Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:39 

"В.Е.Дь.М.А. - мэйд ин Раша" Глава Первая. Огненный Змей

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)



Итак, треть пути позади... В-в... одно утешает - если в моем лице нашелся маньяк, способный эту жуть накатать, может, найдется и несколько готовых ЭТО прочесть...

URL
Комментарии
2007-04-15 в 20:41 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Виктория

Городок был... дырой обозвать - похвалить только! Собственно, даже и не городок, а так - с точки зрения родившейся и выросшей в столице девочки - большая деревня. Когда из здания вокзала, навьюченные сумками и чемоданами, словно ослики тюками, буквально вывалились на небольшую плошадь красивая, немного похожая на цыганку женщина и взъерошенная рыжеволосая девочка-подросток, перед ними предстала главная улица, которую в Москве и переулком бы врят ли посчитали. Вдоль улочки тянулись двух-трех этажные домики-пряники, что могло бы выглядеть живописно... могло бы, но для Виктории не выглядело.
Вика в данный момент была в крайней степени недовольства жизнью. В ее плечо больно врезалась лямка большой спортивной сумки поправить которую было невозможно, поскольку руки заняты чемоданами, с неба моросил мелкий нудный дождичек, девочка была вконец вымотана долгим переездом на четырех электричках с пересадками, недовольна переездом из Москвы в какое-то редкостное захолустье, взвинчена только отгремевшим нервным и скандальным разводом родителей и крайне недовольна жизнью и судьбой вцелом, оттого сочла пейзаж унылым и облезлым. Впрочем, стоял самый конец октября, листва на деревьях уже облетела и успела поблекнуть и потемнеть, небо было низким, тяжелым и серым, действующим на нервы этим вот дождиком... Жизнь вцелом явно не удалась!
"Правельно говорят - везет как рыжей!" - уныло подумала Вика.
Когда ты просто рыжая - это еще полбеды. По-настоящему "веселая" жизнь ждет, когда при этом цвете шевелюры, выдающем в человеке мнимую склонность убивать лопатами дедушек, твоя фамилия - Чубайс! Виктория Рикхардовна Чубайс!!!
Страдальчески вздохнув, девочка недовольно покосилась на мать. Они были очень непохожими. Виктория не унаследовала яркой красоты смуглокожей брюнетки Жанны, зато получила от отца жесткую рыжую шевелюру, светлую чуть ли не прозрачности кожу и дурацкую фамилию в придачу! Себе-то Жанна оставила девичью! А ребенку, значит, можно жизнь испортить! Фамилией, переездом в какую-то жуткую дыру, лишь бы подальше от бывшего мужа - причем, что в этой деревне делать молодой девушке, у которой вся жизнь впереди, Жанна как-то не думала... Вот и сейчас, проигнорировав вздох, женщина решительно шагала к автобусной остановке - едва волочащая затекшие после многочасового сидения в электричке ноги дочка едва успевала за ней.
"Везет, как рыжей... - уныло повторила про себя Виктория. - но я, наверное, единственная рыжая в мире, кому ДО ТАКОЙ СТЕПЕНИ не везет!"



URL
2007-04-15 в 20:41 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Маргарита



Виктория оказалась не единственной уроженкой крупного мегаполиса, волею судеб заброшенной на задворки цивилизации в городок под названием Вересково. Но не все девушки воспринимали превратности судьбы столь пессимистически. Должно быть, дело было в том, что, в отличие от незнакомой пока сверстницы, Маргарита Романова была гораздо более довольна жизнью вцелом, своей фамилией - звучащей, с точки зрения девушки, эффектно и благородно, своими волосами - роскошными и белокурыми, и своими родителями. Была, правда, в семействе Романовых своя "ложка дегтя" - младшая дочь Лилька, сущий бесенок, но и она обычно погоды не портила.

Отчасти сыграло и то, что Марго с семьей переехала в Вересково почти полгода назад, в начале лета, когда утопаюшие в пышных зеленых кронах и золоченые ярким солнцем домики-пряники выглядели ДЕЙСТВИТЕЛЬНО живописно: ни дать, ни взять - игрушечный городок из сказки. Или то, что семейство Романовых транспортировали не четыре электрички с пересадками, а два весьма внушительных джипа - черный и серебристый - прямо к порогу их "дачи" - перестроенной под шикарный особняк заброшенной усадьбы. Особенно Марго радовало, что машин ДВЕ и она может ехать отдельно от гиперактивной младшей сестрицы. И вещи свои девочка ташила отнюдь не сама - вышколенные шоферы перетаскали весь куда более многочисленный богаж в особняк.

Маргарите городок понравился. Кроме того, ей льстило самосравнение с русской аристократией (это было куда более приятно, чем часто звучащее в спину "Что тут скажешь - новые ж русские!"), как известно, зиму проводившей в Петербурге, откуда приехало и семейство Романовых, а на лето выезжающей поближе к природе в усадьбы и имения. Не Гаваи, конечно, и не Лазурный берег, зато так ново и экзотично...

Правда, стояла за переездом на дачу совсем не веселая история. У Генадия Романова - крупного питерского банкира, начались проблемы не то с налоговиками, не то с "крышей", не то с теми и другими разом, из-за чего он рассудил, что жене и двум дочерям лучше на какое-то время скрыться с глаз общественности - просто на всякий случай.

Неприятности, однако же, затянулись и Марго вскоре заскучала. В городке-игрушке не было ни одного модного бутика, все одевались со швейной фабрики, несколько лет назад почти развалившейся и выкупленной каким-то предприимчивым не то китайцем, не то вьетнамцем, не то корейцем. Здесь не было кабельного телевидения, а глянцевые журналы появлялись в подаже - в лучшем случае - два месяца спустя после положенного времени. В общем... девочка уже готова была покрыться плесенью от тоски, когда все кардинально исправили несколько интереснейших знакомств.

Главным образом, конечно, с Еленой. В своей прежней жизни Маргарита, наверное, и не заметила бы тихую мечтательную "серую мышку", и уж точно не предположила бы, что именно она - девченка ничего не смыслящая ни в моде, ни в стиле - станет для нее лучшей на свете и самой близкой подругой. Девочки были кардинально не похожи, абсолютно по-разному смотрели на окружающий мир... и оттого заново открывали его друг другу с неожиданной и абсолютно новой стороны. Елена всю жизнь провела в этом городке - Марго вдохновенно рассказывала ей о Петербурге, о каникулах во Франции и отдыхе в Египте, а Елена восхищалась и почему-то ни капельки не завидовала. Если Маргарита открывала ей простор мира, то Елена демонстрировала подруге его глубину, его скрытое волшебство, которое только нужно заметить. Как ни банально это звучит, но богатый внутренний мир Елены с лихвой компенсировал отсутствие внешнего глянца, по которому привыкла судить о людях Марго. Хоть она и относилась к наивной мечтательнице с легкой покровительственностью, Елена, вполне возможно, значила для Марго даже больше, чем она сама значила для Елены.

С остальными ее уже новая подруга и познакомила. Дарья Кукушкина сама по себе была не слишком-то интересна. Ходячая энциклопедия, а не девчонка! Правильная, сухая и безжизненная, как изложенные в ее любимых справочниках и научных журналах факты, завоспитанная жестковатой матушкой едва ли не до позеленения умница-отличница. У Дашки была орехово-смуглая, доставшаяся от отца-мулата (или араба) кожа, большие темные глаза в потрясающих рисницах и склонные виться, чего им не дозволялось, блестящие черные волосы. Ее бы приодеть поярче, сменить жуткие очки на более стильные, да распустить туго стянутую косу - потрясающая была бы красавица-экзотка! Судя по ее брату, Петьке Кукушкину... Собственно, ради того, чтобы иногда видеться с Петькой - уже взрослым парнем, недавно окончившим школу и теперь, вместо службы в армии, работающего лесничим, Маргарита и дружила с Дарьей. Словно по контрасту с сестрой Петр Кукушкин был всегда слегка неопрятным, смешливым и потрясающе классным парнем! Совершенно не похожим на тайный идеал Маргариты, но таким интересным! Во всем стоило находить светлые стороны - раз уж им пришлось остаться в Верескове и на осень, а Маргарите - пойти в местную школу, в один класс с Еленой - то, может быть... В конце концов, нельзя же всю жизнь ждать этот придуманный в детстве идеал!

Алинка, фамилии которой Марго никак не могла запомнить, и дочка здешнего участкового Женька Ларина были одноклассницами Дарьи - на год младше Марго и Елены. Алина - дочка того самого китайца-корейца-узбека-таджика, местного "законодателя мод", а Женьку (сама Евгения предпочитала называться Евой, но Марго упорно звала ее Женькой в отместку за плебейское обращение "Ритка" к собственной персоне!) - смешливую пышечку с каштановыми кудряшками - Маргарита с первого знакомства регулярно мечтала придушить, через две минуты общения начиная бороться со звоном в ушах от несмолкающей болтовни и хихиканья к месту и не к месту, и раз двести зарекалась вообще не общаться, но начинала вскоре скучать почти так же сильно, как по Елене.

В какой-то мере Маргарита была бы даже рада остаться в Верескове навсегда. Но вмести с тем это казалось абсурдом! Вот если бы девчонки могли переехать к ней в Перербург. И Петька... Впрочем, пока они еще никуда не уезжали и Марго старалась не думать о разлуке. Без Петьки прожить она смогла бы - красивых парней везде полно, да и виделись они с ним всего пару раз, обменявшись "привет-пока" (хотя девочка чувствовала, что оже ему нравится). Но расстаться с Еленой... Это было бы очень и очень грустно! Впрочем, будуче натурой обстоятельной, Маргарита уже прикинула, что могла бы порекомендовать Елену и Алину в одну питерскую художественную школу, правда, не обсудив с самими девчонками... в конце концов, рисовать обе любили и неплохо умели.

URL
2007-04-15 в 20:43 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Ева
Фамилия Евгении была Ларина. У пожилых учительниц эта фамилия вызывала сентиментальный восторг, ассоциируясь со светочем русской поэзии и его широкоизвестным произведением, однако широкоизвестность эта ограничивалась узкими кругами - большинство сверстников Евы знакомы были с Александром Сергеевичем исключительно по фразе "А работать Пушкин будет?!". Да и не напоминала смешливая Ева ни лиричную романтичную Татьяну, ни даже ее очаровательную легкомысленную сестричку Ольгу. Зато у нее был отец-милиционер... дочь мента Ларина - с этим следовало научиться жить! Даже если папа Тимофей вовсе не питерский детектив, а всего лишь местный участковый, ведущий идейную борьбу с отцом Алинки, на швейной фабрике которого работали, в основном, соотечественники не вполне легально проживающие в России, да тщетно пытающийся который год приструнить мелкую шпану - компашку второгодников под предводительством Рыжего Юрика, воображающего себя АльКапоне локального маштаба! С этим стоило научиться жить и Ева жила. Причем жила и радовалась: будуче по натуре своей оптимисткой, она не только не обижалась на шуточки, но и слыла автором многих из них - наиболее остроумных! Во всем, если постараться, можно найти позитив.
Взять хотя бы Мартына! Несчастный парень был даже не классическим, а просто-таки карикатурным образчиком отличника-зубрилы: был тощ и бледен, как выросшее в темноте растение, носил жуткие очки с толстыми стеклами в кошмарной старушечьей оправе, самой яркой чертой внешности Мартынко был намазаный зеленкой интеллигентный прыщик на выпуклом лбу, а уж занудлив был... Впрочем, себя Ева считала куда более несчастной, ибо это чучело было уже несколько лет в нее "тайно" влюблено - разумеется, в курсе тайны были все - и невозможно было найти в Верескове уголка, где Еву не преследовал бы преданный, как у побитой собаки, взгляд через толстые линзы очков. Вместе они смотрелись еще более нелепо, чем Мартынко сам по себе - хотя нелепее, казалось бы, уже нереально! - Ева была яркой, кудрявой и, обтекаемо выражаясь, склонной к полноте девченкой, обаятельной, смешливой, но не особенно эрудированной, так что на ее фоне горе-ухажер смотрелся еще более тоще, бледно, и занудливо, чем сам по себе. Евгения сочла бы Мартынко сущим наказанием судьбы, если бы та же судьба не огорошила ее такой пакостью, как контрольные работы, к которым кто-то должен был подтягивать, да домашние задания, которые надо было у кого-нибудь списывать. Можно, конечно, было бы обратиться к Дашке Кукушкиной, но та была привередой почище учителей, списывать не давала принципиально, а при репетиторстве пыталась ДЕЙСТВИТЕЛЬНО вбить в кудрявую голову подружки весь пройденный материал, которым Ева замусоривать память была категорически не готова. Ну зачем ей в жизни будут нужны все эти неправельные дроби, формулы, события да даты?! Так что подружка тут не подходила категорически, вот и приходилось время от времени являть Мартынко свою благосклонность и позволять совершать учебные подвиги во имя дамы своего сердца. Ему несложно, он на целый класс старше... О том, что парню приходится выполнять два комплекта домашних заданий - для себя за восьмой класс и для нее за седьмой - девочка особо не задумывалась. Да и все равно ему нечем заняться, кроме как над учебниками кропеть, а она девушка молодая, красивая, стоит и оставлять время личной жизни...
Хотя в плане личной жизни было глухо. Мартына Ева за парня не считала, а "настоящие мужчины" вниманием чего-то не спешили радовать. Немного успокаивало то, что она не была в этом болоте одинока: маловато романтики было в жизни Дарьи - отличницу угораздило втрескаться в одного из ворогодников из банды Рыжего Юрика, про Елену, тайно (для объекта и явно для всей школы!) влюбленную в первого школьного красавчика Матвея Олесина, вообще говорить не стоило, Алинку - совсем еще ребенка в душе - мальчишки не занимали, и даже у Марго Великолепной, считающей себя верхом совершенства, на амурном фронте не ладилось, в данном случае - по вине самой Маргариты, поклонников-то у нее хватало, но все не подходили по привередливым запросам питерской "светской львицы".
Надеяться на неожиданную судьбоносную встречу в Верескове, где все с пеленок друг друга в лицо знали, было бы найвно... Да что вообще неожиданного или хотя бы странного может произойти в этом болоте?!
Ева задумчиво потеребила бусы на шее. Эти бусы, представляющие явную антикварную ценность, Алинка откопала в сундуках у своей бабули - мировой старушки, хоть и слегка с приветом, но очень веселой и общительной, что Евгения всегда ценила в людях. Они входили в комплект маскарадного костюма, на последнюю примерку которого сегодня вместе с девчонками следовало зайти после уроков к Алине в гости.
Поначалу директрисса категорически запретила ученикам празднование "буржуазного" праздника Хеллоуина. Душой Олимпиада Богдановна до сих пор жила в далеком прошлом и не желала признавать, что современные подростки чем-то отличаются от тех, что учились у нее лет сорок назад. Директрисса искренне огорчалась, что отменили форму и вместо черно-коричневой толпы перед ней мелькает разноцветная, запросто могла устроить ученице разнос за подкрашенные губы, ее возмущала современная музыка, интересы нынешней молодежи и все, без исключений, веяния "загнивающего Запада". Идея праздника едва не провалилась с треском, но школьников здорово выручила бабушка Алинки - Ядвига, владеющая симпатичной кафешкой, вполне способной вместить не столь уж многочисленных старшеклассников единственной вересковской школы. Она же подала идею не просто маскарада, а в славянском стиле, за которую Алика, вечно жаждущая куда-нибудь применить свои дизайнерские способности, радостно ухватилась.
Костюмы придумывали всем коллективом, но в основном, конечно, работали Алина и новый "эксперт по моде и стилю" Марго, слегка заземляющая неуправляемый полет фантазии первой. Получилось совсем неплохо, Ева с нетерпением ждала конца уроков... Впрочем, она ВСЕГДА с нетерпением ждала их окончания, начиная со второго урока (поскольку первый, как правило, проводила в полусне с открытыми глазами)...
- Евгения!
- Денис Денисович? - девочка подняла голову, пытаясь сообразить, чего историк от нее хочет. Денис Денисович с шутливым поклоном кивнул на доску.
- Ну так и что же ты готова нам рассказать о Бородинском сражении, Ева?
"Упс"
К доске Евгения шагала, словно на плаху, едва волоча ноги и то и дело горестно вздыхая. Класс откровенно хихикал, Денис Денисович тоже украдкой усмехался в усы... Может, если его развеселить, натянет на троячок? Учителя Еву, не смотря на ее легкомыслие и некоторую лень, вообще-то любили...
Нервно теребя жемчужные бусы, Евгения комично гримасничала и честно пыталась хоть что-то вспомнить, не сводя с учителя умоляющего взгляда. Сама себя не слыша, она несла какую-то околесицу, потчерпнутую из смутных воспоминаний о том, что там говорили Мартын и помешанная на "Войне и Мире" Дарья... больше в голову (и на язык) лезли подробности о бале Наташи Ростовой, ее романтическим отношениях с Андреем... и почти ничего - на тему, собственно, войны...
- У меня не урок литературы, Евгения, - качнул головой Денис Денисович. - конечно, это неплохо, что ты интересуешься литературными произведениями до того, как их начали проходить в школьной программе, но мне хотелось бы услышать... Ладно, так и быть, поставлю "три", если скажешь, кто воевал с Наполеоном.
Дарья с ужасом и осуждением взирала на мучения Евы у доски, Алинка вертелась на стуле, пытаясь подсказать жестами, мимикой и невнятным мычанием, не разжимая губ. Наконец, что-то придумав, принялась черкать что-то ручкой на своей ладони и, закончив, развернула ладошку к Еве. Та, щурясь, пыталась разобрать мелкие каракули...
- Ну же, Ева?
"Тройку он поставит, как же! А слабо хоть одну пятерку мне поставить? - уже откровенно гримасничая и яростно теребя несчастные бусы, телепатировала на всех волнах Денису Денисычу девочка. - ну поставь пятерку, а!"
- Итак?
- Кутузовский! - рявкнула успевшая разобрать часть фамилии Ева. Класс рухнул, а учитель как-то странно передернулся, встопорщив усы...
- Можешь садиться, Евгения, - каким-то деревянным голосом произнес он. Девочка, сообразив, что сказала что-то не то, обреченно понурилась. - тебе "пять".
- Что?????


ЛИЧНОЕ ДЕЛО

ДАНА — славянская богиня воды. Светлолицая девушка — река, журчащая свою жизнерадостную песню.

URL
2007-04-15 в 20:45 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Елена

На Елену поздняя осень действовала ожидаемо: девочка лирически хандрила, украдкой писала стихи и делала зарисовки мимолетных, как сны, мыслей прямо в школьной тетрадке. Мечтательность ее была качеством круглогодичным, однако именно осенью, причем не есененской золотой, а поздней, серой осенью с мелким дождичком, облезлыми черными ветвями уже облетевших деревьев и низким тяжелым небом - Елена окончательно "улетала". Причем возвращения "с небес на землю" редко бывали приятными...
- Чему равен "икс"? - терпеливо, с нажимом повторила Марьванна. Елена встрепенулась.
- Э-э... двенадцать.
- Ровно двенадцать? - математичка была неопределенного возраста, полная и довольно добродушная, однако даже у ее ангельского терпения имелись определенные пределы.
- Нет. Э-э... с хвостиком, - убито промямлила Елена. В классе послышались смешки, но Марьванна не улыбнулась.
- Поздравляю Вас с открытием новой математической величины, именуемой "хвостиком", юная леди.
Смешки в классе стали явственнее.
- Марья Ивановна, извините, я прослушала... не ставьте в журнал, пожалуйста, я Вам завтра все отвечу... - заблеяла Елена. В этот момент она была противна сама себе.
Круглое лицо математички нахмурилось.
- Хорошо, Леночка, в честь твоего Дня Рождения - последний раз. Ты ведь умная девушка, Елена, просто надо быть немного повнимательнее... иди на свое место. Итак...
Марьванна оглядела класс. Пока Елена мучилась у доски, класс заскучал: на последнем ряду резались в карты, на предпоследнем - в "морской бой", стайка девченок разглядывала один из презентованных Маргошей глянцевых журналов, а сама Маргарита с задумчивым видом полировала пилочкой ногти.
- Достаем тетради, непутевые чада, новая тема!
Однако на этом аккорде урок был прерван, дверь широко распахнулась и в класс, словно каменный гость, грузными шагами прошествовала директрисса Олимпиада Богдановна. Моментально наступила почти гробовая тишина, ученики повскакивали со своих мест, вытянувшись в струнки, карты, изрисованные листики и модные журналы с парт испарились, словно по взмаху волшебной палочки.
Олимпиада Богдановна была приблизительно той же комплекции, что и Марьванна, однако математичке полнота придавала какую-то мягкость, а директрисса напоминала кусок каменной скалы, потчеркивая художественное сходство темно-серым костюмом и "снежной" вершиной из зачесанных наверх седых волос. При ее появлении в классе сразу стало как-то тесновато и неуютно.
- Добрый день, дети, можете садиться, - низковатым густым голосом, отработанным за долгие годы преподавательской практики, провозгласила Олимпиада Богдановна. - у меня для вас новость. С сегодняшнего дня с вами будет учиться Виктория Рикхардовна Чубайс.
В присутствии директора смешки прозвучали гораздо полее тихо и придушенно, быстро затихнув было под тяжелым взглядом, однако едва Олимпиада Богдановна посторонилась, перестав целиком закрывать своими габаритами дверной проем - все едва под парты не рухнули от истерического хохота.
Вообще-то настоящий Чубайс не такой уж и рыжий, Елена пару раз его видела по телевизору. Но народу куда более был известен не сам министр энергетики, а его образ в многочисленных анекдотах... Девченке, лицо которой моментально вспыхнуло едва ли не ярче огненной шевелюры, оставалось только посочувствовать. Однако, заразившись общим весельем, сдержать смешок Елена все-таки не сумела.
- Класс, тихо-тихо! - перекрыв хохот, боевой трубой зазвучал голос директриссы. - Как вам не стыдно так встречать свою новую подругу!
Не помогло. Смущение несчастной новенькой только добавило веселья. Впрочем, растерянность на лице девчонки через какое-то время сменил гнев, рыжеволосая покраснела еще сильнее, явно - хоть в смехе и гавалте этого и невозможно было расслышать - скрипнула зубами...
Один из плафонов на потолке класса взорвался феерверком золотых искр, заставив сидящих под ним учеников с визгом попрыгать в стороны, а особо мнительных - яростно при этом сбивая с одежды и волос воображаемое пламя. На мгновение эта вспышка ослепила всех присутствыющих, после чего класс погрузился в полумрак.
- Ох, - выдохнула Олимпиада Богдановна. - я сейчас приведу завхоза...
Едва директрисса вышла, непоседливый Лапшин негромко, но весьма слышно в наступившей тишине, произнес:
- Ну правельно, где Чубайс - там и перебои с электрикой!
Класс снова загоготал. Новенькая, обессиленно ссутулив плечи, поплелась на свое место. Даже в полутьме осеннего утра ее шевелюра пламенела чуть ли не с электрической яркостью.
- Эй, я не ослышалась? День Рождения? - зашептала Марго на ухо Елене, когда все немного поутихло. - Почему мне никто не сказал?!
Елена пожала плечами. Признаваться, что все все время забывают про День ее Рождения, поскольку такая серая и неприметная личность не интересна даже вездесущей Сорокиной, все и про всех знающей? Елена с детства была настоящей невидимкой - прожив много лет в небольшом городке, где все знакомы, она даже не удивлялась, что даже одноклассники на седьмом совместном году обучения могут и не вспомнить ее имени. В конце концов, устав переживать, она решила забыть о своем празднике тоже. Тем более, сегодня он совпадает с классной вечеринкой, почему бы не притвориться, что это чуточку и в ее честь тоже?
- Я забыла...
- Забыть о своем Дне Рождения? - Марго аж подпрыгнула на стуле. - Ну ты даешь, подружка! И девченки молчали, вот свинство какое, когда же я успею найти для тебя подарок?!
- Не стоит.
- Ленка! Хватит витать в нирване, а ну признавайся, почему хотела зажилить от лучших друзей праздничек?!
- Ну Маргоша! Сегодня же и так вечеринка, кто поперся бы ко мне на чайок с тортом в компании предков, когда можно оттянуться на маскараде? Да никто! Лучше я со всеми на этот праздник схожу.
Маргарита призадумалась. Потом тряхнула белокурой копной волос и, сдавшись, проворчала:
- Ну ладно, может, там что-нибудь сымпровизируем. Кстати, о вечеринке, надо бы новенькую пригласить, а то некрасиво получится...
Елена покосилась на ссутулившуюся за партой худенькую фигурку новенькой. Рыжеволосая девчонка выглядела еще более тихой, несчастной и потерянной, чем она сама. Елена искренне жалела новенькую... действительно жалела ровно до большой перемены, когда класс отправился в столовую.
Маргариту все проводили взглядами, Рыжий Юрик даже присвистнул, но, наткнувшись на полный десятифунтового презрения взгляд хрустально-голубых глаз гостьи из Питера, стушевался. Елену, как обычно, не заметили... А вот стоило на пороге появиться Виктории, вся столовая разразилась воплями и улюлюканьем.
"Сорокина расстаралась!" - сочувственно сообразила Елена.
- Привет "рэд-девилю, повелителю энергии"! - надрывался Юрик. Как будто сам не рыжий, честное слово! Хотя апельсиновая шевелюра и правда не шла в сравнение с огненными волосами новенькой. - Могла бы уж и всю школу обесточить нафиг за неуплату... агхр?!
"Агхр?!" - это уже потому, что другой девятиклассник - Матвей Олесин, незаметно приблизившись к Юрику, заткнул ему рот горбушкой хлеба. В столовой повисло удивленное молчание - красавчик Матвей редко лез в школьные разборки, юный, но необычайно талантливый гитарист и композитор был слегка "не от мира сего". Что, впрочем, не мешало ему быть одним из лучших учеников, наряду с Дарьей Кукушкиной и Мартыном Таблеткиным. В наступившей тишине Матвей решительно подошел к новенькой.
- Прости нас, пожалуйста, - он приветливо улыбнулся. Лицо Вики снова вспыхнуло ярче красной шевелюры. - Как тебя зовут?
- В-Вика...
- Виктория - значит, "победа". Глупо тебе расстраиваться из-за каких-то придурков. - за нашим столиком есть свободное место, хочешь присоединиться?
- Ага! - проблеяла эта рыжая овца, которую за эти короткие мгновения Елена резко перестала жалеть, а возненавидела всем сердцем. Неужели... Неужели, чтобы обратить на себя внимание Матвея достаточно жуткого цвета волос?! Неужели красота, обаяние, личность - уже никого не интересуют?!
"Будь честна хоть с собой, Леночка, из всего перечисленного у этой Вики есть хотя бы цвет волос! Может, и отвратительный, но сразу привлекающий к себе внимание, не в пример твоему: мышино-русому!"
Матвей галантно провожал рыжее чучело к столику, а Елена нервно крошила хлеб в свою тарелку, всеми силами стараясь не разреветься.
"И эта Вика тут ни при чем! У меня просто не было шансов в любом случае..."


ЛАДА - Славянская богиня красоты, любви и бракосочетаний, примирения и согласия, дружбы, искренности. Но так как любовь порою бывает и причиною горя, то Лада олицетворяла и несчастную любовь.

URL
2007-04-15 в 20:46 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
[align=center]Алина [/align]
- И в который раз мы уже забываем про ее День Рождения?
Девчонки, как по команде, отвели глаза. Наконец Ева сдавленно пробубнила:
- Но она сама про него никогда не говорит. Вот я к СВОЕМУ Дню Рождения всех за неделю готовить начинаю!..
- Подруги называется! - скрестив руки на груди, надменно бросила Маргарита. - Заваленная математика, увлечение Матвея, а теперь еще и это! Неудивительно, что она сама не своя.
- Но Ленка всегда ведет себя так осенью, - осторожно заметила Дарья, поправляя очки. - и вообще, не должны же мы теперь из-за этого ссориться с новенькой. Она неплохая девчонка, я успела познакомиться с ней сегодня до начала уроков. Виктория же не виновата, что Елена, уже года два вздыхая по Матвею, так и не решилась даже заговорить с ним!
- С Викой он сам заговорил... - сама не зная зачем, вставила Алина. Вообще-то она давно подозревала, что Елену вполне устраивала сложившаяся ситуация: скрывать свои чувства, молча любить из-за уголка любовью, состоящей исключительно из собственной фантазии. Примерно таким же образом Ева регулярно "влюблялась" в известных певцов и киноактеров, ее "романы" с Леонардо диКаприо, Томом Крузом и прочими "лицами с обложки" с регулярностью гремели по школе: страдать без публики и достойных зрителей Ева не соглашалась. Но влюбленности Евгении быстро проходили, а Елена нашла в своих воздушных замках хрупкое постоянство, теперь безжалостно разбитое вдребезги. - Обидно будет, если все это испортит праздник. Тем более - ее День Рождения... Надо постараться ее приободрить.
- Как правило, когда вы с Евой пытаетесь это сделать, становиться только хуже, - сухо напомнила Дарья. Порой Евгения и Алина действительно несколько увлекались в том, что им самим казалось просто дружескими подначками, и могли случайно кого-нибудь обидеть. Меланхоличная барышня Елена обижалась частенько. - У меня сегодня дополнительные занятия, так что я присоединюсь к вам попозже. Увидимся.
- Приходи сразу в бабулино кафе, закончим все всесте с костюмами! - прокричала вслед Дарье Алина. Она и сама училась довольно хорошо, но решительно не понимала, как можно, успевая и даже обгоняя программу буквально по всем предметам, еще и ходить на дополнительные занятия в свое свободное время! С другой стороны, Дарье это, похоже, нравилось... Вспомнив костюм, который они приготовили для этой сверхправильной отличницы, Алинка сдержала смешок. Только бы Дарья добровольно ЭТО на себя надела, не вынуждая подруг идти на экстремальные меры...
Впрочем пока основной заботой была все-таки Елена!
- Все хандришь, дорогая? - вылавливая русоволосую девчонку на выходе из раздевалки, приветливо завопила Ева, приобнимая печальную Елену за плечи. - Надо было Алинке нарядить тебя Царевной-Несмеяной... может, еще есть время поменять костюмчик? По крайней мере, он будет гармонировать с выражением твоего лица!
- Не уверена, что хочу идти на эту вечеринку... - едва слышно пролепетала Елена. - я что-то неважно чувствую себя сегодня, наверное, грипп начинается, лучше я...
- И не думай! - категорично отрезала Марго.
- Ага! - поддержала Алинка. - Самый действенный метод лечения гриппа - отправиться куда-нибудь, где скопилось побольше народа и всех обчихать до полного своего выздоравления! А сейчас идем ко мне костюмы мерить! Я внесла кое-какие изменения...
- Мне надо учить математику! Я обещала Марьванне, что завтра ей отвечу...
- Слушай, а почему бы тебе не попросить Матвея позаниматься с тобой? - предложила Ева. - Убъешь двух зайцев одним выстрелом. Если хочешь, я могу взять переговоры на себя...
- Пусть с этой рыжей занимаеться! - окончательно помрачнев, сквозь зубы процедила Елена.
- Ты что, так просто отдашь парня своей мечты первой встречной?! За любовь надо бороться, Леночка!
- Я боролась за яблоко, а не за огрызок! Мне не нужен предатель.
- Ну какой же он предатель. Матвей не твой парень, он даже не знал о твоих чувствах, вот если бы ты...
- Хватит об этом, - с неожиданной для себя твердостью отрезала Елена. - Вовсе Матвей не парень моей мечты. Просто за неимением лучшего...
Ева хмыкнула, переводя взгляд с Елены на Марго и обратно.
- Эх вы, ждете-ждете какого-то "лучшего", а отличных парней, которые рядом, только руку протяни, упустить готовы! Вот ты, Маргоша, так и не пригласила Петьку на праздник! Строишь из себя такую всю из себя уверенную, а сделать первый шаг трусишь!
- Не стану я ни за кем бегать! - возмутилась Марго. - Петр уже взрослый, на школьной вечеринке ему будет неинтересно. Да и вообще... это несерьезно! Не может это быть чем-то серьезным!
- Не твой идеал? - поддела Евгения. Маргарита вспыхнула.
- Да, не мой идеал! Петька отличный парень, но он не тот... не такой, кого я могла бы по-настоящему полюбить. Он... он косит от армии. Я понимаю, что не из трусости, а из убежденного миролюбия и пацифизма, но все равно. Нет у него цели в жизни, живет себе да радуется... вроде бы, это и неплохо, но, мне кажется, у настоящего мужчины непременно должна быть цель, миссия, то, ради чего он живет и ради чего готов погибнуть. Должна быть Идея, понимаете? А в Петьке этой идеи нет... Он не борец, предпочитает уходить от конфликта. Он... Он замечательный парень, но не мой. Мы друг другу не подходим. А как на счет тебя самой, Женечка? Мартынко-то совершенно не ценишь, хотя он - заметь - блондин!
Ева поперхнулась. И почи тут же возмущенно завопила:
- Никакой он не блондин! Белобрысый просто!
Несчастный, безнадежно влюбленный в Еву "ботан" Мартын Таблеткин и правда был скорее бесцветным, чем блондином. Кощунство такого сравнения задело Евгению, к блондинам питающую определенную слабость, до глубины души. Алинка тихо захихикала, даже хандрящая Елена едва заметно улыбнулась.
- Ой, Маргоша, я чуть не забыла! - неожиданно завопила Елена. - Я же его дорисовала!
Резко остановившись, девочка начала судорожно рыться в своей сумке - на тротуар высыпалось несколько почему-то не убранных в пенал карандашей. Наконец Елена обнаружила искомое и, улыбнувшись уже более уверенно, извлекла из портфеля рисунок.
- О чем это они? - вытягивая шею в попытке взглянуть на рисунок через плечо более высокой Маргариты, живо заинтересовалась Ева, моментально забыв, что планировала кипеть от возмущения. Алина покачала головой.
- Фоторобот мечты.
Сама Алина, тоже будучи неплохой художницей, считала и продолжала считать, что мечта - не сбежавший уголовник, чтобы составлять на нее фотороботы. Но Елена каким-то седьмым чувством умела улавливать и воплощать на бумаге не только свои, но и чужие фантазии.
- Ой, Елька, это и правда ОН, в точности такой... - взвизгнув от восторга обычно чопорная Маргарита полезла к Елене обниматься. Алина мельком успела увидеть этот рисунок и несколько удивилась. Изображенный там парень лет шестнадцати на вид совершенно не напоминал "рыцаря без страха и упрека", обычный паренек, симпатичный в меру - сильно, кстати, уступающий красавчику-Петьке, слегка еще мальчишеское лицо, открытое, с упрямым подбородком, темные вихры... Совершенно не похоже на схематичный идеал. Живой, характерный и - в то же время - ничего особенного.
- Ничего особенного, - высказала вслух Ева, но Марго ее просто проигнорировала.
- А ты сама-то, - поддержала беседу польщенная (то ли оценкой своего изобразительного таланта, то ли тем, что сумела сделать Марго приятное) Елена. - кого считаешь идеалом, Ева?
- Девида Бекхема! Ну, сойдет и кто-нибудь на него похожий: гланое, чтобы высокий спортивный блондин.
- По-моему, это примитивно...
- А сама ты как считаешь? - снова закипела от возмущения Ева.
- Я?
- Да, ты. Каким должен быть идеальный парень?
- Идеальным не должен быть, - подумав, покачала головой Елена. - идеал - это было бы скучно. Должен быть в каждом человеке какой-то маленький индивидуальный изъян, делающий его реальным, а не совершенной куклой. Не важно, в чем это выражается. Он должен быть загадочным и неоднозначным, чтобы никогда не знать его целиком, до конца... многогранной натурой. Возможно, не всегда именно тем, кем он кажется.
- Что-то я запуталась, тп-ру! А в плане внешности?
- Красивые волосы - не важно, какого цвета, но чтобы длинные и ухоженные, потом - выразительные глаза, опять же, цвет может быть любым, и изящные кисти рук.
- Короче говоря, "би-ши" из твоего любимого аниме! - хихикнула Евгения. - Как хочешь, а лично мне кажеться, что все эти Абиханы и Нефриты с каким-то не туда уклоном!
Если слабостью Евы были голливудские блокбастеры, то Елена отдавала предпочтение японской анимации и с завидной регулярностью влюблялась в какого-нибудь "бесёнёна", как правило, очередного "доброго в душе" злодея. Однажды она сутки проревела и на неделю впала в депрессию из-за того, что один такой типчик - перевоспитавшийся демон со странным самоцветным именем погиб, спасая какую-то вечно влипающую в нериятности дуреху. Алина заподозрила, что и Матвеем-то Елена увлеклась только потому, что его довольно длинные для мальчишки волосы придавали некоторое сходство с на беду свою исправившемся злодеем.
- Что "хи-хи"! А ты, Алинка?
- Что-я? - разыграла недопонимание Аля, прекрасно знавшая, что рано или поздно разговор до этого дойдет.
- Каким должен быть парень, чтобы ты его полюбила?
- Не знаю. Я никогда об этом вообще не думала.
- Серьезно?
- Совершенно серьезно. Если существует кто-то... моя судьба - то мне совершенно все равно, каким он будет или как выглядет. Какой смысл загадывать? Я узнаю его, если встречу, каким бы он ни был. Главное ведь, чтобы он БЫЛ.


ЛИЧНОЕ ДЕЛО: АЛИНА

ЛЕТАВИЦА — дух рассвета. Ночью летает или сидит где-нибудь на ветвях, приближает день. Чарует полуночников своей девичьей красой. Обута в красные сапоги, с помощью которых летает; они для неё, что крылья легкие, в них вся сила летавицы. Только тот, кто сможет заставить себя не смотреть на её сапоги или снимет их, не поддастся чарам летавицы. Если этот дух рассвета останется без сапог — управляй им как хочешь. Исчезает летавица c восходом солнца.

URL
2007-04-15 в 20:46 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
[align=center]Дарья [/align]
Новенькую Викторию Марго официально пригласила сама, окончательно смутив непривычную к таким церемониям девочку.
- Не уверена, что мне стоит идти... Уже и не помню, когда была на вечеринке.
- Вот и освежишь воспоминания, - улыбнулась Дарья. - к сожалению, тебе придется самой выбирать для себя наряд - Алинка шьет только индивидуально для каждого человека... если бы ты хоть на неделю раньше приехала.
- Карнавал? - без энтузиазма уточнила Вика. - Я ужасно глупо выгляжу в праздничных нарядах... впрочем, это же Хеллоуин, тут чем ужастнее, тем лучше, верно? Нет, я, наверное...
- Там будет играть Матвей!
- Да?! Он музыкант?
- Юное дарование, гордость нашей школы... Ну так что, хочешь оценить его вокальные данные? Ты, кажется, ему понравилась, Матвей никогда раньше не вмешивался в школьные разборки.
- По-моему, он просто меня пожалел. Я выглядела круглой дурой! Даша... а тебе когда-нибудь нравился парень, так, чтобы с первого взгляда?
- Наверное, - первая отличница школы заметно поскучнела. - Но ко мне никогда вот так не подходил парень. Собственно, меня тут особо не донимают, почему-то считается, что те, кто хорошо учится, все сплошь учительские любимчики и ябеды, так что у меня особо ни друзей, ни врагов...
- А девченки?
- Мы в хороших отношениях. Просто у Елены лучшая подруга - Маргоша, а Ева с Алинкой - неразлучная парочка. Я там пятое колесо в телеге. Как ты думаешь, я зануда? Такая же, как Таблеткин?
- Таблеткин, похоже, неповторим! - хмыкнула Виктория. - С чего ты так решила?
Дарья отвела глаза. Наверное, стоило с кем-нибудь поговорить, причем, желательно, с тем, кто не начал бы сыпать прибаутками в духе Евы и не начал рассуждать в духе Марго о том, что надо поработать над своим имиджем и стилем - тогда и проблем не будет.
- Мне... немного нравится один парень. Но я даже не знаю О ЧЕМ с ним можно заговорить, у нас ведь совершенно нет общих интересов.
- Откуда ты знаешь, что нет, если даже не разговаривала с ним?
- Он... из тех, кого моя мама называет "неблагополучными", его мать уже лет десять, как уехала неизвестно куда, оставив его с отцом. Тому особо не до воспитания, вот он и оказался в числе приятелей Юрика... Дело даже не в том, что маму хватит удар, если я начну встречаться с хулиганом, просто... я не знаю, как к нему подойти. Ну с какой стати и о чем отличнице разговаривать с хулиганом? Это даже выглядеть будет смешно! Я... мне иногда кажется, что и он хотел бы со мной заговорить, но не знает как и о чем. Боится, что эти его неандертальцы-приятели будут над ним смеяться! Хотя, возможно, я это просто себе вообразила. Знаешь... я где-то слышала, что маскарад - это время не надевать, а сбрасывать маски, те маски, под которыми мы живем всю свою жизнь. Поэтому я согласилась присоединиться к затее девчонок, хотя и не слишком люблю вечеринки, хочу сбросить маску зубрилки и быть просто собой! Как ты думаешь, что-нибудь получится?
- Попытаться быть собой, спрятавшись под маску? - Виктория призадумалась. - Наверное, и мне стоит попробовать. Мною быть скучно... Ну хорошо, я приду. Удачи!
- Тебе тоже!


Жар -птица - в славянской мифологии огненная птица размером с павлина. пиротехнические способности птахи перепадут умнице Дарье вместе с волшебным пером

URL
2007-04-15 в 20:47 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
[align=center]Виктория [/align]
Тучи немного развеялись... Как в прямом смысле, осветив городок прохладным октябрьским солнышком и заставив выглядеть не так уж и паршиво, как вчера вечером, так и в косвенном. Может, Вересково и был жуткой дырой, но что-то хорошее в нем определенно было. Хорошие люди, например. Никаких иллюзий на счет Матвея Вика не питала, но сам факт знакомства с таким благородным парнем, да еще композитором к тому же - радовал. И Дарья... В прежней школе у Виктории были, конечно, приятельницы, но ни одной настоящей подруги среди них не оказалось, особенно остро девочка поняла это, когда разводились родители и когда ей особенно нужны были поддержка и сочувствие, а одноклассницы просто не пожелали понимать, из-за чего сыр-бор. Одни жили в благополучных семьях и просто не понимали, какой это кошмар, когда один из самых близких людей бросает тебя, у других отцы, по их словам, были такие, что они только порадовались бы, оттелавшись, третьи давно уже жили с матерями... так они и заявляли "Мы с мамой давно живем одни, но я из-за этого не огрызаюсь на каждое слово и истерик не закатываю!" - или что-то еще в этом духе. Виктории казалось, что все отвернулись, все предали ее... быть может, причина была в ней самой...
"Надеть маску, чтобы быть самой собой..."
Может, и она - вовсе не недотепа и неудачница, что это - всего лишь маска, которую можно сбросить, спрятавшись за другую?
Маргарита, как ни странно, Виктории тоже понравилась, хотя обычно девочка по-черному завидовала таким вот - красивым и самоуверенным популярным девушкам. Но высокомерие Марго, похоже, и было именно маской, на самом деле стильная куколка производила впечатление человека чуткого и ответственного, хотя Вика и не могла понять, в чем это выражается. Наверное, дело было в том, что из всего класса над ней не смеялись только двое: Маргарита и ничего не понявший Таблеткин, у которого на лбу было написано полное отсутствие чувства юмора.
Заряда оптимизма хватило ровно до примерки содержимого шкафа и поиска подходящего наряда. Это занятие имело устойчивую привычку портить Вике настроение... За полчаса поисков девочка приняла, наконец, твердое решение:
- Все!!! Я никуда не иду!
На дикий вопль в комнату заглянула Жанна. "Ну почему я так на нее не похожа?!" - в который раз уныло подумала Виктория, разглядывая недоуменное яркое лицо матери.
- В чем дело, лягушеночек?
- Я некрасивая! - злобно швыряя под ноги стянутое через голову платье, дрожащим голосом выкрикнула девочка. Жанна устало вздохнула и улыбнулась.
- Вот увидишь, лягушеночек, однажды кто-нибудь непременно увидит в тебе настоящую царевну! Надо просто встретить того человека и не спешить с выбором. В жизни еще все успеешь. Тот, кому ты по настоящему понравишься, ты понравишься такой, какая ты есть, а притворяться кем-то другим... только хуже сделаешь и себе и ему.
- Царевну, - без всякого энтузиазма повторила Вика. И неожиданно подпрыгнула едва ли не до потолка. - ТОЧНО!!! Царевна-Лягушка! Мамуля, ты ЧУДО!!!!
Надеть маску, чтобы стать собой... Стать тем, кем себя всегда ощущала... С вновь вспыхнувшим энтузиазмом Виктория принялась яростно рыться в куче одежды.

URL
2007-04-15 в 20:49 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
[align=center]Дарья [/align]
- Я не уверена... Я сто лет уже не танцевала! - обреченно проскулила первая отличница школы, на всякий случай зажмурив глаза. Алинка, которой из-за собственного небольшого роста даже не пришлось ставить "модель" на табуретку, что-то колдовала над нарядом: подкалывала, расправляла, одергивала... Маргарита едвауловимо щекотала лицо пушистой кисточкой. Марго вообще настаивала на "агрессивном" макияже, но тут Дарье удалось отбиться - решено было ограничиться подкрашенными губами. - Подумаешь, в пять-семь лет ходила на ритмику! Это даже не настоящий танец...
- Прекрати ныть, - строго велела невидимая Маргарита. - и не криви губы, я их сейчас буду красить!
Порой Дарье казалось, что на нее, как на героиню фильма-сказки типа "Золушки" - Эллу кто-то когда-то наложил проклятье послушания. Одной строгой нотки в чьем-либо голосе ей хватало для того, чтобы сложить лапки и позволить судьбе в лице мамы, учительницы или такой, как Маргоша, подружки нести себя по течению, не делая ни малейших попыток сопротивляться.
- Неправда, кстати, - присоединился голосок Евы. - ты же танцевала на наших посиделках. Ты отлично двигаешься, мы все видели.
- На наших посиделках мы были одни. У меня боязнь сцены! Все будут на меня глазеть - это будет смешно! Я буду выглядеть... выглядеть...
- Ты будешь выглядеть потрясающе! - отрезала Марго.
- Вот-вот, - слегка невнятно из-за зажатых во рту булавок пробурчала Алинка. - а если ты думаешь иначе, я сейчас обижусь! Над твоим костюмом я дольше всего провозилась!
- Костюм прекрасный. Просто... просто форма должна соответствовать содержанию, а я буду выглядеть, как зубрилка, которая пытается притвориться стильной девушкой! Все хорошо меня знают и будут смеяться!
- Тебя никто под маской не узнает! Просто не веди себя, как зубрилка! То, что ты хорошо учишься, отнюдь не делает тебя Мартыном в юбке, понятно? И только попробуй, как в прошлый раз, просидеть весь вечер в уголке и ныть "уж лучше б я дома книжку почитала"!
Маску Алинка сделала из запасных очков Дарьи, украсив оправу разноцветными перышками.
- На ритмике я еще не носила очков! - тут же ухватилась за идею отличница. - вдруг они упадут, если я буду танцевать...
- Не моршись, я же все размажу, если будешь строить рожи! Все, можешь открывать глаза.
Маргарита сама аккуратно надела на Дарью очки. Отличница в тихом ужасе уставилась в большое зеркало, перед которым ее "установили".
- Теперь хоть на девушку будешь похода, а не на моль библиотечную! - удовлетворенно хмыкнула питерская красавица. А Дарья подумала, что если на кого-то и стала похожа, то на укротительницу тигров в каком-нибудь цирке: только плетки в руке и не хватало, честное слово! Костюм состоял из красного с золотым шитьем жакета, к счастью, Алинка решила ее пожалеть и сделала этот жакет достаточно закрытым (не смотря на вопли Марго, уверяющей, что на вечернее торжество воротнички, "подпирающие челюсть" - как она выразилась - неуместны), алых шаровар, заправленных в красные с золотом же сапожки, и как бы юбки из тонких золотых лент - перьев, надетой поверх этих шаровар. В принципе, это смотрелось вполне пристойно, даже мама, наверное, не стала бы возражать против такого наряда, хотя прокурорша Тамара Кукушкина отличалась крайне строгими нравами, по отношению к дочери - в особенности (смирилась, что из Петьки толку не выйдет, вот и переключилась целиком на Дарью)... Проблема была в другом...
- Это не я! - тихо заявила Дарья, разглядывая незнакомую девушку в ало-золотом наряде с шикарной гривой черных кудрей. Не слишком обращая на нее внимание, Алинка и Марго ходили вокруг подружки кругами, словно вокруг новогодней елки, скептически оценивая результаты своих усилий.
- Чего-то не хватает...
- Ага. Только не пойму - чего...
- Может быть, сделать ей что-нибудь с волосами?
Дарья, незадолго до того наблюдавшая два часа мучений Евы, которой Маргарита в домашних условиях варганила "мокрую химию" в домашних условиях, вылив на каштановые кудряшки не меньше двух с половиной тюбиков геля и каким-то образом превратив их в гладкие волны словно бы не до конца высохших русалочьих волос, в ужасе замотала головой.К счастью, красавица сама передумала:
- Наверное, уже не успеем. Мне еще маникюр делать! Надо чем-нибудь украсить...
Алинка вдруг издала торжествующий вопль, заставив всех подскочить, и, ослепительно сияя улыбкой, полезла под кровать, почти скрывшуюся под горой разноцветных одеяний.
- Помните те бусы, для Евы? - я в бабулином сундуке случайно нашла эту шкатулку, глядите! - с видом фокусника, Алька раскрыла перед подругами небольшую коробочку из резного нелакированного дерева, не смотря на явную старину, даже не потемневшего и не потрескавшегося. Внутри шкатулки лежал венок из очень тонко отлитых золотых колосков, украшенный самоцветными камешками, словно в колосья вплелись полевые цветы и большое перо вроде павлиньего, только не сине-зеленое, а золотистое с алым пятнышком в форме какого-то фантастического глаза. Перо-то Алинка с торжествующим видом и извлекла, воткнув в чисто символически собранные на макушке волосы Дарьи.
- Маниту сказал все! - с непроницаемым лицом и нарочистым псевдоакцентом пробубнила Ева и прыснула. Дарья, естественно, смутилась. Она вообще очень часто и легко смущалась, к счастью, природная смуглость кожи оставляла это незаметным для окружающих. Тем больше девочка жалела новую знаклмую Викторию, тонкая белая кожа которой мгновенно заливалась краской, делаясь даже темнее густо-рыжих волос. "Интересно, что за костюм выберет Вика?"
- Потрясающе! - восхищенно ахнула Алина. Марго продолжала удерживать на лице скептицизм, стараясь скрыть довольный вид. Опасливо взглянув в зеркало, Дарья мысленно с ними согласилась. Незнакомая яркая экзотка и правда смотрелась потрясающе, вот только отождествить ее с самой собой как-то не выходило.
- Следующий! - рявкнула Маргарита, подталкивая Дарью в бок. - Шевелитесь вы, из-за вас я не успею с маникюром!
- Да у нас еще...
- Такие дела не терпят спешки - один ноготь неровно накрасишь - и пиши пропало! Женька!
Евгения поморщилась, но послушно поплелась на место, освобожденное Дарьей. Огрызаться с Маргаритой, которая единственная могла кого угодно потрясающе "отштукатурить" было бы сейчас крайне неразумно. Ее в четыре руки нарядили в длинную рубашку-балахон, якобы изображающую одеяние славянской русалки, только материальчик не всписывался - тонкая блестяшая псевдошелковая ткань на грани синего и голубого цветов. Отчего-то хохотушка и болтушка решила выглядеть на празднике лирично и романтично...
"Хотя ее хоть узнать можно!" - напомнила себе Дарья.

URL
2007-04-15 в 20:49 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Маргарита с профессиональной сноровкой слегка пудрила круглое личико - все же для ундины Ева оказалась неприемлимо румяной и цветущей, а Алинка украшала "мокрую химию" цветами и ленточками. Оставшаяся без занятий Даша огляделась, привычно выискивая взглядом что-нибудь почитать. Была у нее такая привычка - стоило хоть минутке свободной выпасть, организм требовал читать что-нибудь, вплоть до объявлений, рекламы и нехороших надписей на заборах! Впрочем, в Алинкиной комнате таковых не обнаружилось.
"Наверное, русалочий наряд больше подошел бы Елене..." - бросая взгляд на самую тихую учасницу примерок, подумала Дарья. Уж Елене не нужны были книги, чтобы при первой же возможности унестись мыслями куда-то далеко-далеко, "уйти в себя и заблудиться" - как выражалась Ева. Большие серые глаза в точности напоминали осеннее небо, пряча за пасмурной дымкой какие-то неведомые просторы и дали. "Славянского" наряда для Елены не придумали и одели ее во что-то, вроде, европейское: тяжеловатое платье из бледно-голубой ткани с серебряным шитьем по квадратному вырезу - слишком закрытому, чтобы именоваться "декольте", но все-таки и не "воротник"... Маргарита вынуждена была позволить своей лучшей подруге обойтись без косметики: попытка подрумянить скулы обернулась чахоточными пятнами на щеках, глаза моментально "пропадали", стоило использовать тени для век, а подкрашенные губы начинали казаться приклеенными. Лучшее, что можно было сделать с лицом Елены - это оставить его в покое, хоть девочка по-прежнему была едва заметна на фоне выбеленной стены. Это лучше, чем напоминать клоуна! Волосы тоже оставалось только слегка пригладить "самсилгом" перед тем, как заплести две привычные косички (Марго надеялась, что так они хотя бы не распушаться одуванчиком через пять минут, а продержаться хотя бы час), в которые Алинка вплела по нити жемчуга.
- Свободна! - отчеканила Марго уже Еве. - Алька, одевайся скорее, я тебя накрашу.
Для себя Алина выбрала образ Шамаханской Царицы, нарядившись в расшитый блестками и бусинами топ, светло-фиолетовые шаровары - более широкие и длинные, чем у Дарьи, а поверх накинув что-то вроде прозрачной газовой туники. Поскольку ходить в конце октября по средней полосе России в гаремных туфельках не представлялось возможным - крышка сундука с бабулиными сокровищами заскрипела в очередной раз, явив миру симпатичные короткие сапожки. Что сама Алина, что ее бабуля Ядвига были миниатюрными, как феи, а уж размер ноги у них обеих был просто кукольным - на Дарью такие сапожки разве что лет в восемь бы еще налезли... Пока азиаточка натягивала шаровары и путалась в накидке, Марго ожесточенно спорила с Евой, взвешивая в руках "пшеничный" венок.
- Говорю тебе - золотой, уж я-то, наверное, получше тебя разбираюсь!
- О-ой, ну где нам, серой-то провинции! И где ты видишь пробу?
- Пробы нет, - рассмотрев венок со всех сторон, вынуждена была признать Маргоша. - но, судя по весу, он золотой! И камни настоящие.
- Настоящие такими крупными не бывают! - упрямо твердила Ева. - Золото самоварное, камушки - цветные булыжники, хотя сделано и правда красиво!
Маргарита возмущенно хмыкнула. В драгоценностях она действительно кое-что понимала и питала к драгметаллам и камешкам изрядную слабость. Не зря Алинка предложила для питерской красавицы костюм Хозяйки Медной Горы - щедро украшенное зеленое платье еще аккуратно висело на "плечиках".
- Вообще-то бабуля врят ли позволила бы мне брать, что захочу, если бы там были такие дорогие вещи, - извиняющимся тоном поддержала Еву Алина. - хочешь надеть его? Не совсем в тему, но, кажется, тебе подойдет...
Маргарита повертела венок в руках, взвешивая еще раз и пытаясь все-таки обнаружить пробу.
- Если он все-таки золотой - и наверняка имеет антикварную ценность - Ядвига Светозаровна может на нас рассердиться.
- Она же сама сказала мне: бери, что захочешь, - повторила Алина. - ты же очень ответственный человек, не потеряешь, по темным подворотням, где его могут отобрать, мы ходить не будем - твой отец ведь обещал встретить нас вечером на машине и развести по домам.
На аристократическом лице Маргариты сомнение боролось с явной симпатией к изящному украшению. Наконец, соблазн пересилил.
- Ну хорошо. Я его действительно не потеряю, а завтра в случае чего сама извинюсь перед Ядвигой Светозаровной. Все, Алька, садись "штукатуриться"! Тебе еще меня причесывать!
Дарья скучающе вздохнула.
- А почитать тут что-нибудь?..
- Дашка, не начинай!!! - хором выкрикнули все, кроме "витающей в облаках" Елены.

URL
2007-04-15 в 20:50 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Маргарита

«Как маленькие, честное слово!»
Вспомнив, каких невероятных усилий стоило отвязаться от намылившейся было за старшей сестрой Лильки, Марго внутренне содрогнулась. Порой возникало странное ощущение, что Лиля – это кара Судьбы, ниспосланная за какие-то прегрешения в прошлой жизни… Отмахнувшись от неприятных мыслей, Маргарита сосредоточилась на маникюре. Удобнее, конечно, было позаботиться об этом заранее, но, зная, что ей еще предстоит причесывать и красить своих весьма далеких от косметических премудростей подружек, девушка решила не рисковать.
Странно… Самой Маргарите всегда было гораздо более интересно общество людей постарше, но жизнь неизменно складывалась таким образом, что она оказывалась самой взрослой в компании.
Дарья все-таки раскопала какое-то печатное издание и наслаждалась обществом милых своему сердцу буковок, Елена сидела у окна, вглядываясь в осеннее небо, и витала мыслями где-то далеко-далеко, Ева и Алина о чем-то шушукались и то и дело начинали заразительно хохотать – как правило, именно в тот момент, когда Маргарита бросала в их сторону недовольный строгий взгляд. Ева вообще имела обыкновение хохотать по поводу и без повода, про таких говорят «палец покажи – умрет со смеху».
- Хватит шуметь! Из-за вас тот же ноготь второй раз уже крашу!
Эффект, как и следовало предвидеть, получился обратный – обе просто на пол сползли от смеха. Закончив возиться с маникюром, Марго аккуратно закрутила пузырек кончиками пальцев и вытянула руки перед собой, слегка растопырив пальцы и придирчиво изучая результат. Олимпиада Богдановна была категорически против того, чтобы школьницы использовали косметику, а уж за право носить распущенные волосы Маргарита уже пережила не одну разборку. Накраситься-то можно было и после школы (хотя девушка решительно не понимала, что можно иметь против невидимого «дневного» макияжа, выглядящего абсолютно естественно), но в середине дня красить ногти, чтобы вечером безжалостно их стереть… Пришлось оставить маникюр для праздников и выходных, в конце концов, уже на носу маячили осенние каникулы…
- Аля, ты меня причешешь?
Против косы Маргарита поначалу решительно возражала, однако Алина сумела ее как-то переубедить. Сейчас это уже радовало – к случайно обнаруженному золотому венку эта прическа, хоть и простоватая, на придирчивый взгляд питерской красавицы, подходила безупречно. Венок вообще показался ей просто бесценным сокровищем, то и дело посматривая на него, лежащий перед зеркалом среди расставленной косметики и заколочек-шпилек-ленточек, Маргарита прикидывала, согласится ли Ядвига Светозаровна продать раритет. До Нового Года, конечно, еще далековато, но редко встретишь нечто по-настоящему уникальное и ценное – именно тот подарок, который действительно хотела бы получить, а не какое-нибудь нарядное платье, которое выйдет из моды прежде, чем его успеешь надеть дважды…
- Потрясающе! – восхищенно выдохнула Алинка, закончив заплетать косу и водружая этот венок на голову Марго. Впрочем, Алину очень легко было восхитить чем угодно, поэтому свое отражение Маргарита изучала со всей возможной придирчивостью.
Костюм был хорош. Не смотря на обилие самоцветных украшений, наряд Хозяйки Медной Горы не смотрелся кичливо, напротив, смотрелся очень строго. Правда, сарафанам не положен такой жесткий силуэт, но Марго никогда не оделась бы в бесформенный «мешок из-под картошки», поэтому Алина сшила этот сарафан почти точно по фигуре. Неплохо удался и макияж, хотя девушка не слишком любила сама краситься перед зеркалом, предпочитая предоставлять это профессиональным стилистам (которых в Вересково не водилось) или хотя бы маме. Насчет венка с самого начала ее грызло некоторое опасение: блондинкам зачастую не идет большое количество золотых тонов, обилие желтого цвета может сделать похожей на пачку сливочного масла. К счастью, опасение не оправдалось, венок словно был сделан специально для нее.
«Я непременно сумею убедить Ядвигу Светозаровну продать его нам!» - окончательно решила Маргарита, в том, что родители будут не против купить венок, даже не сомневавшаяся.
- Да, пожалуй, - сдержанно согласилась Марго с Алинкой. – действительно неплохо.
Дверь в комнату распахнулась, впуская недавно помянутую Ядвигу Светозаровну. Алинкина бабуля была еще миниатюрнее внучки и кажущейся хрупкостью напоминала высушенный цветок, однако, как Маргарита уже успела убедиться, не было в Верескове более предприимчивой и пробивной натуры, чем Ядвига. Маленькое кафе «Лукоморье» женщина держала чисто для души, не желая садиться на шею к дочери и зятю, хотя владельцы швейной фабрики, которую мама Алины в шутку называла «Дом мод имени меня», вполне могли бы себе такое позволить. Девчонки – правда, сама Марго в этом не участвовала – часто подрабатывали в «Лукоморье» на каникулах официантками и курьерами. Еще Ядвига, в отличие от многих пожилых людей, совсем не была консервативной, порой производя впечатление еще большей сумасбродки, чем внучка. Одевалась она тоже вполне современно, причем – из-за своей миниатюрности – зачастую в одежду для подростков. Если бы не белоснежные волосы, со спины маленькую старушку с идеально прямой осанкой, одетую в джинсы и футболку с Микки-Маусами, легко можно было саму принять за девчонку! Один раз (Маргарита глазам своим не поверила!) летом Ядвига вообще решила составить компанию внучке, отправившейся с подругами кататься на роликах!
Относиться к ней, как, собственно, к «бабушке», казалось просто нереальным.
- Готовы, копуши? – Ядвига обвела комнату взглядом и улыбнулась. – Красавицы вы у меня! К вам тут желают присоединиться.
За спиной бойкой старушки возникла смущенно переминающаяся с ноги на ногу Виктория. Всех, впервые ее увидевших, Ядвига Светозаровна имела обыкновение слегка шокировать, Маргарита еще помнила свое первое с ней знакомство… Однако, разглядев новенькую получше, Марго заметно нахмурилась.
Все же надо было согласовывать одежду и с ней тоже, Маргарита сделала глупость, не приняв рыженькую в расчет, а ведь им предстоит, похоже, тусоваться одной компанией.
На Виктории тоже был сарафан. И тоже – зеленый. На этом, правда, сходство себя исчерпывало: новенькая выбрала укороченную свободную модель – но Маргарите хватило и этого. Единственным недостатком своей внешности питерская красавица считала некоторую шаблонность, классическую безупречность, оттого очень много значения придавала оригинальному стилю, позволяющему быть ни на кого не похожей. И вот – вечерок ей предстоит в компании карикатурного подобия.
Елена, как-то незаметно вернувшаяся из своих заоблачных далей, подошла в подруге и успокаивающе положила ей руки на плечи. Маргарита, слегка успокоившись, приветливо улыбнулась Виктории.
- Добро пожаловать. Мы почти уже закончили. Ох, Ядвига Светозаровна, как хорошо, что Вы к нам заглянули! Я как раз хотела спросить у Вас разрешения надеть сегодня этот венок.
- Я же сказала Алинке – вы можете брать из сундуков все, что понравится. Он тебе потрясающе идет… словно бы для тебя создан, моя милая! – старушка замолчала, о чем-то вдруг задумавшись. Она еще раз внимательно изучила Дарью с красно-золотым пером в черных кудрях, Еву, теребящую жемчужные бусы, непоседливо вертящуюся Алинку в сапожках, Маргариту, все еще изучающую перед зеркалом золотой венок… И покачала головой каким-то своим мыслям.
- Потрясающая вещь. Это какая-нибудь семейная реликвия? – начиная издалека, поинтересовалась Марго. Ядвига снова качнула головой.
- Нет. Когда-то он принадлежал Катерине, моей подруге молодости. Катя оставила венок мне на память, когда уехала из нашего города. Оттого мне и показалось странным… Ты совсем не похожа на нее внешне, но только тебе это украшение подходит так же, как шло ей. Ладно, кумушки, не надо расспрашивать меня о прошлом, иначе я, как истинный представитель своего поколения, буду часами расписывать дела давно минувших дней, а вы, как и все ваше поколение, никогда не сможете оценить этот разговор по достоинству. Если все готовы, можете уже собираться в кафе, народ уже начинает стекаться.
Кафе «Лукоморье» располагалось в том же доме, что и квартира семейства Алинки – первый этаж трехэтажного домика-пряника превратили в кухню и зал, а на втором и третьем располагалось по две квартиры. Зал общими усилиями украшали накануне. Весьма удачно удалось что-то такое сообразить с освещением, что уютное кафе превратилось в загадочную пещеру. Стены терялись в полумраке, для пущего эффекта задрапированные полотнами ткани с какими-то рунами и письменами, украшенные пучками сухих трав, наполняющими воздух едва уловимым приятным ароматом, и полками, заставленными разномастными пузырьками и скляночками с таинственным содержимым (конечно, на самом деле там плескалась одна и та же подкрашенная вода, но смотрелось колоритно). Вполне вписывались в картину столики из настоящего дерева – Ядвига никогда не признавала пластмассовых подобий мебели. Специально для «живой музыки» - Матвея с друзьями-музыкантами, возле одной из стен установили деревянный помост, на которой сейчас несколько мальчишек ладили аппаратуру. Матвея среди них, к возможному разочарованию как Елены, так и рыжеволосой новенькой, не наблюдалось.

URL
2007-04-15 в 20:50 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Зато едва не взвывшей Еве, едва девочки успели занять один из столиков неподалеку от сцены, пришлось отмахиваться от Мартына, уже навострившегося пристроиться и ним и понудеть о возвышенном. Марго подозревала, что неожиданное решение Евгении сменить имидж явно связано с девятиклассником по имени Андрей, внимание которого хохотушка тщетно пыталась привлечь еще до того, как Маргарита переехала в Вересково, только блондинистому капитану школьной футбольной команды, чем-то, кстати, похожему на Женькин «идеал» Девида Бекхема, нравился совсем другой тип девчонок.
- Сгинь с глаз моих, Мартынко, - нервно накручивая бусы на палец, прошипела пышечка, краем глаза «сканируя» зал на присутствие Андрея, который не должен был видеть ее, разговаривающую со столь непопулярной фигурой, как местный «ботан». – и чтоб тебя было не видно и не слышно, понятно!
Зал постепенно заполнялся народом. Мало кто подошел к выбору костюма столь же творчески, как это сделали подружки, вокруг маячили те же физиономии, что и ежедневно в школе. Маргарита уже сожалела, что не попыталась вытащить Петьку на мероприятие.
- Можно подумать, есть шанс встретить в нашем городишке хоть одно новое лицо, - подперев кулачками острый подбородок, уныло хмыкнула Елена. Покосилась на Викторию и неохотно добавила. – Ну, не считая, конечно…
- Прекрати, - настроение самой Маргариты несколько понизило отметку, но позволять Елене хандрить на вечеринке, да еще в собственный День Рождения, не собиралась. – наверное, правда, что нам стоит обращать внимание на настоящих людей, а не придуманные идеалы, которых и не встретишь никогда. Да даже если бы т и встретила парня своей мечты – в точности такого, как ты сегодня описывала, тогда что? Так же вздыхала бы из-за уголка, а потом куксилась, когда кто-нибудь порешительнее…
Покосившись на Викторию, Марго смолкла. Дарья отлучилась из-за столика и новенькая сидела, как на иголках, оказавшись в совершенно незнакомой компании. Попытки Евы ее «приободрить» в обычной манере бесконечных хохмочек, только еще больше смущали Викторию.
- Представляете, что со мной произошло сегодня на истории… Ого! Вы поглядите на Ядвигу Светозаровну! – неожиданно ткнув пальцем в густеющую толпу, потрясенно ахнула Ева.
Хозяйка кафе тоже не пожелала остаться в стороне от карнавала, нарядившись в слегка цыганского вида широкую юбку, живописно потрепанную блузу и яркую шаль, белоснежные волосы удерживал по-разбойничьи повязанный платок.
- Супер у тебя бабуля! – потрепала Алинку по плечу Ева. – Мне бы такую! Скажи, Виктош, а твой дедушка случайно не…
- Нет! – нервно ответила новенькая, которую, наверное, еще в Москве успели этим здорово достать. Евгения на пару мгновений стушевалась, но тут же на весь зал завопила:
- А вот и Матвей!!!
Трудно было поверить, что саму-то хохотушку на данный момент интересует совсем другой парень. Однако Виктория испуганно встрепенулась, едва не рухнув со стула. Все перевели взгляд на небольшую сцену.
Летом Матвей и его приятели изображали менестрелей в местном сборище толкиенутых и перумнутых (оказывается, это успело и до провинции доползти!), и сегодня оделись в свои костюмы странствующих музыкантов. Зал встретил их аплодисментами и несколькими восторженными девичьими взвизгами.
Елена помрачнела еще сильнее и с отсутствующим видом стала размешивать соломинкой молочный коктейль.
- Добрый вечер! – приветливо махнул рукой залу Матвей, пока его товарищи начинали наигрывать. - Хочу всех поприветствовать песней Мартиэль «Карнавал».
Карнавал! Карнавал! Надевай свою маску,
Ну, а постную рожу скорее сними!
Может, ты эту ночь перепутал со сказкой,
Может - спятил вконец этот суетный мир.

Позабудь про дела и наплюй на обиды:
Эти мелочи жизни сегодня не в счет.
Что там - смех или слезы - под маской не видно.
Лучше выпьем, пока эль рекою течет.

В нашем пестром вертепе кого только нету:
Толстый булочник в мантии нынче король;
Ну, а ты, господин, оборванцем одетый,
Будь сам граф, но ему поклониться изволь.

Здесь седая гадалка, привравши немножко,
Превращает в роман захудалую жизнь,
Дух бесплотный обнял чью-то стройную ножку,
А голодный вервольф третий пряник загрыз.

И колышется факелов желтое пламя,
Отражаясь в глазах золотой мишуры.
Карнавал, карнавал, что ты делаешь с нами,
Раздувая пожар сумасшедшей игры!

И попробуй забыться в объятьях печали,
И попробуй зарыть свое тело в кровать!
Говорят, что сам бог на ночном карнавале
Любит скучных ленивцев пинком награждать.

Он гуляет под маской зеленой лисицы
Или спрятал свой нимб под лохматый парик.
Он - вон тот звездочет или эта певица,
Или, может, я сам, черт меня побери!

Так давай же, дружище, глотнем понемногу
И - споем и станцуем, и снова глотнем!
Карнавал, карнавал - день рождения бога,
Так гуляй же, как бог, и забудь обо всем!


- И все-таки, Елена, - Маргарита легонько пихнула в бок с отсутствующим видом уставившуюся на стакан с коктейлем подругу. – тебе следовало бы быть порешительнее, смотри, так ведь вся жизнь пройдет мимо!
Та хмыкнула, с некоторой долей презрения покосившись на Викторию, с глуповато-счастливым видом глазеющую на певца.
- Честно говоря, - с нарочитой пренебрежительностью ответила она. – он мне никогда по-настоящему и не нравился.
- Ври больше.
- Нет. Матвей самый лучший здесь парень, но это – здесь, понимаешь. Других просто нет. Ты здесь ненадолго, ты еще просто не поняла, что такое – маленький провинциальный городок! Нет шансов встретить кого-то по-настоящему особенного.
- Готова поспорить, даже если бы ты его и встретила, то вела бы себя точно так же, если не хуже.
- Неправда. Впрочем, какое это имеет значение, если я никогда его и не встречу…
Тут Маргарита и Елена запоздало заметили, что только Виктория продолжает глазеть на Матвея, уже запевшего новую песню, взоры же всех остальных переместились куда-то в сторону выхода - к которому обе сидели спиной и, естественно, понятия не имели, что там вообще происходит. Но Маргарита не могла припомнить, чтобы когда-нибудь видела Еву и Алину такими ошарашенными.
- В чем дело?!
- Обернитесь, - каким-то деревянным голосом посоветовала Ева, лупая глазищами, которые у нее и так-то по жизни круглые, а сейчас заняли половину лица, придав пышечке стрекозиную красоту аниме героини. – только медленно… тихо…
Зная эту парочку, Маргарита сочла бы это очередной шуткой, поэтому недоверчиво обернулась, только отметив, что, не считая пения Матвея, в зале повисла неестественная для школьной вечеринки тишина, а рядом тихо ахнула обернувшаяся первой Елена.
Сдержанность подруги просто поражала – стоило ожидать, что подруга-мечтательница попросту грохнется со своего стула… девчонки ее бы поняли…
- Ничего себе! – едва слышно выдохнула Маргарита.

URL
2007-04-15 в 20:51 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Елена
Она даже не представляла себе, что ТАКИЕ парни существуют. Даже в Голливуде! Эти актеры на экране и в глянцевых журналах умереть, какие стильные, но в повседневной своей жизни тоже, наверное, обыкновенные люди. А этот… Вот такой парень. Высокий и худой, но эти слова ему не подходят, упорно просится на язык «изящный». Текучие нарочито-медлительные движения, выдающие крупного хищника, действовали гипнотизирующе, если бы Елена нашла в себе силы оглядеться по сторонам, то заметила бы, что почти все в зале наблюдают за вошедшим так же заворожено, как она сама. Но девочка не видела окружающих. Начни кафе сейчас рушиться, она и того бы не заметила… Длинные волосы – густые и блестящие, просто хоть сейчас снимай в рекламе какого-нибудь шампуня. Цвет не то, чтобы белокурый, не как у Маргариты, а насыщенного оттенка горьковатого меда: темно-золотые, без малейшего намека на вульгарную рыжину. Кожа матовая, словно бы сияющая изнутри каким-то мистическим светом. А глаза синие. Не темно-голубые, что встречается довольно часто, а именно светло-синие, насыщенного небесного цвета – Елена смогла их увидеть, когда незнакомец, словно услышав ее мысли, скользнул ленивым взглядом в их сторону. Девочка сжалась от ужаса, хотя понимала, что вряд ли он ее даже заметил. Одет длинноволосый был настолько пижонски, что это пижонством-то уже не выглядело, а казалось совершенно естественным: в узкие черные брюки, черную же слегка другого оттенка шелковую рубашку, а поверх – в длинный, до щиколоток, плащ из мерцающей змеиной кожи…
- Ничего себе! – ахнула прямо под ухом Марго, и Елена едва сдержалась, чтобы не тюкнуть подругу за то, что нарушила странную гармонию, воцарившуюся при появлении этого невероятного парня. Волшебство его присутствия было хрупким и хрустальным, от мысли, что все может просто исчезнуть, развеяться, у Елены похолодело на сердце. Зал действительно словно вышел из транса, школьники, в особенности, конечно, девчонки, принялись жужжать и перешептываться, некоторые парни недовольно бурчали… шум вокруг возобновился, но сам незнакомец никуда не исчез. А Маргарита, похоже, этого даже не заметила. – Да уж… типчик! Итак, - Марго легонько ткнула Елену под ребра. – рот закрой, милая, ворона залетит! На что мы спорили?
- Ты о чем?
- О том, - любезно напомнила Ева. – что ты ни за что не решишься подойти к понравившемуся тебе парню. Теперь можно, так сказать, проверить на практике.
Сообразив, о чем они, Елена в ужасе вжалась в свой стул, да еще вцепилась обеими руками в крышку стола так, что пальцы побелели, словно опасалась, что подруги попытаются ее силой потащить знакомиться с невероятным незнакомцем.
- Вы издеваетесь? Как я буду с ним говорить, с какой стати… мы не представлены!
Девчонки переглянулись, выразительно закатывая глаза.
- И вообще, так нечестно. Почему бы тебе самой не подойти к нему, Ева? Между прочим, блондин.
- Я? Мне не нравятся мужчины, больше похожие на измученных диетой фотомоделей, чем на представителей сильного пола! – тут же нашлась пышечка. К диетам и фотомоделям Евгения всегда относилась с очень демонстративным презрением. – В рекламе шампуня он, может, и неплохо бы смотрелся, а так…
Виктория, не принимая участия в разговоре, слушала пение Матвея. Кажется, она так ничего и не заметила. Дарья куда-то запропастилась, остальные выжидательно смотрели на Елену.
- Мы не спорили.
- Так поспорим.
- Не буду! – отрезала девочка, постаравшись соскрести со стенок характера всю возможную твердость. Пусть поищут себе другое посмешище! – Это глупо.
- Тогда мы поспорим, - не сдавалась Ева.
- Ага. – кивнула Алинка. – Я в тебя верю.
- А я нет! Она слова не выговорит от ужаса – как будто мы ее не с типчиком ее мечты отправляем знакомиться, а к дракону, питающемуся девицами!
Видимо, аналогию Евгению случайно натолкнул Матвей, как раз певший что-то про драконов, кажется, из репертуара «Мельницы».
- Прошу вас, ну перестаньте, - такого нелепого блеяния Елена за собой не помнила даже сегодня у доски. Подружки собирались было снова начать ее тормошить, но внезапно потрясенно умолкли. – в чем де…
- Вы что-то имеете против драконов, девушки?
Елена довольно часто сталкивалась со словосочетанием «шелковый голос» в разных книгах, оно ей нравилось, но, оказывается, девочка даже не представляла себе, каково услышать действительно звучащую так речь. Гладкую и прохладную, мягко и почти неощутимо касающуюся слуха, словно шелковая одежда – кожи.
- Если нет, я могу все-таки похитить на время вашу подружку. Даю слово вернуть ее в целости и сохранности, - незнакомец ослепительно улыбнулся, положив на сердце тонкую, холеную почти женскую руку с тонкими длинными пальцами – ногти у него были слегка заострены и хитиново поблескивали, а указательный палец обвивало кольцо – золотой дракончик, насмешливо мерцающий глазами-изумрудами в рассеянном свете..
- Не говоря уже о том, что во мне и есть-то нечего, - мстительно косясь на Еву (невиданное дело – Евгения, утратившая дар речи!), попыталась усмехнуться Елена.
А за горами, за морями, далеко,
Где люди не видят, и боги не верят.
Там тот последний в моем племени легко
Расправит крылья - железные перья,
И чешуею нарисованный узор
Разгонит ненастье воплощением страсти,
Взмывая в облака судьбе наперекор,
Безмерно опасен, безумно прекрасен.
И это лучшее не свете колдовство,
Ликует солнце на лезвии гребня,
И это все, и больше нету ничего -
Есть только небо, вечное небо.


URL
2007-04-15 в 20:51 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Дарья
Даша наблюдала за подружками из-за «кулис», не так давно изготовленных Ядвигой Светозаровной из комплекта старых штор. Наверное, она была бы единственной в компании, кто встал бы на сторону Елены – Дарья очень хорошо понимала, каково это: страдать от хронической неуверенности в себе. Правда, возле доски ей, в отличие от Елены, это не грозило, во всем, что казалось книг, теорий и уроков Даша была просто всемогущей, а вот самые простые вещи порой превращались в серьезные трудности… Когда произошло поистине невероятное и неизвестный красавчик подошел к Елене САМ, Дарья на мгновение поверила, что чудеса все-таки случаются. Может, и ей повезет? Конечно мечтать так, как Елена – самозабвенно и всей душой – не умел больше никто…
Первая отличница Вересково отвлеклась от столика подружек (наблюдать за Еленой и неизвестным красавчиком, с ее точки зрения, было крайне невежливо) и поискала в зале кафе Никиту, тихо порадовавшись, когда обнаружила его и даже без привычной компании приятелей, от которых он в школе ни на шаг не отходил.
- Сегодня, - тем временем объявил допевший очередную песню Матвей. – на нашей сцене дебютирует Дьерра, которая исполнит для нас «Танго Феникса»!
Зал любопытно зажужжал, кое-кто зааплодировал, когда Дарья, готовая в обморок хлопнуться от волнения, спотыкаясь на ровном месте, вышла на сцену. Смешков и свиста, как ни странно, не последовало. Девчонки за столиком отвлеклись от слежки за Еленой, о чем-то болтающей с длинноволосым красавчиком, и яростно захлопали. К счастью, Ева не догадалась проорать ее имя…
«Меня никто больше не узнает. Просто не узнает!»
Странно ободренная этой мыслью, Даша улыбнулась залу и начала танцевать.
Небо сомкнётся лиловым шатром,
Солнце вернётся и станет костром.
Звёзды - как искры на своде небес,
Дышит нам в спину полуночный лес.

Кровью священной омыты дрова,
Будет разбужена нами трава.
Древняя песня взывает к земле,
Падают звёзды и гаснут в золе.

Из глубины гор, что будут всегда,
Духи Земли, я зову вас сюда.
В танце едином кружитесь со мной,
Вас заклинаю костром и луной.

Танцуй, саламандра, танцуй,
В пламенном вихре пой,
В ритме волшебном с тобой
Вьются потоки огня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня.

К духам Ветра, что реют среди облаков,
Что не знают решёток, дверей и оков,
Ароматом лесов и дымами костров
Я взываю к вам, духи Ветров.

Ураган, открывающий двери грозы,
Приносящий привет от далёкой звезды,
Я танцую с тобой под белёсой луной,
Духи Ветра, пляшите со мной.

Танцуй, саламандра, танцуй,
В пламенном вихре пой,
В ритме волшебном с тобой
Вьются потоки огня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня.

А когда настанет вечер,
Под водой сгустятся тени,
Поплывут вниз по теченью
Тёмно-синие сплетенья.

Закружатся и погаснут
Под луной хрустальной воды.
Духи Вод, явитесь в танце,
Закружитесь хороводом.

Станьте колоколами,
Пусть летит над миром песня,
Песню ту споют вам стрелы
Оперёнными крылами,
Запрягайте колесницы,
Шум колёс по тверди неба,
Боль и радость, быль и небыль,
Жар костра на ваших лицах,
Божество с горящим ликом
В медно-огненной короне,
Капли жизни, капли крови,
Искры танца, песни, блики,
Трав узор и тьмы покровы,
Пыл огня, воды стремленье,
Дрожь земли, ветров круженье
Облекают Силу Слова...

Танцуй, саламандра, танцуй,
В пламенном вихре пой,
В ритме волшебном с тобой
Вьются потоки огня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня.
Танцуй, саламандра, танцуй -
Для меня...


URL
2007-04-15 в 20:52 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Елена
- Простите нас, пожалуйста. Это была довольно глупая шутка, девчонки иногда…
- Они твои друзья и пытаются помочь тебе. Ты как сокровище, скрытое на дне океана – огромная ценность, так надежно спрятавшая себя от других, что и сама этого не понимаешь. А они чувствуют… Ты, конечно, не поверишь мне, если я скажу, что подошел бы в любом случае. Что я здесь, чтобы найти именно тебя, Елена?
- Вы правы, не поверю, - девочка хотела спросить, откуда он знает ее имя, но решила не попадаться на эту удочку. Услышал, как Маргарита к ней обращалась, конечно же. В голове все путалось, Елена не могла припомнить, называл ли ее кто-то из девчонок по имени, однако все на свете порой имеет очень простое и скучное объяснение.
- Думаю, ко мне вполне можно обращаться на «ты», - собеседник Елены еще раз ослепительно улыбнулся, протягивая ей изящную холеную ладонь. – кстати, меня зовут Сергей.
Девочка опасливо подала ему руку, собираясь обменяться рукопожатием (где-то она читала, что не по этикету, когда мужчина первый протягивает руку девушке…), однако, поймав ее ладонь, Сергей изящно склонился, коснувшись тыльной стороны прохладными губами. Елена вспыхнула и испуганно отстранилась.
- Я… я очень рада. Честно. Но у меня никогда не получается с ходу перейти на «ты», ничего, если какое-то время я буду сбиваться с «ты» на «Вы» и обратно?
- Зови, как удобнее. Я же сказал «можно обращаться», а не «необходимо». Почему же ты мне не поверила бы, Елена? Я похож на того, кто станет врать без видимой причины, просто из любви к искусству?
«Еще как!» - почему-то подумала девочка, но, разумеется, вслух этого не сказала.
- Я не та девушка, которую кто-то будет специально искать, вот и все.
Не то, чтобы у нее были какие-то особенные к себе претензии. В одной из многочисленных книг фэнтези, прочитанных Еленой, героиня сказала что-то вроде «на таких миленьких серых мышках охотно женятся, а потом еще более охотно при первой же возможности им изменяют».
- Знаешь, когда я приехал в Москву впервые, чему я был крайне удивлен? – неожиданно спросил Сергей. – Из-за множества неоновых рекламных вывесок там практически не видно ночью звезд. Можешь себе представить, насколько звезда значимее, чем какая-то реклама, тем не менее, свет звезд кажется бледным, когда все вокруг расцвечено неоном. Тебе кажется, что твои подруги затмевают тебя, хотя твой внутренний свет тысячекратно ярче.
- Значит, Вы… ты приехал из Москвы? – попыталась перевести тему Елена. Синие глаза слегка сощурились.
- Ты не хочешь говорить о себе?
- Это скучно. Я про себя все знаю, и в этом нет ничего такого, что стоило бы разговора. А ты здесь странный гость.
- Я бы поспорил… но желание леди – закон. Поговорим о прекрасном, то есть – обо мне.
Елена хихикнула.
- Да, я действительно приехал из Москвы. Я там учусь, а сюда, помимо прочего, приехал за материалами для своего диплома. Тебе нравятся драконы, Елена? Ты ведь любишь фэнтези, я прав?
Девочка смутилась. Фэнтези, наряду с аниме, было ее страстью, однако многие считали, что увлечение сказками должно быть уделом маленьких детей – оттого не всегда удобно было признаваться в этом. Впрочем, она и без того должна казаться Сергею совсем ребенком…
- Какое отношение драконы могут иметь к дипломной работе?
- Я изучаю культуру и фольклор. Тема моего диплома – образ змеи в мифологии. Так что драконы тут играют весьма значимую роль. Ты когда-нибудь задумывалась, близкородственный образ присутствует во всех культурах мира?
- Да, но очень по-разному. Условно можно разделить образ драконов на две группы: восточные - воплощение мудрости и благожелательные к человеку справедливые советчики, и драконы западного типа – огнедышащие хищники, весьма условно разумные, и почему-то испытывающие гастрономическую тягу к девицам. Правда, сейчас во многих книгах образы смешиваются…
- А истина, как обычно, оказывается где-то посередине. Так же, как Россия – не восток и не запад, здесь можно раскопать кое-что, более близкое к первоистокам. На самом деле общие моменты можно найти в самых противоречивых толкованиях образа Змея. Даже в христианстве, где, казалось бы, это толкование сугубо негативно, можно заметить, что Змей в Райском саду был стражем не ларца Пандоры, наполненного пороками, болезнями и бедствиями, а именно ЗНАНИЯ, то есть, как и в язычестве, выступал тем самым мудрым советчиком. Образ дракона, хранящего древние сокровища, идет оттуда же. Поскольку истинное богатство, это не какие-то там кружочки из драгметаллов, и не блестящие камешки, самое ценное, чем можно владеть – это именно знания. Что до девиц… В любой сказке рыцарь едет за тридевять земель, дабы забрать у чудовища похищенную девицу. Если бы ее планировали съесть, разве упомянутая девица дожила бы до прихода освободителя? Кроме того, говорить о похищении… Средневековое Христианство ведь осуждало не только знания. Вернее, даже не осуждало, а скорее, монополизировало, как удел только лишь избранных. Гораздо более жестким было осуждение… скажем так, проявления чувств. Змеев постоянно обвиняли в том, что те обладали способностью разжигать страсть в людях, якобы подчиняя себе тем самым их души. Так что «похищаемые» девицы в большинстве случаев бежали сами: от быта, от родителей, от строгих правил, от выгодных замужеств… это мало кому нравилось. То самое «искушение». Кстати, ошибочно говорить только лишь о девушках. Существовали и женщины-змейки, не хуже очаровывающие мужчин. Они крупнее и сильнее Змеев, у многих видов рептилий самки - доминирующая половинка. Возможно, именно поэтому Змеи куда лучше человеческих мужчин знают, как надо вести себя с женщинами. Просто тогда общепринятым мнением было, что женщина – существо по природе слабое и падкое на соблазны, мужчины же имели право о некоторых аспектах не распространяться.
Сергей помолчал, кажется, что-то припоминая, и продекламировал:
«Чуть вечернею росою осыпается трава,
Чешет косу, моет шею чернобровая вдова.
И не сводит у окошка с неба темного очей,
И летит, свиваясь в кольца, в ярких искрах длинных змей.
И шумит, все ближе, ближе, и над Вдовиным двором,
Над соломенною крышею рассыпается огнем.
И окно тотчас затворит чернобровая вдова;
Только слышатся в светлице поцелуи да слова...»

- Это Афанасий Фет. Слышала о нем на уроках литературы? Образ Огненного Змея в мифологии славян – один из наиболее древних. Одно из самых простых объяснений: древние язычники принимали за летающих змеев спиралевидные отсветы шаровых молний. Правда, теперь кое-кто уверяет, что эти молнии – тоже своеобразно живые и даже разумные существа, но об этом я ничего сказать не могу.

URL
2007-04-15 в 20:52 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
- А почему Вы… ты выбрал такую странную тему для изучения?
- Трудно ответить однозначно. Вот, взгляни.
Елена так и не поняла, откуда у него в руках появилось это украшение, узкие брюки и даже плащ Сергея были сшиты точно по фигуре - карманов там не наблюдалось. Носить этот браслет на собственной руке он тоже вряд ли смог бы: несмотря на изящество и узкие запястья, мужские руки все же были для этого чересчур крупными. Однако задумываться на эту тему как-то не тянуло, вместо этого девочка заворожено рассматривала свернувшегося спиралью золотого дракончика. Дракон был ближе к восточному образу: длинное змеиное тело и совсем маленькие когтистые лапки (западные драконы куда больше напоминают мутировавших ящериц, чем змей) – и, не смотря на явную старину браслета, выполнен с потрясающей точностью, до коготка и чешуйки. Казалось, дракончик вот-вот шевельнется, ленточкой выскользнет из длинных пальцев Сергея и упорхнет, раскрыв прижатые сейчас к бокам кожистые крылышки. Еще более живыми были глаза – два средних размеров изумруда – с хитринкой и любопытством мерцающие, едва изменялся падающий на них свет. Россыпь разноцветных камней куда мельче украшала спину дракончика вдоль небольшого гребня, словно по настоящей змеиной шкурке, по россыпи драгоценной крошки пробегал искристый отблеск.
- Потрясающе! – наконец искренне ахнула Елена, сообразив, что замирать с раскрытым ртом глупо да и не слишком-то вежливо.
- Наша семейная реликвия. Не буду утомлять подробностями, как ее удалось сохранить в эпоху всеобщей национализации… Именно поэтому я когда-то захотел узнать про Огненных Змеев побольше. Любопытство – это ведь вовсе не стремление познавать окружающий мир. Это – тяга узнать самого себя, отражаясь в мире, как в зеркале. Поэтому я и не согласился с тобой, когда ты сказала, будто знаешь о себе все и не видишь тут ничего интересного. Стоит лишь копнуть поглубже… Что тебе известно о твоих предках, Елена?
- Ничего, - внезапно помрачнев, покачала головой девочка, вспомнив… не самое приятное. Расстройство из-за Матвея, заваленная математика… все это были мелочи. А осенняя депрессия Елене всегда даже нравилась. Но в этот раз… в этот раз у ее маленького и довольно скучного, но уютного и привычного мирка была причина рассыпаться, словно карточный домик. Она еще ни с кем об этом не разговаривала, даже с Маргаритой, и не была уверена, что вообще когда-нибудь заговорит. – но разве это имеет какое-либо значение? Моя жизнь остается такой же, какой и была всегда, не смотря… ни на что?
Сергей бросил в ее сторону короткий взгляд, но, почувствовав, что девочка не готова развивать эту тему, не стал ничего спрашивать. А ведь с ним можно было бы поделиться. Сергей нездешний и вряд ли в Вересково надолго. Как в песне: «Расскажи мне о себе, я – никто в твоей судьбе…» Обидно. Очень обидно, хотя Елена, при всей своей мечтательности, не питала иллюзий на этот счет. Сергей возник в ее жизни, как прекрасный сон, так же и исчезнет… Ему можно рассказать такое, чем с местными не поделишься из опасения – среди них придется жить и дальше. Жить так, словно ничего и не менялось, когда что-то все же изменится.
Приемный ребенок. Елене исполнилось четырнадцать и ее родители решили, что можно уже рассказать ей правду. Зачем – непонятно, ведь эта правда действительно ничего ни для кого не меняла. Подкидыш… Люди, вырастившие девочку, не были ей родными. Конечно, Елена любила их теперь ничуть не меньше, чем еще вчера, до шокирующего откровения, напротив, следовало бы теперь быть им гораздо более благодарной. И они любили ее… по крайней мере, в этом трудно было усомниться…
«Что ты знаешь о себе? О своем прошлом? О своих предках?» Ничего…
- Добрый вечер! – внезапно послышался голосок, который меньше всего хотелось бы слышать, когда говоришь, или даже думаешь о своих сокровенных тайнах. Но у сестричек Сорокиных, нарядившихся для карнавала кикиморами (грима почти не понадобилось…) именно на чужие секреты был нюх, как у ворон на падаль. Хотя Елену Крыся и Фима даже вниманием не удостоили – оно было целиком поглощено незнакомым (им! Местному «рупору гласности» - и незнакомым) красавчиком. Сергей обворожительно улыбнулся и вежливо ответил на приветствие. Круглолицая Фима покраснела даже сквозь зеленоватый грим и спряталась за спину старшей сестры, однако Крысю так легко было не смутить.
- Вы в нашем городишке на каникулы или по делам? – демонстрируя в улыбке мелкие острые зубки, осведомилась Сорокина-старшая. – Мы случайно расслышали, что Вы из Москвы… Что-то Вы говорили о семье Ленки?
- Я адвокат. Одна женщина объявила Елену своей единственной официальной наследницей, но, поскольку девушка несовершеннолетняя, а ее родители в завещании никак не упомянуты, тут возникли некоторые трудности. Я здесь, чтобы их решить.
Первые вересковские сплетницы замерли соляными столбами, не в силах поверить как своему счастью, так и тому, что едва не пропустили столь невероятное событие. Сорокины были из тех, кого можно назвать «очень честными вралями»: они не утаили бы ни слова правды, но правда эта в их изложении обрастала такими немыслимыми подробностями и нюансами, что напоминала после этого саму себя примерно как картина позднего Пикассо – оригинал. О, Елена ничего не имела против, художник «так видит». Сорокины, по сути, тоже «так видят» - и уверены, что страдают всю жизнь за правду. Им, за их правду, не реже, чем дважды в неделю кто-то да пытался начистить физиономию…
- Только это пока секрет! – доверительно добавил Сергей, подняв указательный палец и улыбкой до боли в этот момент напомнив одного мазоку – что-то вроде демона из сатирического аниме - сериала.
Не сказав больше ни слова, сестрички без всплеска канули обратно в толпу.
«Интересно, как скоро весь город будет знать, что я получила наследство? От тети, которая вообще-то родственница мамы, но маму терпеть не может… уж они досочинят, за что именно – терпеть не может, поэтому и оставила все мне… Завтра утром? Или с учетом их расторопности – уже сегодня до полуночи? Кошмар! Ладно, Сорокиных давно уже никто не воспринимает всерьез!»
- Ты спрашивал, похож ли на того, кто станет врать без видимой причины – просто из любви к искусству, - с улыбкой напомнила Елена Сергею. Тот моментально состроил демонстративно-невинное, почти святое выражение лица, заставив ее рассмеяться.
- Я никогда не вру! – неожиданно серьезно заметил он. – В крайнем случае, я талантливо недоговариваю.

URL
2007-04-15 в 20:52 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Алина
Какое-то время оставшиеся за столом девчонки наблюдали за Еленой и таинственным незнакомцем, но разговора через шум толпы было не услышать, а так глазеть всем довольно быстро наскучило. Кроме того, Ева заметила в толпе Андрюху Хорькова, нарядившегося пиратом, и переключила все свое внимание на него. Алина переглянулась с поморщившейся каким-то своим мыслям Марго и едва заметно качнула головой. Андрей ей не слишком-то нравился. Симпатичный, конечно, но какой-то типизированный, без изюминки, что ей, как художнику и стилисту (ну хорошо – будущему художнику и стилисту) резало глаза. Еве-то как раз такие нравятся: широкоплечие блондины с невыносимо мужественными лицами. Не принималось во внимание и то, что парень был попросту глуп – хотя, возможно, с точки зрения Евы лишние мозги мужчину только портили. Глядя на несчастного Мартына… что-то его не видно, кстати… в это можно было поверить. Но у Андрюхи вообще никаких мозгов не наблюдалось: ни лишних, ни необходимого минимума. Футболист с одним мячом у ног, другим – на плечах!
Кроме того – это Ева упорно не желала признавать, не взирая на очевидность – понравиться Андрею у нее не было шансов. Семиклашек он считал едва ли не младенцами, да и вообще, предпочитал девушек по евростандарту, что прямо говорило об отсутствии собственного мнения. Не то, чтобы Ева была толстой… как раз Алине она казалась очень даже ладненькой (особенно учитывая, что саму Алину несколько раз натуральным образом сносило ветром: один раз в грязную лужу, второй – едва не под колеса грузовика…), но, с точки зрения Хорькова, несоответствие стандартам глянцевых журналов было уже приговором. Он, кажется, пытался подбивать клинья к Марго, когда она только пришла в их школу, но был столь грубо отшит, что долго потом ходил и ронял случайные высказывания на тему, какая же питерская гостья стерва. Наверное, поэтому Маргарита и морщилась. Не из-за «стервы», это, по ее словам, был если не комплимент, то несомненное признание достоинств. Из-за, с позволения сказать, «ухаживаний».
Но Евгения по жизни была оптимисткой и не видела непреодолимых препятствий. А если и видела – то просто шла в обход вместо того, чтобы стучаться в стену лбом.
- Если уж Елена сумела не свалиться в обморок, когда этот пижон с нами заговорил, я уж точно не пропаду! Я Дениса Денисыча убедила поставить «пять» за откровенный бред, разве труднее доказать Андрею, что я – взрослая и интересная, а не просто какая-то семиклашка! – гипнотизируя блондинистого пирата взглядом, рассуждала Ева. Пухленькие, как у ребенка, пальцы без маникюра теребили жемчужные бусы, выдавая, что нервничает девочка все же сильнее, чем хочет показать.
- Сегодня, - тем временем объявил допевший очередную песню Матвей. – на нашей сцене дебютирует Дьерра, которая исполнит для нас «Танго Феникса»!
К удивлению девчонок Андрей, словно услышав безмолвные взывания, подошел к их столику и пригласил засиявшую солнышком Евгению танцевать.
- Жалеешь, что не пригласила все-таки Петьку? – шепнула Алина Маргарите, когда они остались вдвоем. То есть, втроем, но Вика явно отсутствовала мыслями, унесенная куда-то за облака пением Матвея. Питерская красавица фыркнула, но, похоже, она действительно была расстроена. Одно дело, когда без парней обходишься в компании, другое, когда не при парне остаешься одна. – Хочешь, я с тобой потанцую? Как это… Шерочка с Машерочкой или как там?
Маргарита тихо рассмеялась.
Появившуюся на сцене Дарью действительно никто не узнал. Алина сама ни за что не узнала бы ее – слегка утомляющую окружающих своей безупречной правильностью отличницу с прилизанной косой, строгим взглядом поверх очков, делающим школьницу больше похожей на учительницу, вечно одетую в выбранные, безусловно, мамой темно-синюю юбку чуть выше колен и белую блузку – эту, знакомую всем Дарью Кукушкину невозможно было бы узнать в этом ожившем всполохе пламени. Необычная – мелодичная и одновременно рваная - музыка словно бы стала ветром, ее легкие порывы играли живым язычком красно-золотого пламени, в котором едва угадывался изящный девичий силуэт. Угадывался – и снова растворялся в этом всполохе. Движения смуглых рук, развевающиеся на неощутимом ветру красные и золотые ленты-«перья», темные волосы – как эта роскошная грива блестящих кудрей укладывалась в гладкую косу?!
«Может, мне тоже стоит заняться танцами? Ощущение… почти что полет!»
Правда, когда Марго согласилась на обещанный танец, Алинка сразу едва не передумала. Она всю жизнь была едва ли не вдвое миниатюрнее сверстниц и – как только толпа танцующих втянула подружек – невысокая Аля оказалась, как в темном лесу.
«Если бы я действительно могла взлететь…»
Не успев додумать мысль до конца, девочка с ужасом обнаружила, что пол уходит у нее из под ног…
Любая другая девчонка на месте Алины с ума сошла бы в такой момент от страха, но она испугалась только в самый первый момент, да и то не столько самим фактом, сколько тем, что едва не потеряла от неожиданности равновесие, судорожно вцепившись в Маргариту. Та, кажется, решила, что подружка просто оступилась. Как только подъем стабилизировался – Алинка зависла в сантиметрах десяти над полом – девочка обнаружила, что держать равновесие ей ничуть не труднее, чем на роликах, только так гораздо круче. Мягко оттолкнувшись от Марго, Алинка крутанулась на месте, скользнула назад… Теперь – оказавшись примерно на уровне большинства лиц - танцевать было гораздо удобнее, кто-то вроде Дарьи, безусловно, задумался бы, КАКИМ ОБРАЗОМ неожиданно начал левитировать и ПОЧЕМУ, но Алина предпочитала радоваться предоставляемым судьбой возможностям, откладывая на неопределенное «потом» рассуждения: как и почему… Самая младшая в компании, она вполне допускала существование в мире чудес и успела решить, что, похоже, сегодня девчонкам выдался вечерок исполнения желаний. Дарья, закончив свое выступление, продолжала танцевать уже в зале – среди восхищенно толпящихся вокруг Жар-птицы ребят легко было заметить и ее тайно обожаемого Никитку. Зато Матвей вытянул на сцену краснеющую, как рак, Викторию, пытаясь убедить ее подпевать, но у рыжеволосой, кажется, язык присох от смеси счастья и ужаса; Ева что-то воодушевленно щебетала угукающему Андрею… про Елену, восхищенно внимающую каким-то рассуждениям типчика в плаще из змеиной кожи и говорить не стоило, похоже, ее унесло куда дальше седьмого неба. Любопытно, о чем они разговаривают? Самой Алинке судьбоносных встреч не перепало, чему она не слишком-то расстраивалась. Парень – это ничего такого особенного, а вот научиться летать – действительно здорово! Маргарита вот только совершенно зря так и не пригласила Петьку, ну, да это ее дело. Марго в чудеса не верила. Вообще ни под каким видом: касалось ли это магии или просто судьбоносных событий. Не верила, вот и не сумела «поймать» волшебство этого удивительного вечера! Немного не вязались с этим ее рационализмом мечты об идеале. Не таком уж и нереальном, впрочем… Что в нем интересно, такого особенного?
«Наверное, я не понимаю этого, потому что у меня никогда не было парня мечты»
В самый разгар веселья двери кафе неожиданно с грохотом распахнулись, впуская внутрь три фигуры в черном с закрытыми черными шарфами лицами.
- Аллах Акбар, придурки! – подозрительно знакомым голосом рявкнул стоящий в центре тощий долговязый – в особенности на фоне шкафообразных спутников – субъект. Алина как раз подумала, что где-то его не раз уже видела, когда грянул оглушительный взрыв и девочка с визгом устремилась под потолок.

URL
2007-04-15 в 20:53 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Виктория
Сам взрыв был не сильным – куда большую опасность в зале создавала в панике устремившаяся к выходу толпа. Тем, кто был на сцене, повезло еще меньше: похоже, петарды и ракеты были спрятаны где-то как раз под сценой, доски под ногами опасно посыпались, музыкальная техника заискрила, затрещала, то ли от этого, то ли в результате взрыва вспыхнул импровизированный занавес.
- ПОЖААААР!!!
- Прыгай, - рявкнул Матвей, дергая девочку за руку, но неожиданно оступился и, выругавшись сквозь зубы, провалился в расшатанные доски по колено. – прыгай, тебе говорят!
Он попытался высвободиться, но нога то ли застряла в досках, то ли Матвею просто не удавалось найти точку опоры – сцена продолжала расползаться. Занавес уже пылал вовсю. Не слушая протестов, Виктория схватила Матвея за руку и попыталась вытянуть, но ее сил явно было маловато для этого, а остальные музыканты успели смешаться с отхлынувшей к выходу толпой. Собственно, сам Матвей задержался на сцене исключительно из-за впавшей в ступор при взрыве девчонки. Из-за нее! А теперь предлагал его тут бросить!
- Вика! – на развалившуюся сцену вскарабкалась Дашка. – Что ты… ох! – сообразив, в чем дело, она схватила Матвея за другую руку и тоже потянула на себя. – Ногу не вывихнул? Идти сможешь?
- Все в прядке, - парень незаметно поморщился, когда его, словно репку из сказки, выдернули на волю. Потерявшие равновесие девочки не удержались на ногах и рухнули в разные стороны: Виктория вместе с Матвеем грохнулись со сцены, а Дарья, выпустившая его руку – на доски. В тот момент, когда Виктория обернулась, обрушился горящий занавес.
- Дашка!!!!!
Стена горящей ткани и поднятых искр целиком скрыла девчонку в красно-золотом наряде. Матвей было рванул обратно на сцену, собираясь вытащить ее из огня, но отшатнулся.
- Спокойно! Не толпится у выхода, не толкаться! – перекрывая шум паникующей толпы командовала Ядвига Светозаровна, но маленькую старушку почти никто не замечал в образовавшейся свалке, а применить силу против сборища акселератов с ее-то цыплячьим весом было нереально: Ядвигу просто смели бы. – Алька, Алька, ты где? А ВЫ что тут встали? – едва не налетев на Викторию и Матвея, воскликнула взволнованная старушка. – На выход – организованно и не толкаться! Вы Алю не видели?
- Д-Дашка… - указывая на охваченную пламенем сцену, едва слышно пролепетала Виктория. – Дашка, там…
Ядвига Светозаровна нахмурилась, но уточнить или предпринять ничего не успела – стена пламени опала, видимо, материал догорел, явив ошеломленную Дарью – целую и невредимую, даже без пятен копоти на лице и одежде.
- Невероятно… - пробормотала Вика. – Дашка, иди сюда, скорее!
- Но где Алина?
- Тут я!!! – пискнуло откуда-то из под потолка. Все, как по команде, задрали головы и увидели в клубах дыма девочку в фиолетовых шароварах и полупрозрачной накидке, руками и ногами обхватившую одну из потолочных балок.
- Спускайся немедленно! – завопила перепуганная бабушка. – Надышишься дымом!
- Я боюсь! Я не знаю, как спуститься!
- Вверх-то не боялась!
- Само собой вышло… а теперь боюсь! – едва не плача, выкрикнула Алина. – Снимите меня-я-я!
Ядвига Светозаровна со стоном стукнула себя по лбу, и, пару секунд поразмыслив, ткнула Матвея под ребра.
- Ей, юноша, не подсадите меня?
- Как она вообще туда вскарабкалась? – потрясенно уточнил парень.
- Не важно, шевелись, родной, пока мы все тут в дыму не задохнулись!
Матвей на удивление легко, словно старушка вообще ничего не весила, поднял Ядвигу под потолок. Опасаясь, что двоих удержать ему не удасться, Виктория и Дарья, не сговариваясь, встали так, чтобы подстраховать Альку на случай падения, но это не понадобилось. Отцепившись от балки, девочка удивительно легко, словно перышко, порхнула в бабулины объятья, и Матвей почти так же легко опустил обеих на пол. Виктория не расслышала точно из-за гомона покидающей зал толпы, но ей почудилось, что старушка пробормотала себе под нос что-то вроде «Вот и я, помню, когда летать только училась, вверх-то легко, а обратно – страшно…»
Тряхнув головой Вика убедительно сказала себе, что это ей просто послышалось.

URL
2007-04-15 в 20:53 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Евгения
Андрея толпа унесла, как только началась паника, сама Ева немного растерялась и потеряла его из вида. Водоворот перепуганных школьников подхватил девочку и закрутил, как и все, Евгения пыталась пробиться к выходу, но ее бросало то к одной стене, то к другой, один раз чувствительно приложив об опрокинутый столик.
- Ты чего здесь? – прорычала рассекающая толпу с элегантностью атомного ледокола «Ленин» Марго, которую Ева готова сейчас была расцеловать в вечно высокомерную физиономию.
- Где остальные?!
- Не знаю! Пробирайся к выходу, все равно мы никого тут не найдем.
Ева абсолютно точно слышала, как вскрикнула Алинка и очень волновалась: маленькую и хрупкую, как куколка, девочку в обезумившей толпе могли бы просто раздавить.
- Ритка! Женька! Идите сюда!!!
Заклятые подруги синхронно поморщились, но обе решили, что сейчас не самое подходящее время придираться к прозвищам, и стали проталкиваться сквозь водоворот толпы к размахивающей руками Виктории.
- Сюда!
- А где Елена? – оказавшись рядом с остальными, беспокойно спросила Марго. Ядвига Светозаровна махнула тоненькой, словно высушенной рукой.
- За нее не беспокойтесь. Этот тип, кажется, единственный тут, кто додумался, что не стоит ломиться через выход для посетителей, когда можно спокойно пройти через кухню. Они едва ли не первые и ушли – Ленка, кажется, сообразить ничего не успела, а он ее на руки подхватил, и ушли. Я-то Альку бросилась искать… Ох, и напугали же вы все старуху!
- Мы и сами испугались не меньше! Что пр…
Возле кафе уже стояли пожарная и милицейская машина (Виктория потом сказала девчонкам, что в Москве столь «дорогих гостей» пришлось бы ждать часа полтора), возле последней участковый Ларин доблестно откручивал ухо тощему долговязому пареньку с мелкими остренькими чертами усыпанного равным количеством прыщей и веснушек лица. На шее Рыжего Юрика болтался сползший черный шарф.
- Женька! – увидев потрепанных девчонок, Тимофей отпустил задержанного «террориста» и заключил дочку в объятья. Правда, ненадолго – почти тут же ему пришлось спасать Юрика и двух его туповатых приятелей от налетевшей на «окаянных иродов» с невесть откуда взявшейся шваброй Ядвигу. Урезонить малюсенькую старушку похожему на добродушного медведя участковому удалось далеко не сразу: Ядвига поэтично ругалась, исключительно литературно, но выстраивая ТАКИЕ лихо закрученные фразы, что Ева аж заслушалась, размахивая шваброй, словно выходец из какого-нибудь шаолиньского монастыря – боевым шестом, и успев от души отлупцевать несчастных террористов по загривкам прежде, чем Тимофей Ларин отобрал «оружие». Те выглядели стушевавшимися: пожар и образовавшаяся давка явно не входили в планы хулиганов, планирующих всего лишь глупо пошутить.
- Девчонки, девчонки! – подбежавшая Елена повисла у Марго на шее. – Как хорошо, что все остались целы! Мне так стыдно, что я вас там оставила! Но я даже сообразить ничего не успела, этот взрыв, потом начали орать… вы же знаете, как я торможу, когда чего-то пугаюсь, а Сергей меня схватил на руки и вытащил на улицу.
- Как романтично! – фыркнула Ева, убеждая себя, что ей ни капельки не завидно. В конце концов, Андрей не виноват, что их разметало толпой… но и, если посмотреть правде в глаза, таскать ЕЕ на руках вряд ли кто решился бы: это с такими дюймовочками, как Елена и Алинка мужчин тянет на романтические жесты!
- Девочки, кто-нибудь понял, что вообще произошло?
- Да Юрик сотоварищи приколоться решили, дегенераты! – раздраженно бросила Маргарита, косясь на Тимофея, «упаковывающего» трех избитых боевой старушкой лоботрясов в патрульную машину.
- Это понятно! – отмахнулась Алинка. – Я про другое. Девчонки, не знаю, как бы это сказать… я взлетела! По-настоящему – взлетела! Представляете?
- Может быть, тебя взрывной волной подбросило? – предположила Ева.
- Взрыв был не такой уж сильный, - покачала головой Маргарита.
- Так Альке что, много надо? На нее подуй – влетит!
- Не могло такого быть, - поддержала наконец вышедшая из прострации Дарья. – Вика вон прямо на сцене находилась, однако ее даже не подбросило. Там и правда было что-то странное, девочки. У меня на какое-то время сложилось крайне необъяснимое с точки зрения логики впечатление…
- А если без лекций?
Дарья смущенно поправила очки.
- Девочки, вы, наверное, решите, что у меня не все в порядке с головой. Я попросила огонь погаснуть – там, на сцене. И он… послушал меня.
- Скорее всего, это совпадение, штора догорела, и…
- Я тоже предположила это в первую очередь. Но посмотри на меня! Ни ожога, ни даже пятна копоти на платье – это после того, как меня с головой накрыло горящей шторой. Это абсурдно с точки зрения физики – костюм синтетический, эта ткань легко воспламеняется.
- Ты что, предпочла бы обгореть, лишь бы законы физики были соблюдены? – удивилась Ева.
- Законы физики – это не государственные законы, их нельзя соблюсти или не соблюсти. Просто они ЕСТЬ! Я рада, конечно, что не пострадала, но этому должно быть рациональное объяснение!
Тут к дымящемуся кафе «Лукоморье» подъехала третья машина – серебристый «джип» семейства Романовых. Ева крикнула отцу, что до дома ее подбросят и поплелась вслед за остальными. Алина и Дарья были правы – что-то непонятное происходило в этот вечер. Кроме того, Евгению что-то словно царапало, она никак не могла вспомнить, о чем забыла – и это дико раздражало.
Но с зашевелившейся и еще неопределенной мысли Еву сбила Елена, внезапно резко остановившаяся, собираясь уже залезать в машину.
- О нет! – испуганно воскликнула она. – Я так и не вернула этот браслет Сергею!!!
Отблески мигалки пожарной машины замерцали на золотой чешуе маленького свернувшегося спиралью дракончика.

URL
2007-04-15 в 20:54 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Маргарита
Осенние каникулы питерской красавице пришлось почти полностью провести под домашним арестом. Не за какую-нибудь там провинность, просто отец чересчур близко к сердцу воспринял хулиганскую выходку в кафе и почти всю неделю аккуратно выяснял, не стоят ли за этим его недоброжелатели. Пока сомнения в том, что Юрик сотоварищи действовали не по какому-то злому умыслу, а исключительно по природной своей дури, и никто им за организацию «теракта» не платил,окончательно не развеялись, Геннадий категорически запретил дочери выходить из дома без него или охранника, а на территорию «имения» не допускались даже подружки. Но опасения его ничем не подтвердились, а Маргарита таким произволом искренне возмущалась, поэтому через какое-то время господин Романов вынужден был сдаться.
Вечером четвертого дня после «зажигательной» вечеринки в поместье Романовых была все же допущена Елена.
Правда, Маргарита едва сумела узнать свою подругу. За все время их знакомства ей ни разу не приходилось видеть Елену такой оживленной: глаза, обычно бледно-серые, сияли морозной голубизной, бледное личико сердечком слегка разрумянилось, а растрепанные, как всегда, волосы казались не неопрятными, а причудливо дополняли хрупкую красоту. Оставалось только поражаться, как изменив одно только настроение, девочка без всякой косметики и подбора нарядов превратилась из «серой мышки» в изысканную красавицу.
Правда, теперь в разговоре подружек появилась новая и весьма настойчивая тема – тот самый типчик по имени Сергей. По словам Елены, пока ей так и не удалось его разыскать (разумеется, чтобы вернуть браслет – а Марго что подумала?), однако девочка была полна решимости. Ее новый знакомый говорил, что приехал в Вересково собирать сведения по фольклору, значит, ловить его следует либо в библиотеке, либо в архиве, а поскольку никто, хоть однажды видевший Сергея, никогда в жизни его не забудет, Елена была уверена, что найти его окажется не так уж сложно.
- Сегодня вечером я как раз собиралась забежать в магазинчик, помнишь, со всякими древними книгами…
- На твоем месте я бы не связывала с этим типом особых надежд, - на всякий случай предупредила подругу Маргарита. – круг общения нашей семьи таков, что мне приходилось сталкиваться с представителями, что называется, богемы. Знаешь, я могла бы поклясться, что он актер. Подобному типчику это подошло бы гораздо больше пыльных манускриптов и культурологи. Видишь ли… ты не задумывалась, ОТКУДА у студента, да еще не слишком-то престижной специальности деньги? На то, чтобы так одеваться и забывать всюду золотые браслеты?
- С какой стати мне считать чужие деньги? – возмутилась Елена.
- Я бы предположила, что он либо из «золотой молодежи», живущей за счет родителей, но это маловероятно. Родители обычно пытаются припахать такое чадо к более-менее конвертируемой профессии. Ничего не значащая научная степень в наше время будущего не обеспечит. Значит, либо его протежирует… гм, какая-нибудь состоятельная дама, либо вообще – состоятельный мужчина, уж больно он… хм! Я просто не хочу, чтобы это стало для тебя ударом, не обижайся.
К удивлению Маргариты, подруга не расстроилась и не возмутилась. Будь с ними Евгения, непременно вставила бы, что Марго просто-напросто завидует, что всем, кроме ее светлости так подфартило на этой вечеринке. Елене такое и в голову не пришло, но девочка тоже рассмеялась.
- Ох, а я-то уже собиралась заказывать подвенечное платье! – с насквозь притворным сокрушением воскликнула она. – Маргарита, ты это серьезно?! Какие «надежды» я могла бы связывать с Сергеем? Он – мечта, прекрасный сон! Он неожиданно возник в нашем захолустье и так же легко отсюда исчезнет. Я это прекрасно понимаю, разве такая, как я, могла бы на что-то рассчитывать? Я счастлива, что встретила его, Судьба преподнесла мне самый невероятный подарок на День Рождения, и я буду счастлива снова увидеть Сергея и поговорить с ним… но надеяться на какие-то отношения было бы все равно, что попытаться поймать в кулак солнечный зайчик!
Маргарита неуверенно пожала плечами.
- Если бы я встретила парня своей мечты, то в первую очередь задумалась бы о том, чтобы он оставался со мной. Надежность – самое ценное в любом мужчине качество.
- Но ведь это было бы скучно! – искренне изумилась Елена.
Стоило, наверное, просто принять к сведению то, что иногда девочки смотрели на мир настолько по-разному, что лучше было даже и не пытаться понять друг друга. Маргарита искренне надеялась, что Елена права и, когда загадочный типчик окончательно исчезнет из ее жизни, это не выльется в очередную депрессию. Все-таки Елена была чересчур уж чувствительной! Жила в каком-то собственном мире своих грез, болезненно воспринимая столкновения с неизбежной реальностью.
- Может, ты пойдешь со мной сегодня вечером? – предложила подруга и с усмешкой добавила. - Боюсь струсить… Ведь тебя уже выпускают из дома?
- Извини, мне, правда, очень хотелось бы, но не могу, - слегка смутилась Маргарита. – Алинка пригласила сегодня вечером. Может быть, сходим вместе, а в книжный магазин – в другой раз?
Пару секунд поразмышляв, Елена помотала головой.
- Во-первых, меня не приглашали, во-вторых… неудобно держать у себя чужую вещь – особенно такую дорогую.
- Ты уверена, что тебе не терпится его разыскать именно из-за этого? – невинно уточнила Марго. Елена рассмеялась, но решения не переменила.
К всеобщему счастью, дурацкий «теракт» завершился относительно благополучно – в давке никого серьезно не покалечили, пожар тоже так и не разгорелся толком – в кафе «Лукоморье» только слегка пострадал главный зал, теперь закрытый на косметический ремонт. Приехав после «домашнего ареста» навестить Алинку, Маргарита мельком заглянула туда и едва не скисла от смеха: ремонт проводили сами же горе-террористы, а Ядвига Светозаровна с суровым видом прохаживалась по залу, наблюдая за работой и сжимая в сухоньких руках достопамятную швабру, на которую Юрик (который был ровно вдвое выше старушки) и два его приятеля (каждый из которых – где-то вчетверо ее тяжелее) косились с нескрываемым ужасом. Еще один паренек – самый вменяемый тип в команде, но чрезмерно нервный Никита, тот самый, по которому тайно вздыхала Дарья, тоже помогал дружкам, видимо, добровольно, среди «террористов» его тем вечером не было точно.
- … Я предупреждал, затея – глупая! – как раз бурчал Никита Юрику.
- Хватит занудничать! Мало того, что бросил товарищей, теперь еще паиньку строит! – огрызался местный АльКапонэ.
- Из-за вашей выходки, я даже имени ее спросить не успел!
Юрик презрительно ухмыльнулся, один из амбалов было загоготал, но, получив чуть ниже спины тычок шваброй, опасливо покосился на хмурую старушку и вернулся к работе. Так же поступили демонстративно отвернувшиеся друг от друга Юрик и Никита.
- Ага! Царь-девицу нашу выпустили из темницы! – завопила за спиной у Маргариту Ева, заставив подскочить от неожиданности. – Тоже к Алинке?
- Вот по тебе я скучала меньше всего! – недовольно пробормотала Марго, хоть это и было неправдой. – Что значит «тоже»? И почему эти лоботрясы тут?
- Ничего-то ты не знаешь, - приобняв Марго за плечи, Ева повлекла ее за собой к подъезду на противоположной стороне «пряничного домика» - там, где был проход к жилым квартирам. – Это им воспитательная работа. Дело заводить не стали, но Олимпиада Богдановна вмешалась, говорит – трудотерапия на них может подействовать, раз все внушения побоку! Вот и заставили устранять последствия. Хотя там ничего страшного: потолок слегка закоптило, да столики в панике переломали. Ну не придурки ли! Такой вечер мне испортили! А Андрюха на все каникулы уехал – увижу его теперь, только когда снова начнутся занятия, - пышечка страдальчески вздохнула. – Вот уж не думала, что когда-нибудь буду ждать конца каникул! Что касается Алинки, она всех пригласила. Вернее, даже не она, а Ядвига Светозаровна, вроде как у нее к нам какое-то важное дело.

URL
2007-04-15 в 20:54 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Алина
На пороге Алинкиной комнаты Маргарита обо что-то споткнулась и потрясенно огляделась, по-видимому, гадая, произошел ли тут обыск уголовного отдела милиции или квартиру пытались ограбить, но заблудились и плюнули на это дело. Сидящая на подоконнике хозяйка комнаты изобразила некоторое смущение и весело поздоровалась, не обращая внимания на крайне скептическое выражение лица питерской красавицы. Во-первых, художественный беспорядок – неотъемлемое свойство творческих и просто талантливых натур, во-вторых, сама Марго не такая уж аккуратистка и чистюля. Порядок-то она любит, но при условии, чтобы наводить его желательно чужими руками. Наверняка, повзрослев, Маргарита непременно преуспеет на какой-нибудь руководящей должности… Алина довольно часто воображала себе будущее людей, оценивая их характер. Бабушка даже научила ее различным гаданиям и некоторое время назад девочка весьма в этом преуспевала, пока занятия ей не наскучило. Большинством тех, кто просил Алину погадать, были девчонки, ничего на самом деле не желающие знать о своей судьбе и не задумывающиеся о будущем, а только жаждущие услышать, любит ли их какой-нибудь типус. К тому времени, как Вересково почтила гостья из Северной Пальмиры, девочка уже успела охладеть к этому своему увлечению, но привычка «сочинять» отдаленное будущее знакомым осталась. Со своим только определиться не получалось: то в художники хотелось, то в модельеры, то в балерины, то в президенты… хотя последнее как раз больше подошло бы Маргарите. Евгения, наверное, станет актрисой или певицей, Дарья войдет в историю как великий ученый – с ее характером просто необходимо совершить прорыв в какой-нибудь науке… а если не сложится, из нее вышла бы неплохая учительница. Только очень уж строгая… Единственная из девчонок, чье будущее терялось для Алины за туманом неизвестности, была Елена. Не клеился к ней никакой жизненный сценарий.
- Елена не захотела пойти с тобой? – не слишком-то этому удивившись даже скорее заметила, чем спросила Алинка. Маргарита нервно передернула плечами.
- Нет. Надеется все-таки разыскать этого типчика… я ее просто не узнаю!
- Завидуешь ты просто! – сладким голоском заметила Ева, окончательно проталкивая остановившуюся на пороге девушку в комнату Алинки. – Да-а, ну и разгром…
- Зато я точно знаю, где что лежит! – не слезая с подоконника, парировала Алина. – Вы присаживайтесь… там где-нибудь.
Маргарита скептически окинула взглядом громоздящиеся на кровати и стульях завалы ВСЕГО, кажется, начиная понимать, почему хозяйка комнаты предпочитает сидеть на подоконнике. Менее склонная к торжественным церемониям Ева уже отодвинула пеструю гору одежды с одного края кровати на другой и плюхнулась на освободившееся место, жестом приглашая застывшую столбом Марго присаживаться рядом. Та внимательно изучила узорчатое покрывало придирчивым взором выразительных зеленых глаз, наверное, опасаясь, что Алина вполне могла забыть на кровати подушечку с иглами и булавками, усесться на которые было бы неприемлемо ниже достоинства питерской красавицы.
- Чему тут завидовать? – раздраженно бросила Маргарита, слегка пододвигая Еву. – Елена просто голову потеряла из-за какого-то пижона, от которого нормальной девушке лучше держаться подальше!
- Ее мечта сбылась, - задумчиво возразила Алина. – хотя мне он тоже не нравится, если честно.
- Что же ты тогда глазами хлопала? – напомнила Ева.
Аля, пожав плечами, задумалась. В первой момент длинноволосый незнакомец, безусловно, произвел на нее впечатление. Так он на всех произвел впечатление, кроме того, Алина умела оценить в человеке стильность и оригинальность, которые у него определенно были. Но этот первый момент быстро прошел и девочки – все, кроме Елены и вообще, кажется, не заметившей таинственного незнакомца Виктории – довольно быстро стряхнули очарование. Ева, помнится, уже тогда высказалась на тему «больше похож на фотомодель, чем на мужчину», Марго рационально сочла, что с такими скользкими типчиками дела иметь не стоит, а сама Алина… девочка не могла выразить этого словами, но она чувствовала в этом Сергее какую-то фальшь. Природную даже естественную фальшь, как бы абсурдно это сочетание не звучало, на нем словно был глянцевый лак или позолота…
- Как вы думаете, этот дракон по-настоящему золотой? Ну, браслет.
- Похоже на то, - задумчиво кивнула Маргарита. – хотя пробы там я тоже не заметила.
- Могу поспорить, он соврал!
- А ты всегда споришь, Женька!
- Ох, Риточка, ты такая умная, такая умная! Вот скажи: кто бы стал давать в руки впервые встреченной девчонке НАСТОЯЩУЮ фамильную ценность, а потом еще и исчезать, про эту побрякушку забыв?! Даже если у него денег куры не клюют, семейными реликвиями никто разбрасываться не станет!
Марго пожала плечами, даже не разозлившись отчего-то на «Риточку». Ей, с ее рационализмом, трудно было не признать, что на этот раз Ева рассуждает разумно.
- Возможно, это и подделка, но подделка качественная и – в любом случае - довольно дорогая. У Елены на лбу обозначена патологическая честность, может, этот тип хотел подкинуть ей повод его разыскать. С другой стороны – зачем ТАКОМУ, как он – Елена?
- Кстати, Елена-то, оказывается, красивая, - Алинка усмехнулась. А мы этого просто не замечали. Она сама этого не замечала: Елена из тех людей, кому необходимо, чтобы кто-то сказал им, что они красивы, если бы она не встретила этого типа, то так всю жизнь и продолжала бы считать себя «серой мышкой».
- Я заметила. Влюбленность ей идет, но я беспокоюсь о том, что будет потом. Красивая или нет – вряд ли взрослый парень может воспринимать восьмиклассницу всерьез…
- Петька тебя воспринимает! – елейно напомнила Ева. Марго едва заметно покраснела и отмахнулась.
- Тут что-то должно быть не так.
- Может этот бред, который Сорокины всю неделю трещат, - припомнила Ева. – ну, про наследство – отчасти правда? С чего-то ведь они эту идею взяли.
- Чушь собачья. Даже если бы какое-то наследство и существовало, Елена слишком маленькая, чтобы вступить в права собственности, да и ухаживать за ней с расчетом… рановато, прямо скажем.
- Да хватит вам, девочки! Если человек нам не нравится, это не причина думать о нем плохо! Кроме того, он ведь ее спас… Елена вполне могла бы растеряться и пострадать, когда началась паника, если бы его не оказалось рядом…
- Я только хотела спросить: почему ты не пригласила саму Елену?
- А, - Алинка потерла переносицу. – это не я. Этот званный обед – бабусина идея, кажется, она может нам объяснить, что за странности происходили на этой вечеринке. Во всяком случае, мне показалось, что она что-то знает.
- Все еще веришь, что тут какое-то волшебство? Видишь ли, Аля, ты могла подпрыгнуть так высоко просто от испуга. У человека есть резервы, которые высвобождаются только в особых ситуациях: человек перепрыгивает двухметровый забор, спасаясь от собаки, мать поднимает огромный грузовик, чтобы освободить придавленного ребенка… Дарья как-то рассказывала о подобных случаях. Все объяснимо. И эта счастливая случайность, что костюм Дашки не вспыхнул, и твой «полет».
Звучало это разумно. Но Алина точно помнила, что «летать» начала еще ДО взрыва. Девочка задумалась, говорить ли об этом. Скорее всего, Маргарита скажет, что подруга запуталась в своих воспоминаниях из-за пережитого стресса.
Взвесить все «за» и «против» Аля не успела, дверь в комнату снова отворилась, пропуская деловитую бабулю.
- Вика и Дашенька уже пришли! – сообщила Ядвига. – Пойдемте в гостиную обедать, девочки, разговор серьезный, а я опасаюсь оставлять надолго наших «каторжников», они там без меня не только ничего не отремонтируют, они все, что осталось, вконец разгромят!

URL
2007-04-15 в 20:55 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Евгения
- Обувь могли бы и не снимать – мы не в Японии!
Квартира Ядвиги Светозаровны располагалась в том же домике над ремонтируемым кафе, что и квартира ее дочери и зятя. Рядом, но все-таки отдельно. Сама Ядвига с усмешкой говорила, что эти двое считают ее просто выжившей из ума, поэтому предпочитают держать под присмотром. Алинке именно бабушка была гораздо ближе вечно занятых на швейной фабрике родителей, Ева всегда немного завидовала подруге – всем хотелось бы, чтобы у них была такая классная бабуля! Впрочем, следовало бы признать – Ядвига Светозаровна неповторима.
Обычно комнаты старушек наполнены тенями прошлого: пожелтевшими фотографиями на стенах, сухими цветами, какими-то допотопными сервизами в украшенном салфеточками серванте… так, во всяком случае, выглядела квартира собственной Евиной бабушки. Но только не Ядвиги! Похоже, наибольшее количество времени здесь царил тот же живописный разгром, отражающий множество разнообразных увлечений, что и у внучки, однако к званному ужину мировая старушка все-таки попыталась навести тут некоторый порядок. Памятников прошлого не наблюдалось, хотя Ядвиге и было что вспомнить – крайне противоречивые сведения о ее прошлом сходились в одном – жизнь она прожила бурную и увлекательную. Но старушка не желала вспоминать о прошлом, предпочитая и дальше вести бурную увлекательную жизнь.
Евгения с этой жизненной позицией соглашалась на все сто процентов. Пусть такие зануды, как Марго или Дашка бесконечно копаются в прошлом и беспокоятся о будущем, совершенно не замечая, сколько совершенно чудесного и невероятного происходит в НАСТОЯЩЕМ!
За обедом девчонки щебетали на разные темы, Ева не могла точно знать, как остальные, а она сама не задумывалась о том, для чего же их пригласила Ядвига. Отчасти потому, что Алинкину бабулю невозможно было предугадать, как ни ломай голову. Однако разговор словно бы сам собой неизбежно свернул на события праздничного вечера. Да и предшествующего празднику дня.
- Ты должна была заметить, что происходит что-то необычное! – внушала Алина Еве. Та что-то неопределенно пробурчала в ответ – ибо рот как раз в этот момент оказался занят сливовым вареньем. – И с тобой тоже! Сперва Денис Денисович поставил «пять» за тот бред, который ты несла у доски. Он, конечно, для учителя очень классный и не влепил бы «двойку», а либо натянул, либо предоставил шанс исправить, но с какой стати – «пятерка»?
- Вообще-то я обаятельная и очень к себе располагаю! – проглотив очередную ложку варенья, заметила Евгения. Маргарита изобразила свое коронное высокомерное хмыканье.
- Но в тот день почему-то в гораздо большей степени, чем обычно. Андрюха вон совершенно неожиданно обратил на тебя внимания, хотя…
Марго явно замялась, подбирая слова.
- Хотя в его вкусе всегда были «вешалки» вроде тебя, - любезно подсказала Ева.
- До сих пор его интересовали только старшеклассницы…
- Вот-вот! Ему надо было заметить меня, чтобы понять и оценить, какая я очаровательная и интересная. Что такого в том, что Андрюха обратил на меня внимание? Если уж к Елене, которую в принципе никто не замечает, подошел этот типчик – чем я хуже?
- У Елены очень изысканная внешность, школьникам такого не понять, а взрослый человек вполне мог бы оценить. Мы ведь говорим не об этом.
- Действительно, Ева, ты как будто научилась гипнотизировать людей, - негромким лекторским голосом заметила Дарья, до сих пор почти не участвующая в разговоре. – когда ты очень хочешь, чтобы человек что-то сделал, он так и поступает, словно прочитав твои мысли. Алина уверена, что получила способность левитировать, а я точно помню… нет, я не заставляла огонь погаснуть или не причинять мне вреда, просто он как будто… сам этого не захотел. Помнишь, как ты в детстве рассказывала про свою «дружбу с дождиком»?
- Мне было пять лет! – с набитым ртом возмутилась Ева. Хотя действительно помнила. Она никогда не промокала под дождем, а когда кто-то выражал свое удивление, маленькая еще девочка отвечала, что может попросить капли падать не на нее.
- Возможно, это каким-то образом связано с Хеллоуином, - наставительно продолжала Дарья. – насколько известно, в Европе этот праздник произошел от кельтского дня Самхейн, знаменующего начало зимы. Считалось, что в этот день приоткрывается завеса между миром людей и миром волшебных существ, поэтому возникла традиция «откупаться» от потусторонних гостей угощением и надевать маски, чтобы спрятаться. В такие дни, считалось, возможны самые невероятные события.
- Но кто в наше время поверит в такое?! – прервала лекцию Маргарита. – Бабушкины сказки!
- Почему бы и нет? – неожиданно включилась в разговор Ядвига Светозаровна.
- Простите…
- Нет, Маргошенька, я не об этом. Подождите меня пару минут, девочки.
- Может, заберете это варенье? – взмолилась Ева, осознав, что еще пара ложек и само слово «варенье» станет для нее страшным ругательством. – Мне кажется, я сейчас лопну…
- Если не хочешь больше есть – не ешь, - поднимаясь из-за стола, качнула головой старушка. – тренируй силу воли. Она тебе в жизни пригодится.
С мученическим стоном Евгения послушно отложила ложку.
- Знаешь, Алина, в присутствии МОЕЙ бабушки никто не решился бы обсуждать мальчишек или говорить о странных событиях в жизни, - призналась Маргарита, размешивая ложечкой свой чай. – она у нас такая… как английская королева. Чопорная и строгая. Никогда бы не подумала, что с родственниками можно по-настоящему дружить, словно с самыми обычными людьми.
Алинка гордо улыбнулась.
- Как вы думаете, девочки, что она имела в виду?
Предположений высказать никто не успел – Ядвига уже вернулась, торжественно неся знакомую уже шкатулку.

URL
2007-04-15 в 20:55 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
- Полагаю, все началось с того, - поставив ее в центр стола, провозгласила старушка. – что Алина нашла в моем сундуке вот это. Ну, и еще кое-что.
Рядом с шкатулкой лег резной деревянный лук без тетивы.
- Скажи, Виктория, ты умеешь стрелять из лука?
Рыжеволосая девчонка, видимо, решившая подменить отсутствующую Елену и весь разговор провитавшая в облаках, встрепенулась и недоуменно хлопнула глазами.
- Занималась в секции. Даже в одной постановке в старой школе играла Вильгельма Теля. А что?
- Хорошо, если у тебя будут необходимые навыки, милая. Этот лук – твой.
Вика с ошарашенным видом взяла деревянную дугу в руки.
- Спасибо, конечно, но я забросила эти занятия, и я не понимаю…
- Это не подарок, Вика. Лук – твой. Я всего лишь хранила его для тебя.
- Но мы познакомились с Вами всего неделю назад!
- Да, конечно, - открыв шкатулку, Ядвига обвела девочек взглядом. – Полагаю, каждая из вас с первого взгляда поняла, какая из вещей принадлежит именно ей. Вы должны были почувствовать, будто вещи сами просят взять их. Это перо, - перо в сухоньких пальцах внезапно словно ожило, превратившись в красно-золотой язычок пламени, который Ядвига продолжала удерживать. – перо Жар-Птицы, о которой Вы должны были слышать хотя бы в детстве. Меньше я уверена в том, что кто-то знает сказку об Огнивушке…
- Я знаю, - тихо вставила Дарья, в свое время научившаяся читать, наверное, раньше, чем разговаривать.
- Огнивушка. Танцующая в пламени саламандра. Жар-Птица с перьями из языков пламени. Все это она. То есть, теперь правильнее сказать будет – все это ТЫ, Даша. Это перо – твое.
Отличница с потрясенным видом протянула руку, принимая пляшущий на ладони старушки язык пламени. Кажется, она не совсем верила в то, что он – настоящий, конечно, ведь с точки зрения любимых естественных наук, огню нужно что-то сжигать, чтобы гореть – это даже Ева помнила.
- А твое природное обаяние, Ева, усилилось как раз после того, как ты надела эти бусы, верно?
Евгения, от удивления незаметно для самой себя принявшаяся черпать ложкой варенье, что-то невнятно промычала, как зачарованная, глядя на бусы. А ведь что-то такое и правда было. Девочка помнила, как принималась теребить их, словно ища поддержки. - Их первой хозяйкой была Дана… сейчас ее назвали бы русалкой. Теперь они твои. И, конечно, Венец Прии, - Ядвига достала из шкатулки венок из золотых колосьев и надела его на голову ошеломленной Маргарите. – теперь твой.
На какое-то время воцарилась тишина. Коснувшись белокурых волос гостьи из Питера венок – Ева готова была в этом поклясться – на несколько мгновений стал настоящим: золото превратилось в живые пшеничные колоски, расцвеченные цветами и травинками. Язычок пламени в смуглой руке Дарьи превратился обратно в перо.
- Я не могу принять такой дорогой подарок! – решительно сняв венок, Марго положила его обратно на стол, так и не заметив странного превращения. – Старый лук, перо, перламутровые бусы – это одно, но золотое украшение, к тому же такое уникальное. Нельзя его просто взять и подарить почти постороннему человеку!
- Друзья Алины никогда не были для меня посторонними. Кроме того, повторяю, это не подарок. Венок – твой. Ты должна была почувствовать это, как только увидела его.
- Он очень мне понравился. Я даже хотела… Ядвига Светозаровна, но я не могу просто так его взять. А как же эта Ваша подруга, Катерина?
- Думаю, она не стала бы возражать. Катя отказалась от венка много лет назад и его, как и все остальное, я хранила до тех пор, пока не появятся настоящие хозяева. Теперь вы все здесь. Единственное, что можно считать подарком именно от меня – это сапожки Летавицы для Алины. Они – единственное, что принадлежало мне самой.
- Хотите сказать, что она левитировала из-за этих САПОГ? – недоверчиво уточнила Дарья. – Это что, сапоги-скороходы или что-то еще в этом роде?
- Выслушаете обещанную бабушкину сказку, девочки? – загадочно улыбнулась Ядвига. – Рядом с миром людей, буквально бок о бок существует другой волшебный мир, который в наше время многие просто разучились замечать. И «завеса» между двумя мирами открывается отнюдь не раз в году, на Хеллоуин, они постоянно сосуществуют рядом, переплетаясь, но не смешиваясь. Как правило. Когда-то было заключено что-то вроде соглашения, пакта о ненападении, теперь жители двух реальностей сосуществуют, не мешая друг другу… просто не вспоминая друг о друге. Но для любого закона найдутся преступники, поэтому для того, чтобы защитить мир людей от монстров – порождений волшебного мира, многие из которых могут быть весьма опасными, были избраны пять защитниц. Берегинь. Молонья, разящая золотыми стрелами из волшебного лука, воплощение природы и гармонии Прия, покровительница лесов, русалка Дана, танцующая в пламени Огнивушка и Летавица, одна из фей рассвета, покинувшая беспечную компанию сестер ради защиты людей. Защитницы были избраны из древних языческих духов, но, став Берегинями, они стали смертными – иначе жить в человеческом мире стало бы невыносимо тяжело. Когда первые Берегини поняли, что отмеренное им время истекает, они вложили свои Силы в пять волшебных предметов и девушка с чистой душей, которой доставался этот предмет, становилась наследницей Берегини. Я – фея Летавица, последняя из своего поколения Берегинь. То есть, ею я была, теперь же Летавицей должна будет стать Алина. Оттого я и не советую вам считать эти предметы подарками, девочки – вместе с ними вы получаете сверхчеловеческую ответственность за целый мир.
Ева задумчиво крутила в руках «волшебные» бусы. Гораздо более правдоподобным для нее стал бы вывод, что Ядвига Светозаровна решила пошутить над девчонками, услышав все эти их разговоры. Такое вполне было в ее духе. Но у пожилых людей довольно часто бывают… странности, не говоря уже о том, что Ядвига всегда была довольно странной и сама по себе.
- Что же, это здорово! Не помешал бы еще фонарик, чтобы ходить и орать «Ночной Дозор – всем выйти из Сумрака!»
- Не смешно, - сухо заметила Маргарита.
- А тебе никогда не смешно. Каменную обелиску заставить улыбнуться проще, чем тебя! В конце концов, это здорово, что теперь у нас будут свои собственные талисманы! Волшебные или нет, а эти бусы мне определенно приносят счастье. А если Ленка так и не разыщет этого модника, то и у нее останется эта золотая змеюка, если, конечно, браслет и правда золотой, в чем я сильно сом… В чем дело, Ядвига Светозаровна?
- ЗОЛОТАЯ ЗМЕЯ?! – почему-то осипшим голосом переспросила старушка. Евгения подумала, что такой напуганной Алинкину бабушку не видела даже во время пожара. – Этот парень подарил вашей подруге браслет в виде золотого змея?!

URL
2007-04-15 в 20:55 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Елена
Зачем существовала эта маленькая книжная лавка, втиснувшаяся между двумя магазинами на главной улице небольшого городка, никому не было известно. Если сюда и захаживали покупатели, то этого никто не знал, даже сестрички Сорокины, знавшие про всех все и даже больше. Может быть, цены отпугивали, может, дело было в том, что не теми книгами тут торговали, которые стал бы читать среднестатический современный человек. Но Сергея-то уж точно среднестатическим не назвать…
Старинный бронзовый колокольчик тихонько звякнул, дверь бесшумно открылась. Магазинчик словно бы существовал вне времени, в таком же виде потемневшая деревянная лесенка у высокого стеллажа, массивный бронзовый подсвечник, резной невысокий табурет, древние фолианты, важно поблескивающие золочеными обрезами с полок – все это могло существовать и сто лет назад и сто лет спустя в точности таким же, как и сейчас.
Елене, как ни странно, уже приходилось бывать здесь. Дарья притащила «за компанию», разыскивая материал для какого-то своего реферата и не удовлетворившись информацией по теме, что предоставляли учебники и Интернет. Сама Елена, конечно, читать любила, но как-то все больше презираемое интеллектуалами развлекательное чтиво – то же фэнтези, например. Хотя Сергей вот интеллектуального презрения не демонстрировал… Выставленные здесь книги – многие из которых были написаны на устаревший манер, с «ятями» и твердыми знаками – были ей непонятны и слегка даже пугали, но непередаваемая атмосфера магазинчика… девочка не могла описать это словами, но, наверное, близким было определение – словно бы хранила какую-то тайну. Но больше девочки тут не бывали, кажется, даже Дарье эти книженции оказались пока не по зубам.
- Елена? – Сергею пришлось чуть склонить голову, появившись из маленькой почти незаметной среди стеллажей деревянной дверце – это выглядело отчего-то как церемониальный поклон. Сегодня на нем не было плаща из змеиных шкурок, юноша был одет в достаточно заурядные черные джинсы и джемпер с «V»-образным воротником поверх белой рубашки, свои медового цвета длинные волосы он собрал в слегка небрежный «хвост», но одна упрямая прядь постоянно выбивалась и соскальзывала на высокий лоб, вынуждая его время от времени раздраженно встряхивать головой, отбрасывая ее обратно. Однако выглядел он в этом костюме… именно как в костюме, а не одежде, словно актер, пытающийся сыграть образ. – Добро пожаловать. Ты хотела что-нибудь купить?
- Н-нет. Вообще-то я искала тебя, - тихо покачала головой девочка. – а что ты здесь делаешь?
Прозвучало это, наверное, довольно глупо: сказать, что искала его именно здесь и тут же спросить – что он здесь делает! Но Сергей, наверное, был слишком хорошо воспитан, чтобы замечать чужие ляпсусы.
- Хозяин лавки был очень любезен и помог мне буквально одним махом решить несколько проблем, позволив немного подработать здесь продавцом. Насколько я успел понять, торговля тут идет не слишком бойко, за эту неделю ты – первая, кто сюда заглянул, так что у меня есть время сосредоточится на собственных исследованиях, не беспокоясь о том, где жить, а мне за это еще и зарплату платят. Не ахти какую, учитывая, что магазин совсем не приносит прибыли, хозяин – страстный коллекционер и обожает свои книги, но все же… Удачное совпадение, верно?
Просто невероятно, Елена так ждала этой встречи и думала, что так много должна Сергею сказать… а теперь, едва его увидев, просто растеряла все слова.
- Ты говорил про свои исследования… фольклор… вот я и вспомнила этот магазинчик, подумала, что здесь ты непременно появишься.
- Да, разумеется, - юноша посторонился, приглашающее распахивая перед ней резную дверцу, ведущую, по всей видимости, в хранилище – огромное помещение, сплошь заполненное стеллажами с сотнями… нет, тысячами древних томов. Когда Елена проходила мимо него, Сергей, почему-то понизив голос, добавил. – я знал, что ты обязательно придешь.
- Браслет… - неуверенно начала девочка, стягивая осеннюю куртку, которую он моментально выхватил у нее из рук.
- Присаживайся, прошу тебя. Ах да, совсем про него забыл. Так невежливо с моей стороны было исчезать не попрощавшись… надеюсь, ты не обиделась на меня?
- Дело в том… - залившись краской не хуже Виктории, пролепетала Елена, выставив вперед тонкую руку, запястье которой обвивал золотой дракончик. – я только хотела примерить… а теперь не получается снять его, я подумала, может, тут есть какой-нибудь секрет, я совсем не хотела…
- Хочешь чаю или кофе? – перебил ее неуклюжие попытки объяснить Сергей. Девочка недоуменно подняла на него глаза. – Забудь пока об этом браслете, пожалуйста. Нам очень о многом и очень важном следует поговорить.

URL
2007-04-15 в 20:56 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Виктория
Ядвига Светозаровна в мгновение ока растеряла свою слегка наигранную сказочность и потусторонность ведуньи и превратилась в самую обыкновенную, крайне чем-то взволнованную пожилую женщину. Задумчиво пожевав губы, похоже, на этот раз ей не так уж просто было подобрать слова, старушка серьезно заговорила:
- Печально, девочки, но вам придется убедиться в том, что мои слова не имеют никакого отношения к старческому маразму, раньше, чем хотелось бы. Что же… опыт приобретается в действии, никакими тренировками и уроками его не получить. Вы что-нибудь слышали про Огненного Змея?
- Слышали – от Елены, - кивнула крайне скептически настроенная Маргарита. - А она, насколько я поняла, как раз от этого пижона, вроде как этот мифический Змей - предел чувственных мечтаний любой женщины или что-то вроде того. Правда те, кто это сочинили, вряд ли интересовались мнением самих женщин по этому поводу: лично мне рептилии кажутся привлекательными только в качестве сапожек и сумочек!
- В какой-то мере это суждение верно. Змей… умеет произвести впечатление, вас защитили талисманы, оттого его чары действовали на вас всего несколько первых мгновений. Но ваша подруга… она должна была полностью попасть под его влияние. Тоска и одиночество притягивают Змея, как магнит, поэтому чаще других он является либо вдовам, либо девушкам… которые отчаялись. Отчаялись не только в вере в счастье, но и в жизни вообще. Ты не помнишь, Маргарита, Елена надела этот браслет на руку?
- Да. Она еще беспокоилась, что не получается этот браслет снять – вроде бы он с какой-то хитростью, надеть легко, но не снимается.
- Это плохо. Очень плохо. Женщина или девушка, надевшая браслет или кольцо, полученные в подарок от Огненного Змея, сковывает свою волю, полностью оказавшись в его власти. Люди отсюда переняли привычку обмениваться кольцами при венчании: символически сковывая и подчиняя супругу свою душу и волю, вот только… когда имеешь дело со Змеями – это не просто символика.
- Так Змей или Змеи? – уточнила Маргарита, видимо, надеющаяся поймать старушку на противоречивости суждений. – Их много?
Ядвига Светозаровна покачала головой.
- Я не знаю. Никто не знает о Змеях ничего точного. Даже того, что происходит с покоренными девушками: одни источники уверяют, что чудовище просто ест их, заманивая таким образом, другие, что женщин буквально сжигает их собственная страсть к нему… отчасти оттого Змея и называют Огненным. Третьи… в любом случае, ваша подружка может оказаться в опасности. Вы хоть знаете, куда она намеревалась пойти.
- Кажется, она говорила о какой-то книжной лавке…
- О, я знаю этот магазинчик! – встрепенулась Дарья.
- Но это же ГЛУПО! – громко закончила Марго. – Вы все серьезно?! Все это напоминает историю какого-то глупого японского мультика…
- Аниме, - машинально поправила Алина.
- Компания девчонок, призванных защищать мир от какой-то потусторонней угрозы, монстры под видом глянцевых красавчиков… да все это попросту НЕЛЕПО! Вы хоть сами тут понимаете, о чем мы тут говорим! Мы что, обязаны бежать за Еленой, и объяснять насчет грозящей ей опасности… хотя, думаю, она-то была бы в восторге! Да мы же себя выставим либо сумасшедшими, либо Елька решит, что мы решили над ней посмеяться!
Ядвига Светозаровна молчала.
- Послушай, - мягко заговорила Ева, отодвигая успевшую опустеть розетку из-под варенья. – Может, этот типчик и не огнедышащая рептилия, но доверия он вызывает очень мало, ты сама это говорила. Мы могли бы… хотя бы разузнать побольше. Не думаю, что нам придется становиться в позу и произносить длинную речь о возмездии во имя Добра и Справедливости… надеюсь, поскольку заучить это наизусть я точно не успею, а чтение по бумажке злодеи могут рассмотреть, как неуважение…
- НЕ СМЕШНО! – Маргарита стукнула по столу ладонью.
- Думаю, не будет ничего плохого, если мы тоже заглянем в этот магазин и по расспрашиваем, - неожиданно поддержала Еву Дарья. – если все это действительно окажется просто выдумкой, мы всегда можем сказать Елене, что просто хотели помочь ей разыскать этого типа – вот и все. Надеюсь только, она не решит, что мы сами покушаемся на такое «сокровище»!
Судя по выражению породистого лица Маргариты, природное упрямство вступило в ней в конфликт со столь же природным рационализмом. Наконец девушка неохотно кивнула, ворчливо выразив надежду, что им не придется идти по улицам в этих украшениях, словно сборище толкиенутых и перумнутых. То, что было уместно на карнавале, не слишком-то подойдет для того, чтобы днем ходить по городу.
- Положи венок в сумочку, - не поняла «проблемы» Виктория, запихивая лук в собственный рюкзачек. – Ядвига Светозаровна, но разве я могу как-то его использовать, тут ведь нет ни стрел, ни тетивы.
- А ты так серьезно настроена бороться с монстрами? – презрительно скривилась блонд, однако, принявшая совет и запихнувшая венок в свою миниатюрную сумочку, куда самой Виктории даже кошелек уместить не удалось бы. Кажется, уж Маргарита-то окончательно уверилась, что у Ядвиги Светозаровны все-таки не все дома, и уступила только потому, что с сумасшедшими спорить бессмысленно. Похоже, что старушка это отлично понимала.
- Удачи вам, девочки, - только и сказала она.
«Для Маргариты эта история – бред, для Евы – любопытная шутка, Дарья жаждет во всем разобраться и препарировать с точки зрения здравого смысла, а Алинка, похоже, с восторгом приняла такую новую и увлекательную игру в героев, - спускаясь по деревянной лестнице вслед за остальными, размышляла Виктория. – а как на счет меня? Что Я обо всем этом думаю?»
Если не считать поистине чудесного знакомства с Матвеем, ничего сверхъестественного в жизни Вики не произошло. Не то, чтобы она так же, как Марго, категорически отрицала возможность чудес… скорее просто никогда об этом не думала. Жизнь редко предоставляла девочке возможность задумываться о чем-то отстраненном. Но лук… в одном Ядвига Светозаровна была, несомненно, права, едва увидев этот лук, едва коснувшись отполированной множеством пальцев резной деревянной поверхности, Вика действительно ощутила, что эта вещь – ЕЕ. Это не было безумной жаждой ПОЛУЧИТЬ, которая накатывает, когда видишь что-то потрясающее в витрине магазина, было иное чувство, что это УЖЕ принадлежит только тебе одной.
- Когда закончим с этим бредом, я хочу поговорить с твоими родителями, Алина, - негромко произнесла Марго, вырвав Викторию из размышлений, когда стайка девчонок уже брела по улице. Похолодало, с неба лирически сыпался недолговечный, который успеет еще много раз растаять до наступления настоящей зимы ноябрьский снежок. Сумерки уже успели сгуститься, хотя настоящей темноты пока и не наступило. Для провинциального городка улицы Вересково были довольно неплохо расчищены и освещены, вокруг фонарей в мягко-янтарных «шариках» неяркого света золотисто искрились мелкие снежинки.
- Думаешь, мама и папа не переживут, что бабуля разбазаривает их наследство? – уточнила Алинка. – Ты же сама хотела этот венок.
- Да, но я не имею права вот так просто принять такой дорогой подарок…
- От старушки, которая не осознает, что творит? – прищурила миндалевидные темные глаза Алина. – Вот что, Марго, я тебе скажу: бабуля, быть может, и со странностями, но она ВСЕГДА прекрасно понимает все, что говорит и делает, а трезвости ее суждений и ты можешь еще позавидовать!
- Ты не понимаешь, что происходит, твой знаменитый здравый смысл не способен тебе как-либо это объяснить, - охотно поддакнула Ева. - поэтому ты просто отрицаешь очевидное. Что-то происходит. Что-то пока нам непонятное, а ты так закостенела в своих стереотипах, что боишься всего, выходящего за рамки понимания!
- Чего я должна тут бояться? – раздраженно прошипела девушка, нервно встряхивая белокурой копной волос.
- Ты беспокоишься за Елену по-настоящему, иначе вообще не пошла бы с нами.
Маргарита фыркнула, но спорить не стала.
Магазинчик в сгущающейся темноте удалось далеко не сразу – как оказалось, Дарья помнила его местонахождение весьма приблизительно. Снег валил все сильнее, вскоре девочки уже едва видели друг друга, наконец Дарья, кажется, как раз подбирающая слова, чтобы объяснить, что заблудилась (на центральной улице-то родного маленького городка!), не то обрадовано, не то облегченно вскрикнула, когда ежащаяся под промозглым ветром девчачья пятерка вынырнула из мглисто-снежной каши к небольшой архаичной вывеске. Что там было написано, Виктории разобрать не удалось.
- Ничего себе! – суеверно ахнула Евгения, разглядывая уходящие под потолок книжные стеллажи. – Неужели это кто-то читает?
Все сочли вопрос риторическим. Звон бронзового колокольчика над дверью затих, но кроме них пятерых никого не наблюдалось.
- Есть тут кто живой-то? – оглядываясь, пробормотала Виктория, пока остальные отряхивались от снежной крошки. – Что-то я даже двери за прилавком не вижу.
- Ага, - Дарья близоруко прищурилась. – это где-то… не понимаю!
- Чего ты не понимаешь? – заинтересовалась Алина.
- Снаружи этот магазин смотрится меньше, чем изнутри. Потолки слишком высокие для помещения, занимающего только один этаж, почему-то я этого в прошлый раз не заметила?

URL
2007-04-15 в 20:57 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
- А вот и дверь! – воскликнула Ева.
- Туда, наверное, нельзя. Может, подождем немного?
- Знаешь, мне почему-то кажется, что встречать здесь нас никто не будет, - Дарья еще раз огляделась. – как странно. Эти книги – очень древние и ценные, странно, что открытый торговый зал так оставляют без присмотра.
Протолкнувшись в потемневшую деревянную дверцу девочки оказались в длинном узком помещении, почти что коридоре. Вдоль стен тянулись высокие книжные стеллажи, отчего комната казалась еще темнее. Виктория опасливо замедляла шаг, чувствую, что они погружаются все глубже в темноту, однако за ней шла Ева, то и дело подпихивающая вперед, не позволяя остановиться окончательно. Пожалуй, Дарья была права – такой длинный коридор… вернее даже – узкий вытянутый зал – никак не мог поместиться в достаточно небольшом здании. Наконец оказавшаяся впереди всех Дарья остановилась, притормозив всю группу – так, что Вика едва не врезалась в спину Маргарите и долго отплевывалась от полезших в лицо пушистых белокурых волос.
- Тихо вы! – прошипела Дарья.
В дальнем конце помещения забрезжил свет. Правда, помимо пышной Маргаритиной прически Виктория мало что видела, однако, когда девчонки послушно притихли, до нее донеслись негромкие голоса.
- …Миры существуют совсем рядом, переплетаясь между собой, словно разноцветные нити в узоре, но не смешиваются при этом в единое целое. Существуют достаточно обособленно, зачастую, их обитатели даже понятия не имеют о том, что находится у них прямо перед носом. Однако существуют точки, своеобразные «узелки», в которых миры соприкасаются между собой, одни больше, другие – меньше. И этот магазинчик – один из таких «узелков».
- Он говорит почти то же, что и Ядвига Светозаровна, - шепнула Ева на ухо Вике. – если это и розыгрыш, то она должна была договориться с ним заранее. Хотя… вполне в ее духе!
Невидимый для Виктории Сергей, кажется, не заметивший присутствия посторонних, продолжал:
- Ты должна была почувствовать здесь… что-то особенное, я прав?
- Просто мне не часто приходиться бывать в подобных местах, - тихо прозвучал голос Елены.
- Ты все еще не веришь мне?
- Прости, но в это действительно трудно поверить, а я к тому же отчего-то кажусь всем… человеком, которого легко одурачить: шутки ради или еще зачем. Как-то Юрик… ну, тот самый болван, который вместе с приятелями устроил взрыв на празднике – так вот, он остановил меня в школьном коридоре и попросил подержать его сумку. А я, как дура, согласилась… и держала, Юрик куда-то смылся, а в сумке, как выяснилось, были вещи, которые они сперли из раздевалки и из-за этого улепетывали от застукавшего их там завхоза. Хорошо еще, директриса поверила, что я здесь ни при чем, да и девочки подтвердили. Но, прекрасно зная Юрика и его приятелей, только я могла согласиться подержать эту чертову сумку! Все мне постоянно твердят, что нельзя быть настолько доверчивой.
- Скажи, - прошелестел шелковый голос Сергея. – мне что, по-твоему, надо сочинять совсем уж откровенные небылицы, чтобы произвести впечатление на девушку?
- В том-то и дело, что нет, - неуверенно усмехнулась Елена. – просто, может быть…
- Это попытка посмеяться над тобой? Над твоими сокровенными мечтами… Елена, ты все еще веришь в чудо. В твоем возрасте большинство людей убивают в себе эту веру, и ты тоже, стремясь за безликой статистикой, стыдишься своей несомненной уникальности, стараясь задушить ее, спрятать поглубже, из страха, что кому-то вера в сказку может показаться смешной. Сейчас эта твоя вера сияет в недолгой агонии перед тем, как погаснуть навсегда, словно перегоревшая лампочка, сияет ярче, чем когда-либо, оттого я и сумел разглядеть этот блеск издалека и приехал, чтобы найти тебя. Чтобы не дать звезде погаснуть, не выдержав конкуренции неоновых реклам!
- Я думала, ты приехал за материалами для диплома.
- Так и есть. Разве одно мешает другому? Как я уже говорил, я не лгу. Просто не всегда говорю ВСЕ. Я действительно студент из Москвы, действительно пишу работу по мифологии… хотя за материалами о драконах мне не было бы нужды далеко ездить. Все, что я тебе о себе рассказывал – правда. Просто не вся. Всю правду я могу рассказать лишь в том случае, если ты будешь готова принять ее. Если сумеешь поверить в то, что кажется невероятным.
- И кто же ты помимо того, что уже рассказал мне?
- Змей Айтварас. Как я уже говорил, о себе любимом – крайне приятная для меня тема, поэтому и диплом я выбрал соответствующий. Правда, писать придется не об истинной своей сущности, а лишь о мифологическом отражении, но крайне интересно взглянуть на свое отражение в окружающем мире.
Елена не успела ничего ответить. Вместо нее это сделала Маргарита, довольно грубо отстранившая со своего пути Дарью и решительно шагнувшая в заставленный книгами более просторный, чем коридорчик между стеллажей, зал. Теперь Виктория увидела изумленно обернувшуюся растерянную Елену, сидевшую в высоковатом для нее кресле явно антикварного вида (хоть Вика и не очень разбиралась в этом) и длинноволосого красавчика, устроившегося на низком табурете напротив – так, чтобы их лица были приблизительно на одном уровне.

URL
2007-04-15 в 20:57 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Отсвет пламени камина на мгновение сверкнул на стильных очках, так, что могло показаться, будто глаза юноши на мгновение из синих стали ало-золотыми. Тогда, на вечеринке, Вика как-то его и не заметила, все еще потом очень изумлялись, как можно было на ТАКОГО не обратить внимания. Но она действительно отвлеклась и только краем глаза отметила тогда, что кто-то пригласил Елену. Вот и сейчас Вика не понимала, почему этот тип вызвал такой ажиотаж. Красивый, конечно, но не так, как бывает красив человек, а как позолоченная фарфоровая кукла, которую покупают за бешеные деньги, чтобы поставить на самую верхнюю полку и не позволять детям с ней играть.
- Ну все! – шагнув вперед, громко произнесла Маргарита и, убедившись, что завладела всеобщим вниманием, демонстративно скрестила руки на груди. – Все, с меня хватит! Этот розыгрыш зашел слишком далеко.
- Девочки? – едва слышно пискнула Елена
- Подслушивать чужие разговоры некрасиво, леди, - мягко заметил Сергей. – а если же вы все-таки это делаете, то могли бы хоть вести себя посдержаннее.
Похоже, он и их появлению ничуть не удивился.
- Нас что, все тут принимают за маленьких детей, способных купиться на историю энной серии какого-то аниме сериала?! Что же, возможно, касаемо Елены или Алинки это и правда, но я участвовать в подобных розыгрышах не собираюсь.
- Ах, Прия… твое лицо в каждом поколении – новое, но ты сама все та же! – с наигранной печалью покачал головой Сергей. – Не желаешь знать ничего, помимо собственной точки зрения.
- Хватит морочить голову! – в пляшущем свете золотистых ламп и камина пышные слегка растрепавшиеся волосы девушки смотрелись сияющим нимбом грозной валькирии. Викторию это впечатляло, а вот красавчика, похоже, искренне забавляло. А Марго, насколько вика успела ее узнать за их короткое знакомство, терпеть не могла, когда кто-то находил ее забавной, оставив эту честь Еве. – У Ядвиги Светозаровны это и то получалось правдоподобнее! Тоже мне, актеришка из погорелого театра!
Протянув руку, Маргарита смахнула со стеллажа несколько тяжелых томов, с глухим стуком посыпавшихся на деревянный пол. Похоже, она уже отказалась от мысли о сумасшествии Алинкиной бабули и тоже пришла к выводу, что это – заговор с целью сыграть с ними всеми шуточку.
- Да я еще и не начинал… Не ругайтесь, юная леди, это неэтично. И прекратите швырять книги, это варварство!
- Что?!
- Девочки, зачем вы здесь? – уже более твердым голосом спросила Елена, явно, кстати, недовольная тем, что процесс развешивания лапши по ее ушкам был так грубо прерван. - Вы что, шпионили за мной?
- Мы просто хотели убедиться, что с тобой все в порядке. Как и следовало ожидать, это все – не более чем неуместный розыгрыш! Никогда бы не подумала, что взрослые люди станут таким образом развлекаться!
Елена, вспыхнув от гнева, вскочила, глядя прямо в лицо своей лучшей подруге. Вернее, конечно, не совсем, поскольку Марго была и сама по себе старше и выше всех в компании, да еще питала слабость к обуви на каблуках, возвышаясь над всеми подружками с невозмутимым достоинством Останкинской телебашни.
- По-твоему, я ребенок, с которым нужно нянчиться, да? Ты поэтому стала со мной дружить, чтобы подчеркнуть для всех, какая ты сама взрослая и разумная, верно? Потому что я верю, или хотя бы хочу верить нечто большее, чем серая обыденность, а ты гордишься тем, что не желаешь видеть дальше собственного носа?!
- Елена, мы не хотели испортить тебе встречу с этим, - покосившись на Сергея, Марго сделала выразительную паузу, и так и не уточнив, с кем «этим», продолжала. – но должна же быть у тебя хоть капля критического мышления!
- Быть может, Прия, ты хочешь сказать, - мягко подсказал Сергей, с любопытством их всех рассматривая. – что я – неудачливый актер, или студент какого-нибудь театрального, которого уважаемая Ядвига пригласила подработать, сыграв для вас этот спектакль.
Судя по удивлению, всего на мгновение отразившемуся на лице Маргариты, именно это она и собиралась сказать.
- Нетрудно было догадаться. Это, по крайней мере, похоже на правду.
- Похоже – это не значит, что и есть правда. Правде ни к чему быть на себя похожей.
- О, моя мама как-то говорила, что в жизни возможны чудеса! Но, если дело касается мужчины, то, вероятнее всего, что это – не чудеса, а фокусы!
Он негромко рассмеялся. Смех был… осязаемым, как прикосновение шелка к коже. Неудивительно, что такая, как Елена, сочла этого лицедея потрясающим. Он действительно больше походил на ожившую фантазию, нежели на живого парня.
- Я тебе верю, - тихо, но твердо, сказала ему Елена. – ты был прав насчет веры в Чудо – в Маргарите она уже умерла и я не хочу, чтобы со мной произошло то же самое.
Марго задохнулась от возмущения.
- Но если то, о чем Ядвига Светозаровна, да и он сам говорил – правда, - тут же вклинилась в разговор Ева. – то от этого типчика тебе лучше держаться подальше. Сгореть от любви – это, конечно, звучит романтично, но столкнуться с подобным в реальности приятного мало! Или ты веришь избирательно, лишь в те чудеса, которые тебе нравятся?
Почему-то Сергея это заявление дико рассмешило, но Еву, в отличие от Маргариты, мало уязвляло чужое веселье.
- Выходит, ты своим подругам веришь в меньшей степени, чем какому-то едва знакомому огнедышащему крокодилу! – закончила она, заставив красавчика поперхнуться смехом и с ошарашенным видом на нее уставиться:
- Крокодил?! – не слишком-то дружелюбным тоном переспросил он. – Не знаю твоего нового имени, Дана…
- Ева. Меня зовут Ева.
- Очаровательное имя. Знавал я одну Еву… э-э, но вам это не интересно! Так вот, дорогуша, называть змея «крокодилом» с точки зрения биологии – примерно та же «допустимая погрешность», с которой тебя можно назвать «мартышкой».

URL
2007-04-15 в 20:58 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
- У змей нет лап. А у драконов есть, стало быть, они - не змеи, а крокодилы.
Юноша выразительно закатил глаза.
- Не говоря уже о том, что само существование драконов с точки зрения биологии весьма сомнительно! – добавила Марго. – Как хотите, а я поверю только в ту «правду», которую могу сама увидеть и убедиться, что действительно вижу.
- Я не обязан доказывать ВАМ ничего. Берегини, которые даже сами в себя не верят, подумать только…
- А как на счет меня? – спросила Елена. Сергей поморщился.
- Ты сказала, что веришь мне, а теперь просишь доказательств, дорогая? Или ты хочешь доказать своей подруге, что твоя вера – не глупость, не ребячество, но есть ли в этом смысл?
- Хорошая отмазка, - хмыкнула Марго.
- Я не хотел бы напугать тебя. Мы не закончили разговор, хоть в глубине души ты хранишь веру в чудо, не думаю, что твой разум готов столкнуться с чем-то сверхъестественным, Елена. Но если ты желаешь, ты можешь меня увидеть… я имею в виду – в моем магическом обличье.
- Разумеется, - похоже на то, что Елена считала и этот образ Сергея достаточно «чудесным» и сам по себе, но действительно успела поверить и теперь жаждала убедиться, что ее вера – не глупость, не безумие. Маргарита снова скрестила руки, с легкой усмешкой наблюдая, как далеко зайдет то, что она продолжала считать розыгрышем. Скорее всего, Маргарита, как и все, чувствовала, что на самом деле на игру все это мало похоже. Чувствовала, но не желала прислушиваться к интуиции.
- Разумеется, я ХОЧУ увидеть.
Наверное, как потом вспоминала об этом вечере Виктория, с этих слов Елены все и началось. Началось по-настоящему, развеяв последние сомнения в том, что все это – не игра и не шутка.
Легкая неуверенность на безупречном лице Сергея смотрелась очень мило. Даже с точки зрения Вики, которой он по непонятной причине нравился все меньше и меньше, словно бы за глянцевой внешностью скрывалось что-то… крайне неприятное.
- Ну, хорошо, - бросая неприязненный взгляд в сторону девочек, юноша изящно развернулся лицом к камину, словно бы он находился сейчас не сцене… хотя у него, кажется, каждый вздох отличался театральностью. Небрежно собранные медовые волосы на мгновение картинно взвились, мерцнув в отсвете камина красным золотом. – Как я уже говорил, этот магазин – один из своеобразных «узелков», связующее звено между двумя мирами.
«Интересно, ему никто не говорил, что невежливо разговаривать, повернувшись к собеседникам спиной?»
Чересчур тонкие для мужчины руки взвились, словно бы он собирался дирижировать каким-то невидимым оркестром, Елена заворожено наблюдала за каждым его движением, Маргарита, судя по выражению лица, хотела сказать что-то язвительное, но – не успела. Потому что вслед за руками Сергея взвился вверх огонь, призрачно охватив всю стену – единственную стену без книжных стеллажей, только какая-то картина, раньше скрытая полумраком, растаяла вместе с самой стеной и камином, не успела Вика даже мельком рассмотреть, что же на ней изображено.
Вспыхнув лишь на мгновение, огонь исчез, открывая панораму бездонного звездного неба, без всяких признаков облаков и снегопада. Звезды – больше звезд, чем Виктория, приехавшая из большого города, когда-либо видела на небе – казались рассыпанными по черному бархату острыми осколками стекла… наверное, поэтичнее было бы сказать «бриллиантами», но Вика очень слабо представляла себе бриллианты в таком количестве.
- Оттого через его окна можно при желании увидеть ОБА мира! – торжественно закончил Сергей, снова поворачиваясь лицом к невольным зрительницам. Его длинные волосы картинно развивались, как бывает только в кино (и преимущественно – у женщин), на этих волосах, жемчужной коже, отражаясь в стеклах очков и рассыпаясь по их золотистой оправе – по прежнему играли отблески, вроде бы, погасшего уже пламени.
- Такое чувство, что сейчас откуда-то из-под шкафа вылезет кто-то с воплем «Стоп! Снято!» - хоть и без прежней железобетонной уверенности, но все же весьма скептически пробормотала Марго. Вика едва заметно качнула головой, соглашаясь.
Это не было волшебным превращением, какое бывает в мультфильмах. Не было и жуткой, корежащей тело трансформацией оборотня из полуночных фильмов. То ли завороженная красотой действа, то ли парализованная страхом Виктория наблюдала, судорожно пытаясь понять на что же это похоже. Мягкая глина под руками гончара… нет, скорее сплав драгметаллов, которому задает на глазах форму умелый ювелир. Одно гармонично перетекало в другое, минуя нелепость и уродство промежуточных форм.
- Как красиво! – едва слышно ахнула Елена.
Ни крокодила, ни ящерицу дракон и правда не напоминал, только змею, хоть и разжившуюся даже не четырьмя, а шестью конечностями, если считать крылья, которые огромный Змей, словно продолжая рисоваться, широко распахнул, сияющей золотой лентой взмывая в бархатно-черное небо. Изумрудный узор, не так мягко и ровно светящийся, а играющий отдельными всполохами, когда по нему пробегали отблески золотистых искр, усиливал «ювелирные» ассоциации. Браслетик ожил…
Описав в небе какой-то невероятный кульбит – при полете за ним тянулся золотистый отсвет, как от кометы – дракон плавно снизился и, свернув свое длинное тело в кольца, опустился перед застывшей шестеркой девчонок, выжидательно (не иначе надеясь на аплодисменты) уставившись на них похожими на драгоценные камни сверкающими глазами. По-прежнему синими и кажущимися теперь из-за этого цвета очень холодными в контрасте с теплым сиянием шкурки. Взгляд змея был пронзительным, словно хирургический скальпель. Взгляд, сейчас пристально устремленный на ошеломленную Елену.
- Я исполнил твою просьбу, Елена, - голос тоже остался прежним, обволакивающе-мягким. – теперь ты отошлешь своих назойливых подружек, чтобы мы могли закончить разговор?
- Ты правда думаешь, что я ее здесь с тобой оставлю? – от возмущения Марго даже забыла, что сам факт существования дракона должен шокировать ее, как противоречащий… чему бы то ни было! Решительно притянув Елену за руку к себе, девушка твердо обхватила ее за плечи. Уплывшая в какую-то нирвану русоволосая не сопротивлялась.
- Мне не интересно, что скажешь или сделаешь ТЫ, - прищурившись, возразил дракон. – я обращался к самой Елене.
- После того, как у нее в голове все спуталось из-за твоих же чар?! – фыркнула Ева.
Виктория могла поклясться – на узкой змеиной морде мелькнула полуулыбка.
- Вам не стоит за нее беспокоится, как уже говорилось, если бы я следовал гастрономическим интересам, то сделал бы несколько иной выбор. С другой стороны, - чуть склонив голову, он искоса смерил Еву взглядом. – это всегда успеется.
- Это намек на то, что Елене ничего не угрожает, но ты можешь съесть НАС?!
- Душа моя, когда я хочу кого-то съесть, то не намекаю, а ем! Так гораздо проще не остаться голодным. Все, что от вас требуется, это не вставать у меня на пути.
- С какой это стати? – как ни странно, это сказала не Маргарита. И даже не Ева. Шагнув вперед, тихоня Дарья смерила Змея чисто исследовательским взглядом, словно пытаясь разобраться, как объяснят его существование физика и биология. Вопрос тоже прозвучал… с чисто научным интересом. – Быть может, это ты не должен вставать на пути у нас?
Кажется, Змей растерялся на пару мгновений.
- Что за разговоры? – с наигранным изумлением воскликнул он, едва преодолев настоящее. – Я – дракон. А вы нет. Еще какие-нибудь вопросы?
- Ты дракон, но ты только один дракон. А нас несколько больше. И что-то подсказывает мне, что, будь ты настолько же уверен в своем превосходстве, насколько это изображаешь, то не стал бы и на это намекать столь деликатно, а просто вышвырнул бы нас отсюда.
Змей усмехнулся… и резко, без даже секундного промедления, выдохнул узкую ослепительную ленту пламени, голубоватого, словно у сварочного аппарата, оттенка. Не успел никто из девочек ни вскрикнуть, ни даже испугаться, как этот огонь поглотил Дарью с головой.
Попытавшаяся было завизжать от этого зрелища Вика обнаружила, что голос пропал, а язык, кажется, намертво прилип к гортани.

URL
2007-04-15 в 21:05 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)

- Что ты делаешь?! – высвободившись из рук Маргариты, воскликнула Елена. Змей тихо шелестящее рассмеялся.
- Уж кому, а ей в принципе невозможно причинить вреда огнем! Взгляни сама.
Дарья оказалась внутри столба пляшущего пламени, уже из голубовато-белого ставшего обыкновенным, красно-золотым. Похоже, что огонь действительно не причинял ей никакого вреда: поначалу девочка сжалась от неожиданности, но и только. Ее одежда вспыхнула, словно пальто, промокшее от подтаявшего снега, прямая темно-синяя юбка и белая «учительская» блузка были сделаны не из плотной и практичной шерстяной ткани, а из пропитанной маслом папиросной бумаги, в мгновение ока сгорела и заколка, не оставив ни дыма, ни характерного запаха оплавившейся пластмассы, непослушные черные кудряшки, безжалостно стянутые в прилизанную косу, моментально этим воспользовались, чтобы рассыпаться по смуглым плечам блестящей беспорядочной гривой. Ни одного волоска пламя даже не коснулось, хотя продолжало окутывать Дарью уже не целиком, огромным сияющим нимбом, а словно невесомое газовое одеяние… отдаленно даже напоминающее то, что сшила для нее Алинка. Но другое… Тогда это был все-таки именно карнавальный костюм, а это одеяние… нет, не «огненного цвета», а по-настоящему огненное костюмом отнюдь не выглядело.
Словно опьяненная чем-то, лишь для нее одной существующим, Дарья крутанулась на месте, почти в точности повторив изящное «па» из своего «Танго Феникса», смуглые руки, словно браслетами обвитые кольцами пламени, описали в воздухе причудливую фигуру, словно поймав что-то в ладони. Подняв их над головой, Дарья на мгновение замерла, и… швырнула в сторону едва успевшего вспорхнуть Змея классический огненный шар.
- Думаю, мне следует вернуть эту любезность… - попытавшись по привычке поправить очки, но не обнаружив их на лице, слегка отстраненно произнесла Дарья.
- Неужели ты думаешь, огнивушка?.. – насмешливо начал было дракон, но, встретившись глазами с Еленой, замолчал. – Да. Мне, наверное, не стоило…
- Уходи, - глухо произнесла Елена. На какое-то время повисло молчание. Змей выглядел искренне расстроенным, трудно было сказать, о чем он сейчас думает.
- Ты действительно хочешь этого? Если ты пожелаешь, я, безусловно, исчезну. Возможно даже, навсегда исчезну из твоей жизни, пока что ты ничего от этого не потеряешь… однако ничего и не приобретешь.
- Ну и самомнение! – фыркнула Марго.
Елена молчала. Какое-то время выжидательно посмотрев на нее, Дракон снова расправил крылья.
- Ну хорошо, желание леди – закон, так что я ухожу. Сейчас ухожу. Да, и насчет браслета, - прошелестел шелковый голос дракона, когда самого его девочки уже видеть не могли. – ты легко снимешь его с руки, Елена, как только сама по-настоящему этого захочешь.

URL
2007-04-15 в 21:14 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Сергей

- Айварас, ты – идиот.
- Безусловно, - привычно согласился Сергей, после нескольких мгновений весьма напряженного молчания сообразив, что поддакнул в чем-то не в том и, поспешно припомнив нить разговора, уточнил. – если Великий Князь изволит называть меня идиотом, болваном и дешевым патетиком, разве я смею спорить с мудростью Ваших суждений…
Фраза, еще и наполовину не высказанная, была решительно прервана тихим сухим покашливанием.
- Избавь меня, пожалуйста, от своего словоблудия и постарайся объясниться! Желательно кратко и по существу, - последнее князь быстро добавил, когда Сергей уже собирался произнести нечто вдохновенное. Не первый год друг друга знали…
Мифология так и не разобралась, один единственный существует Огненный Змей или их много. После смерти своего отца Сергей вполне мог с чистой бессовестностью называть себя единственным в мире, ибо мама и сестричка – не к ночи они будь помянуты, а лучше и вовсе всуе не трепать – все же являлись не то, чтобы Змеями другого вида, скорее, другого характера… Тем не менее, древним драконом Сергей не являлся, не смотря на свою недавнюю шуточку насчет Евы, ему не так уж давно минуло двадцать. И в Москве он учился по-настоящему… если, конечно, применять тут термин «учиться», который, к примеру, князь Чернояд всегда заменял на «страдать дурью» ибо учебу представлял себе несколько иначе.
Сергей искренне уважал своего господина, приняв обязанность служить ему совершенно добровольно, однако – из песни слова не выкинешь – иногда князь бывал чуточку бОльшим занудой, чем хотелось бы. И абсолютно всегда относился к жизни чересчур уж серьезно!
- Кажется, тебя предупреждали, что не стоит подходить к этому делу излишне творчески, - напомнил тем временем Чернояд. – тебя посылали отнюдь не для того, чтобы производить впечатление на девушек!
- На одну девушку – непременно, - осторожно возразил Сергей. – и вряд ли это впечатление было бы правильным, если бы я у нее на глазах развязал драку, в которой эти Берегини-дилетантки могли и серьезно пострадать. Елена привязана к своим подругам, ее очень многое держит среди людей.
- Ты мог бы вообще не устраивать этого представления.
- В Елене готова была умереть вера в чудеса. Ей необходимо было увидеть, что волшебство действительно существует в мире, если бы эта надежда оказалась обманута, второй раз она просто не стала бы меня слушать. Елена сейчас в том возрасте, когда очень многие люди убивают в себе мечту, подменяя ее приземленными желаниями…
- Хватит! – змей не мог сейчас видеть лица Великого Князя, но мог бы поклясться чем угодно, что Чернояд едва заметно поморщился. Для многих голос и лицо князя были непроницаемы, но только не для Сергея. – Хорошо, следует признать, в женской психологии ты всегда понимал больше меня. Надеюсь, ты точно знаешь, что делаешь. Не подведи меня, Айтварас!
Пару секунд послушав гудки в трубке, Сергей бросил мобильник на прилавок и призадумался. Господин вполне мог надеяться, что его посланник «знает, что делает», а вот самому посланнику ни одной интересной идеи отчего-то в голову не шло. Возможно, требование, чтобы идея непременно была «интересной» отметало все мало-мальски здравые мысли, но Сергей не сомневался, что сумеет-таки совместить «приятное с полезным». За этими поисками новоиспеченного продавца и застал припозднившийся покупатель.
- Я заметил, еще не закрыто… - неловко заговорил мужчина чуть старше тридцати, стянув с головы припрошенную снегом меховую шапку, ничем, помимо рыжеватых усов, его лицо примечательно не было. Приятное достаточно лицо, простое и открытое, какое бывает у хороших но несколько недотепистых людей.
Сергей охотно встрепенулся. В отличие от князя, отрывать которого от размышлений мог только самоубийца, он никогда не бывал прочь «сделать паузу», сколь бы важным и срочным ни был вопрос.
- Что-то я замечтался, - рассеянно пробормотал Сергей, улыбаясь посетителю. – но раз уж действительно еще не закрылись, могу я Вам чем-то помочь? Я только недавно приехал в город и хозяин этой замечательной книжной лавки был так любезен…
Припозднившегося покупателя звали Денисом, как вскоре узнал Сергей из завязавшегося разговора «о погоде», в книжной лавке тот бывал частенько, интересовался исследованием различных древних цивилизаций, а работал учителем в школе. Школа в маленьком городке была всего одна, из чего можно было заключить, что в учениках Дениса ходили и Елена и юные Берегини.
- Вы знаете девочку по имени Елена? Насколько мне известно, она в восьмом классе.
- Разумеется, - не успев удивиться, ответил Денис. – талантливая девушка. Правда… Странно порой получается, бывает так, что человек, абсолютно ничего не зная, может из этого изобразить ответ, в седьмом классе есть такая ученица. А Елена сдает просто замечательные письменные работы, а у доски совершенно теряется. Обидно, когда человеку есть что сказать, но что-то постоянно не позволяет…
Не смотря на то, что учителем Денис работал по явной необходимости получать хоть какую-нибудь зарплату, про учеников говорил с вполне искренним воодушевлением. Большинство педагогов не упускают случая пожаловаться на «стадо баранов», а этот, похоже, предпочитал в каждом что-то хорошее. А вот информация относительно Елены только подтвердила все, что Сергей сам уже успел понять. Девочка, похоже, хронически нерешительна. Пока эти Берегини «практикантки» будут ее пасти – а они непременно так теперь и поступят – сама Елена больше сюда не придет. И, чтобы подойти к ней самому, следует правильно выбрать момент. Желательно, момент, когда никого из ее подружек не будет рядом… А пока остается наблюдать.
- А Вы знаете Елену? – наконец решил уточнить общительный учитель.
- Разумеется. Хотя хотелось бы, наверное, узнать ее немного лучше. Удачно, что я Вас встретил…
Денис недоуменно воззрился на почему-то вдруг резко замолчавшего продавца. В последних словах ему неожиданно почудился какой-то непонятный смысл… Осознать который времени уже просто не оказалось – начало происходить что-то совсем уж странное. Продавец из-за прилавка исчез, словно растворившись в призрачно-золотистых всполохах, из искрящегося облака которых вынырнул такой же призрачный, сотканный из золотистого холодного пламени дракончик, устремившийся прямо в лицо Денису, заставив отшатнуться и, потеряв равновесие, грохнутся на дощатый пол книжной лавки. Золотистый свет погас, погрузив помещение магазинчика в полумрак. Учитель встряхнул головой, механически пригладил темно-русые волосы и с непривычным изяществом поднялся. Глаза незапоминающегося серо-карего цвета на мгновение сверкнули в зыбком свете, словно драгоценные камни.
- Крайне удачно, - медленно, словно привыкая к чуть иначе звучащему теперь собственному голосу, проговорил он.



URL
2007-04-15 в 21:14 

Владлена
Думалось - одно, хотелось - другое, Ну а то, что получилось - наперекосяк... (С)
Дарья
Вторая четверть началась в крайне гнетущей атмосфере. Смерть Ядвиги, казалось бы, совершенно естественная, но для всех совершенно неожиданная и шокирующая: невозможно было трезво осознавать, как много на самом деле лет было женщине, так ярко сияющей своей энергией и любовью к жизни… никто не мог воспринимать Ядвигу, как «старуху», и уж никто предвидеть не мог ее смерти.
Как ни странно, больше всех шокированы оказались Юрик и остальные балбесы, которым Сорокины в то же утро любезно поспешили сообщить, что именно они своей дурацкой выходкой на празднике довели старушку до сердечного приступа, и отвечать за это непременно придется. Посланы корреспондентки местного канала сплетен были посланы далеко, с попутным ветром и кучей теплых пожеланий «в добрый путь», скорее всего, хулиганы им просто не поверили, решив, что Сорокины просто превзошли самих себя. И сами едва не заработали инфаркты, узнав, что смерть Ядвиги оказалась правдой. Заметно притихшие хулиганы неожиданно быстро закончили приводить в порядок осиротевшее кафе, где пару дней спустя и проходили поминки. Никто так и не сумел до конца поверить…
«Со всем в этой жизни рано или поздно сталкиваешься впервые. Это бывает очень трудно, неудивительно…»
Дарья была потрясена настолько, что не получалось проанализировать непонятные события, начавшие происходить с девочками, однако эта смерть – пугающая реальность, никак не позволяла воспринять какие-то недостоверные, сказочные события всерьез. Не до волшебства…
«Если только ее смерть никак не связана с этими странными событиями…»
С Алиной девочки боялись заговорить. Даже неразлучная с ней Ева, обычно и минуты не умеющая промолчать, словно язык проглотила. Не было слов. Ни утешения, ни попыток чем-нибудь отвлечь – вообще никаких. Все традиционные слова, которые вроде бы положено было говорить, казались до омерзения пустыми и фальшивыми, а Ева, обычно шокирующая подруг, особенно манерную Марго, своим бахвальством, сама, похоже, не подозревала, каким чутким человеком являлась. Поэтому в непривычном молчании ходила рядом с лучшей подругой, мягко сжимая маленькую, словно кукольную, Алинкину руку в своей пухлой ладошке. Как-то, когда они Дарьей были вдвоем, Ева тихо призналась, что ее очень пугает то, что Алина так ни разу и не заплакала. Это казалось куда страшнее, чем любые истерики. Сама Аля пыталась вести себя так же, как всегда. Похоже, что девочки только угнетали ее своим осторожным молчанием, но ничего лучше все равно придумать не получалось.
«Моя стихия – книги. Мертвые и сухие знания, а в людях и чувствах мне никогда не разобраться. Уж если Ева тут пасует… Представить себе невозможно, что сейчас чувствует сама Алина. Если даже нам… да что нам, даже Юрику и его балбесам страшно поверить…»
Обычно девчонки держались вместе, всей шестеркой. А все остальное время Ева ни на шаг не отходила от Али, а Маргарита в точности так же – от Елены: еще более замкнувшейся и отрешенной, чем обычно. С Еленой что-то было не так с того самого похода в книжную лавку, но сейчас всем было как-то не до того. Даже самой Елене.
- Тем не менее, мы не можем просто все игнорировать. Ядвига Светозаровна пыталась сообщить нам что-то важное, но не успела, а мы могли убедиться, что то, что она говорила – правда, как бы странно она не звучала.
- У вас нет никаких оснований считать, что смерть Ядвиги Светозаровны имеет к этому какое-либо отношение, - голос постоянно последнее время молчавшей Елены заставил всех слегка дернуться. Ева бросила опасливый взгляд на Алину, потом снова на Лену, и с негодованием наморщила курносый нос:
- Пока никто не высказывал никаких обвинений в адрес твоего чешуйчатого пижона. Хотя следовало бы! В конце концов, именно от него Ядвига нас предостерегала.
Бледно-серые глазищи Елены неожиданно сверкнули холодной сталью.
- Никого нельзя ни в чем обвинять только потому…
- Что он – летучая змеюка-переросток! Кажется, мы понятия не имели о твоих вкусах, Леночка!
- То, что любовь зла, еще не повод любить исключительно козлов! – отрубила тихоня и отвернулась, оставив Еву кипеть от возмущения.
Вернувшийся после каникул Андрюха Хорьков к некоторому недоумению товарищей и поклонниц, продолжал оказывать Еве знаки внимания. Выбрал, что называется, время! В любой другой ситуации хохотушка была бы на седьмом небе от счастья, но сейчас, когда она полностью погрузилась в поддержку Алины, боясь даже ненадолго оставить подругу одну, на красавца- спортсмена не было ни времени, ни сил. Но это не значило, что Ева забыла о нем вообще.
Дарье Хорьков не нравился точно так же, как и Елене. Примитив. Но, в конце концов, это уже личное дело Евы.
- Я пересмотрела некоторые мифологические источники, - продолжала Дарья, пытаясь отвлечь их от ссоры. – там сказано, что ведуньи не могли умереть, не передав свою силу и знания наследнику.
- Хочешь сказать, что эти игрушки поддерживали в Ядвиге Светозаровне жизнь, пока она не передала их нам – и умерла из-за этого? Но зачем тогда ей было поступать так, если она знала…
- Знала, что пришло время не просто хранить эти вещи, но и использовать их! – перебила Маргариту Алина. – Я согласна с Дарьей, мы не можем просто обо всем забыть и делать вид, что эта история нам приснилась. Может, попытаться что-то вытянуть из этого Сергея? Или проследить за ним?
Нервный смешок вырвался одновременно почти у всех. Девочки понимали, что дракон продемонстрировал им даже не часть своей силы, а так, крупицу. Возможно, сумей все они осознанно использовать новые способности, и были какие-то шансы, но «чудеса» творились спонтанно, Дарье так и не удалось понять их природу.
- Я думала об этом. Но Сергея в этом магазинчике уже нет, хозяин сказал, что тот только иногда замещает его в качестве продавца, поскольку в Верескове по каким-то своим делам. Где его разыскать – тоже не знает.
- Ты ходила туда ОДНА?! – взвилась Марго. – Дашка, я тебя не узнаю! Самая умная в нашей компании, а ведешь себя… столь неосмотрительно. Но, если время от времени он там появляется…
- Он появится, если к нему приду Я, - не оборачиваясь, тихо сказала Елена, уставившись на обвивающий тонкое запястье браслет-змейку. Снять золотую спираль не получилось ни с мылом, ни с подсолнечным маслом, все чаще звучали предположения, что его следует распилить или разогнуть, но Дарья почему-то сомневалась, что и из этого что-то выйдет.
- Выброси это из головы, - отмахнулась Марго. – ты ищешь повод снова с ним увидеться. Не спорю, чудеса и ожившие сказки много для тебя значат, но рисковать угодить на обед к кому-то: этого никакое волшебство не стоит! Теперь я верю, что мечтательницы, безусловно, существовавшие во все времена, добровольно уступали чарам и сами шли к драконам в логово, но я-то, к счастью, в здравом уме, и тебе совершать глупости не позволю!
- Тебе легко говорить! – вскочив с подоконника в опустевшей рекреации, воскликнула Елена. – Вам всем чертовски легко рассуждать. Вы все – особенные, с самого своего рождения каждая из вас – яркая и незаурядная личность. А теперь вам еще и представился шанс стать волшебницами, хотя тебе, Маргоша, это абсолютно не нужно и совсем не нравится! Вы не можете знать, каково это – быть безликой частью серой толпы! Потока теней! Жить, как будто бы и не живешь. Появление Сергея сделало именно МЕНЯ особенной. Не знаю причин… мне все равно, честно говоря, абсолютно все равно. Он увидел во мне что-то, выбрал именно меня. Возможно, это был единственный мой шанс узнать о себе что-то важное, перестать быть тенью…
- Пойми нас правильно, Елена. Мы ведь не знаем, как на тебя воздействует этот браслет. Не знаем, можешь ли ты сейчас сама… хм, осознавать. Чары или же обычная влюбленность… в любом случае не дают судить трезво.
- Собираетесь все время меня сопровождать, как конвой? – нехорошо усмехнулась Елена. Дарья отвела глаза.
- Думаю, будет лучше, если кто-то действительно будет держаться рядом с тобой.
- Еще добавь «Учти, мы это делаем для твоего же блага»! – Елена вздохнула. – Что же, в этом есть смысл. Наверное…
И молча пошла прочь. Кажется, в чем-то они все же поступали неправильно…
- Я постараюсь найти… ну, у бабушки… что-нибудь, что могло бы пролить свет на то, как нам использовать это волшебство. Ева, не обижайся, я очень ценю твое внимание, но не нужно меня опекать. Жизнь продолжается и… я хотела бы побыть одна. Я скажу вам, если найду что-нибудь интересное. Тем более, ты ведь хотела попросить Дашу помочь тебе разобраться в последней теме.
- С чего бы вдруг? – Дарья удивленно посмотрела на Еву поверх очков. – А как же Мартын?
- Он, кажется, на меня обиделся, - заметно стушевавшись, пышечка рассеянно пожала плечами. – уже третью неделю вообще его не вижу… даже странно как-то, непривычно.

URL
   

Кафе "Вечорка": мемуары сплетников

главная