уж душа князя Тьмы…
- Можно чуть конкретнее? Зачем ему Елена?
- Трудно сказать. Вполне возможно, как прошлая Лада открыла магическую реальность ему самому, так и князь пожелал отдать долг, воспитав ее преемницу. А возможно, хочет воспользоваться этим, чтобы увеличить свое собственное влияние. Он… странный. Не отличается той бессмысленной жестокостью или агрессивностью, что характеризовала многих его предшественников. Его даже сочли поначалу тихоней. Однако очень скоро обитатели темной стороны начали действительно его уважать. А «действительно уважать» в их понимании – это «до смерти бояться». Чего? Это неизвестно даже мне. Но через несколько лет его правления темная сторона из разобщенных кланов кровожадных монстров и пакостливой нечисти стала весьма организованным обществом. Железный кулак сжимает волшебный мир все крепче, обитателям светлой стороны это не всегда по нраву, но большинство из них слишком миролюбивы, чтобы как-то это недовольство выражать. Ведь у них пятнадцать лет не было их правительницы, способной защитить их. В мире людей он тоже пользуется серьезным влиянием. Не используя его для чего-то уж очевидно дурного, но… многих пугает то, что он сосредотачивает в своих руках все большую власть, уже и не ограничиваясь областью своей компетенции. Увы – Лада и Чернояд – единственные живые существа, чья судьба наглухо для меня закрыта. Но в любом случае всем нам предстоят нелегкие времена. Поэтому юная Дана абсолютно права, не время затевать ссоры.
Ольга, по-прежнему молча выразительно посмотрела на настоятеля. Возможно, Маргарите показалось, но он едва заметно передернул плечами.
- Я понимаю твою боль и твой гнев, дитя, - мягко сказал он. – я виноват перед тобой. Жизнь порой складывается таким образом… зерну приходиться погибнуть для того, чтобы прорасти и превратиться в колос…
- Хватит! – резко оборвала его девушка. Монах печально опустил глаза.
- И что же мы можем сделать? Елена больше не поверит никому из нас и я ее прекрасно понимаю: вы хотя бы представляете себе, как наши действия выглядели со стороны?
- Да… нет смысла пытаться переиграть Змея на его же любимой сцене. Поймите, жестокость – отнюдь не обязательное свойство зла. Зачастую добро вынуждено идти на крайнюю жестокость. Зло бывает милосердным, мягко и нежно добиваясь самых гнусных целей. Красиво и благородно… вы это видели.
- Ольга, не…
Виктория замолкла, получив от черноволосой скорее обидный, чем болезненный тычек, и, не удержав равновесия, села на землю. Марго и заметить не успела, когда в руке амазонки оказался видавший виды ножик из рассыпанного при погроме сельхоз построек инвентаря. Тупой и проржавевший, таким и порезаться-то трудно. Девушка шагнула к настоятелю, сверля его застывшим взглядом золотых глаз. Сверху вниз: вблизи оказалось, что она почти на голову его выше.
- Многим из-за этого трудно найти грань. Черту, за которой добро уже становится злом, - спокойно выдерживая этот взгляд, продолжал Монах. – эта грань – Закон. Мы.
- Это я уже слышала, - Ольга подняла нож. Берегини похолодели, одновременно подавшись вперед, хотя и понимая, что будут отброшены с той же легкостью, что и Вика.
- Твоя судьба так же была определена в твоем сердце, дитя мое, - Монах печально улыбнулся.
- Вот именно, - перестав, наконец, сверлить его взглядом, девушка одним взмахом тупого ножа отхватила почти под корень длинную черную косу и швырнула ее и нож на землю Монаху под ноги. Неровно обрезанные волосы черным ореолом рассыпались вокруг головы. – прощайте, отец-настоятель. Я благодарна за кров и заботу все эти годы.
- Ольга! – протестующе воскликнула Любава, но Монах удержал ее за руку.
- Ты не можешь решать за нее, сестра. Судьба Ольги уже определена и с обителью ей не по пути.
- Ты совершаешь ошибку, - тише заговорила женщина. – ты идешь на поводу у своих чувств!
- Я устала считать чувство – преступлением, матушка. Спасибо Вам за все, - отвернувшись, девушка решительно зашагала прочь.
- Удачи тебе, дитя, - улыбнулся ей в спину настоятель. – доброй дороги.
И, тоже развернувшись, побрел в противоположную сторону – к жилым сооружениям. У Маргариты глаза на лоб полезли.
- Это что, и было обещанное объяснение?! Что мы должны делать-то?
- Продолжайте действовать дальше и слушайте свое сердце: оно подскажет путь.
«Я ему сейчас в другой глаз двину! – неожиданно для себя подумала блондинка. – для симметрии! Догоню и…»
Решать проблемы кулаками никогда не входило в методы Маргариты, однако еще один общеизвестный чемодан вместо ответа на конкретный вопрос вполне мог стать последней каплей, чтобы она забыла о своих хороших манерах.
- Не позволяй гневу управлять собой, - сестра Любава, словно почувствовав мысли девочки, удержала ее за плечо. – настоятель прав. Ты друг Лады и теперь, если она к кому-то и прислушается, то к тебе.
- Но что я могла бы сказать Елене, если сама ничего не знаю?
- Так попытайся узнать. Вы уже начали делать это. Разыщите оборотня по имени Михайлина… вы знаете ее как учительницу математики – у нее есть ответы на некоторые из вопросов: Михайлина служила еще прошлой Ладе и знает ее лучше, чем кто-либо. Не исключено, что она стала учителем, чтобы приглядывать за Еленой.
- Но она тоже исчезла, - напомнила Евгения. Угу, не будем вспоминать подробностей, как и почему! – где ее искать?
- На волшебной стороне, разумеется.
- Вау, круто! – преображенная Алинка подпрыгнула от избытка чувств и едва снова не забарахталась в воздухе: Ева едва успела поймать ее и притянуть обратно. Детский сад! Младшая группа! Ясли! - Вот на каникулах и займемся! Ой, девочки, сегодня же в школе огонек в честь окончания второй четверти!
- Ну и что? – не поняла Марго.
- Ты что, не пойдешь на вечеринку? – Ева хлопнула глазищами. – Ты же больше всех провозилась с ее организацией! И…
О чем эти девчонки только думают?!
- Настроения нет, - отрезала Маргарита. – и вообще, чем скорее мы займемся делом, тем лучше – не до школьных чаепитий.
В глазах остальных заявление не встретило понимания. Девчонки! Пусть и принявшие обличья взрослых девушек: ни ума, ни ответственности внешность не добавила. Что с них взять? Вот только без них: уже получивших, в отличие от нее, свою Силу, никак не обойтись на волшебной стороне. Не найти Елену и не разобраться во всей этой скверной истории.

URL
2007-04-15 в 22:32 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Виктория
- Осел по сравнению с ней – просто образец сговорчивости! – Евгения страдальчески вздохнула. – теперь не переубедить!
Чаепитие и запланированная дискотека приближались – весь день прошел больше в приготовлениях к торжеству, нежели в учебе, и нехватка организаторского таланта забастовавшей красавицы ощущалась достаточно остро. Хоть Ева и уверяла, что Марго занимается всем этим только потому, что любит всеми вокруг командовать, от своей доли свалившихся теперь на остальных нудных обязанностей была не в восторге. Да и вообще, ни у кого из подруг сейчас не было праздничного настроения.
- Ага, а вот и Вика! Отлыниваешь, пока мы тут ишачим, да? И где же ты была?
- Защищала доклад по истории, - хмуро откликнулась рыжеволосая девчонка. – и… разговаривала.
- Твоя мама убедила тебя извиниться перед Денисом Денисовичем?
- Почти. Я хотела выяснить, что он помнит, и помнит ли вообще…
Девочка замолкла под вопросительными взглядами подруг. Надеялась ли она, что с исчезновением вселившегося в историка на время Змея сама собой разрулится и возникшая из-за него в их семье ситуация? Трудно сказать. Но, даже если бы учитель и правда ничего не помнил – как быть с тем, что помнит мама?
- И что же? – с легким нажимом спросила вслух Дарья.
- Ничего лишнего. Он… слегка дезориентирован, но сам, думаю, найдет, на что это списать. Когда я извинялась, он сказал, что понимает, потому что сам недавно думал о том, что на людей порой находит что-то, и заставляет поступать совсем не по собственной натуре… кажется, так, - помолчав, девочка добавила. – мама хочет пригласить его отпраздновать с нами Новый Год. Она, конечно, поинтересовалась, не буду ли я возражать… у «снегурочки» поинтересовалась, пока мы развлекались в Монастыре! Я-то, быть может, и возразила бы…
- Слушай, ну в конце концов он совсем не плохой человек! Почему бы тебе не попытаться подружиться с ним? После ОДЕРЖИМОГО учителя, ухаживающего за мамой, просто учитель – это уже не так страшно! Особенно если это не кто-то вроде Ареста!
- Наверное… - выдавила Виктория, подумав, как теперь все сложится, если маму на самом деле привлек этот Змей со своей магией, а вовсе не, быть может, и не плохой, но обычный учитель. Сперва она боялась, что у них что-то сложиться, а теперь беспокоилась из-за того, что Жанну ждет неизбежное разочарование…
Пока Вика размышляла, Евгения успела о ней забыть и возмущенно напустилась на Дарью.
- Ты в этом на танцы идти хочешь? – вешала она, размахивая перед растерянным лицом отличницы руками. Даша, одетая в белоснежную блузку и темно-синюю прямую юбку до колен, опасливо отступала под напором. – Опять мама выбирала, верно?
- Что-то не так?
- Да вспомни, какой фурор ты произвела на Хеллоуине!
- Фурор произвело то, что было потом…
- А как ты выглядела в обличье огневки…
- Это же волшебство, наверное, он любую девочку превращает в красавицу. Хватит! Приходить так в школу было бы глупо! Ты представляешь, что сказали бы Сорокины, заявись первая зубрилка в длинном красном с широким поясом и лаковых туфлях на шпильке! Курам на смех!
- Наплюй на Сорок! И куриц тоже!
- А МАМА что скажет?! – едва не плача выкрикнула Даша. – Кроме того, танцевать я не собираюсь. Тогда меня никто не узнал, а теперь я выглядела бы смешно… Все будут говорить.
- О Боже мой! Что будет говорить княгиня Марья Алексевна?! – с патетическим надрывом ошарашила подружек знанием чего-то из школьной программы Евгения. – Одна в депрессняке, другая не желает общаться, третья строит из себя библиотечную крысу, еще одна вообще смоталась в мир иной… то есть – тьфу! В иной мир!… Фуф, как с вами сложно, девочки! Алька, ты тут единственный нормальный человек!
- Зачем же так самокритично? – хихикнула азиаточка.
- Я не в счет. Нормальный человек не принял бы приглашения Мартына даже на школьные танцы, но я так обрадовалась, что он нашелся… Знаете, советы умных людей иногда не бывают лишними! Мартын сказал, что я наверное, обращаю внимание не на тех людей, и стоило бы присмотреться к мальчишкам покультурнее и поинтеллигентнее, чем футболисты. Вот я и решила… помните Егора из десятого? На каникулах мы с ним идем в кино! Замечательно иметь такого друга, как Мартынчик, верно?
- Ты что, так ему и сказала?
- Да, а что? Что вы так смотрите, девочки? – Ева озадаченно склонила голову. Виктория вздохнула и покачала головой. Мартына было жаль, но и к подруге стоит быть справедливой – сама Вика тоже не увидела бы в таком, как он, парня…
- И еще я думала насчет Маргариты, - попыталась увести тему девочка. – надо как-то вытрясти ее из этого состояния, иначе многого мы не добьемся. Я… посоветовалась с Матвеем.
- Что?! Ты что, ему рассказала…
- Только то, что она сейчас переживает тяжелые времена и отношения слегка натянулись. Он и предложил «щенкотерапию». Правда, со щенками она, кажется, не очень, но, кажется, мы придумали подарок, от которого Марго не сможет отказаться!
- Она ни за что не возьмет в дом зверье! – фыркнула Ева. – Всегда говорит, что ей достаточно сестренки! Ее послушать, так младшие сестры – это просто кара судьбы за прегрешения в прошлой жизни!

URL
2007-04-15 в 22:38 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Елена
Девочка огляделась. Поначалу ей показалось, что ее окружает полная непроницаемая чернота, но постепенно глаза привыкли к мраку, и Елена обнаружила, что находится в каком-то просторном затопленном темнотой зале. Разглядеть стены и потолок не получалось, только пара колонн нарушала пустоту обозримого помещения… В котором девочка оказалась совсем одна, даже Сергея, заключив которого в объятья она и перенеслась в это странное место, рядом не было, только пятна странной нечеловеческой крови остались на ее одежде.
- С ним все будет в порядке.
Готовая уже разреветься Елена вздрогнула и подняла голову. Стоящий перед ней мужчина казался окутанным в мягкий серебристый свет, словно в мантию, казалось, это сияние источают его длинные белые волосы, ниспадающие живым плащом почти до пола. Кожа у него была почти мраморно-белой, усиливая сходство непроницаемого лица с ликом статуи, а просторное одеяние до пола было совершенно черным, без блеска. Такими же черными были глаза на бледном слегка светящемся лице – два зияющих провала в Бездну. И – ей на мгновение оказалось – в этих глазах мелькнуло некоторое… недоумение. Уж сама-то девочка, забыв о вежливости, откровенно на него таращилась. Не на сияние. И даже не на фантастические, словно бы живущие какой-то собственной жизнью волосы. На лицо: тонкое и резкое, помимо своей непроницаемости поражающее странным сходством с ее собственным. Не в точности, конечно, но, если бы у Елены был родной брат, он, наверное, выглядел бы именно так. Овал лица с острым подбородком, тонкие черты, довольно редкий миндалевидный разрез больших слегка раскосых глаз, рисунок бровей… только глаза эти – не бледно-серые, как у нее, а то ли темно-синие, то ли темно-фиолетовые, или даже темно-зеленые… сказать трудно, но – почти до непроницаемой черноты.
- Значит, ты и есть князь Чернояд… Это ты остановил меня?
- Если тебе так будет легче, можешь называть меня Александром. Ты не понимаешь, что едва не натворила. Магия Лады не должна использоваться... так.
Елена обернулась, яростно сверкнув в сторону Чернояда глазами. Наверное, это показалось ему очень глупым... А может и нет... Трудно было судить, поскольку лицо князя Тьмы выражало все ту же ледяную невозмутимость, что и раньше. Наверное, ей никогда не удастся увидеть на его лице хоть какое-то... выражение лица!
- Разумеется, я же вторгаюсь в область ТВОЕЙ компетенции! Лада не должна использовать магию во зло, не должна никого ненавидеть... а что я вообще могу делать? Выращивать цветочки и дарить их детям?!
Чернояд тихо вздохнул.
- Сам не понимаю, почему Безымянный Монах полез в это дело. Впрочем, Берегини - тоже. Вся его забота - следить за соблюдением Закона Равновесия, а их - защищать людей... Поначалу это еще можно было счесть недоразумением, но нападения на своего слугу я им спускать не собираюсь.
- ТВОЕГО слугу... а что он значит для МЕНЯ - никому не интересно?!
- Полагаю, то же, что для всей женской половины человечества... да и не только, - равнодушно пожал плечами князь. - ну, за исключением категории поклонниц группы "ТаТу", может быть, хотя, когда ему надо… А, это пустое! Елена, - взяв девочку за подбородок он заставил посмотреть себе в глаза. На первый взгляд они казались непроницаемо-черными, одни зрачки, но, если смотреть в них долго, можно было заметить густые оттенки то темно-зеленого, то полночной синевы, то почти фиолетового. - с Айтварасом все будет в порядке. Это не первая и отнюдь не последняя, увы, история, в которую этот болван попадает из-за девицы. Это часть натуры всех Огненных Змеев: они владеют древней мудростью и легко могли бы логически разрешить любую проблему, но предпочитают играть с ситуацией, потому что иначе было бы слишком скучно. Он знал, что это ловушка, но просто не мог не придти.
- Из-за этой… Он ведь знал, что это ловушка! Знал и все равно пришел. По твоим же словам, вся женская половина человечества… но разве жизнь одной из многих стоит собственной его жизни?!
- Из-за того, что ему бросили вызов. Ты больше злишься на него самого, чем на эту послушницу и всех остальных. Не люблю давать советы, особенно те, о которых меня не просят, но если ты уверена, что любишь Сергея, лучше научись воспринимать его таким, какой он есть. Когда ты обретешь свое могущество после инициации, ты сможешь вернуть ему Силу, отнятую Монахом. Пока же мне, похоже, придется искать кого-то другого… Тебя проводят в твои покои.
Отвернувшись, Чернояд собирался было уйти, но Елена окликнула его.
- Скажи, ты сам когда-нибудь кого-нибудь любил? Или хотя бы влюблялся?
Князь усмехнулся, однако, как показалось девочке, вопрос застал его врасплох. Во всяком случае, слова, чтобы ответить, ему не сразу удалось найти. Конечно... снова "не его область влияния" обо всем, что касалось бы темных чувств, он говорил бы легко. Но Елена не теряла надежды узнать его как человека, а не просто князя Тьмы.
- Если кто-то о чем-то здраво судит, можно быть уверенным - сам он в этой области не состоятелен... Теперь мне самому трудно поверить, что такое со мной действительно было.
- И кто она? То есть... если не хочешь отвечать - не нужно, извини.
- Все в порядке. Как я уже сказал, теперь для меня это не более чем воспоминание. Надежда - твоя предшественница. Прежняя Лада.




URL
2007-04-16 в 00:37 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
*Носится по комнате, несмотря на поздний час*
УРА!!!
Ура, ура, ура!!!
Дописали первую часть?
Поздравляю!
:white: :love2: :white:

2007-04-16 в 11:52 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Сын Дракона
А обложечка Вам как?

URL
2007-04-16 в 20:57 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
Владлена
Класс )
Правда, в такой позе не полетаешь...
Но по компановке - очень красиво )

2007-04-16 в 23:35 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
в такой позе не полетаешь...
Да уж, только что бантиком не завязался! Сперва но планировался как бы со спины, но тогда второе крыло сшибло бы Елену, пришлось "отобразить".

URL
2007-04-17 в 21:30 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
Владлена
Туда бы еще девушек... :shuffle2:
Змей длинный, "паровозик" набрать можно )))

2007-04-17 в 22:30 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
*валяется и ржет* я все ждала сВашей стороны притензий по отсутствию на этой картинке Магды...

URL
2007-04-17 в 22:54 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
Владлена
:shuffle2:
Какие мы с Вами догадливые...

PS: заметьте, про князя я скромно промолчал :shy:

2007-04-18 в 13:04 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Ну, князь, по крайней мере, и не девица. А Магда только во второй главе выходит на сцену.

URL
2007-04-18 в 21:28 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
Владлена
Так вот я и молчу :angel:

2007-04-19 в 09:42 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Няф, каку я нашла кавайность!

Только вчера размышляла о истории знакомства Александра и Сергея, о котором Сергей, может быть, будет рассказывать Ольге в третьей главе, и вот - наткнулась... Правда, главный герой манги (переводчики утверждают, что это ОН, хотя у меня было возникли сомнения) на Александра не слишком похож.

URL
2007-04-19 в 22:06 

Сын Дракона
Я, конечно, не совершенство... Но шедевр еще тот! )
Владлена
А по-моему похож...
Правда, вряд ли он в то время ходил с такой шевелюрой ))))

Но Сергей в детстве, разумеется, лапа )

     

Кафе "Вечорка": мемуары сплетников

главная